Художница Катя Филиппова родом из андерграунда. В 1980-х годах она работал с «Поп-механикой» Сергея Курехина, делала необычные костюмы, отвечающие свободному духу русского рока, начинавшемуся в Питере. «Царский панк»-так она называет сейчас этот стиль. Потом украшала витрины крупнейшего в Париже торгового центра «Лафайет», дружила с Пьером Карденом. Сейчас делает расшитые золотом и кристаллами Swarovsky живописные панно и оформляет интерьеры.
Я слышал, один из твоих прадедов был путешественником, в честь которого на Дальнем Востоке даже назван остров (остров Сергеева). А один из дедушек был адмиралом…
Да, все так. Дедушка коллекционировал старинные восточные вещи, поскольку сначала служил в Порт-Артуре и оттуда привез много китайской старины. И, естественно, любил книги. В доме был огромный книжный шкаф, рояль, павловские шкафы, старинная мебель. Он покупал дочерям книги с роскошными иллюстрациями моего любимого Соколова-Скаля. Эти мастерски сделанные картинки меня поражали. У нас не было телевизора, и я все время отдавала занятиям музыкой, рисованию и чтению книг. Когда читала книжки, то сразу начинала делать к ним иллюстрации. Причем читала без разбору, брала Мельникова-Печерского или «Консуэло» Жорж Санд.
По образованию ты полиграфист?
Да, но моя книжная деятельность как художника закончилась на том, что я пришла после института, где было очень интересно учиться, в издательство «Советский писатель», в котором мне предложили оформить пару макулатурных книг каких-то советских писателей дальних республик. Прочитав их, я ужаснулась, нарисовала какие-то заставки и концовки и поняла, что мне надо с этим завязывать. Однако я до сих пор люблю графику, рисунок, каллиграфические вещи. И иногда делаю для себя работы, вписывая в них совершенно нелепые нечитабельные фразы, получается такая иллюзорная каллиграфия.
Поворот от книжной графики к моде довольно странен…
После неудачного оформления книжной макулатуры я пребывала в поиске. И в один из таких дней мне позвонил Артемий Троицкий, с которым мы были мельком знакомы, и сказал: «Я слышал, что ты занимаешься модой, — а модой я занималась только потому, что ничего нельзя было купить. — Мы «мутим» один потрясающий вечер альтернативного искусства в Доме моделей на Кузнецком Мосту, где будут представлены ужасные модели официальных художников, и хотим показать что-то свое». Я собрала все костюмы, которые к тому времени сделала для одной малоизвестной группы, какие-то меха с какими-то потрясающими брошками, сделала фантастический египетский грим, привела собаку. Собаку мы тоже нарядили. Это было сумасшествие…
Почему ты называешь свой стиль «царизмом»?
Я с детства любила рисовать экзотических красавиц, а потом все это перенесла вживую. Мой любимый альбом-«Костюмированный бал в Зимнем дворце». В России тогда существовала традиция-проводить костюмированные балы. Бал 1913 года оказался последним. По замыслу царицы Александры Федоровны, было решено провести тогда бал в русских костюмах XVII века. Над ними работали великие художники — Бакст, Головин, Соломко. Это были не восстановленные, а стилизованные костюмы, которыми я до сих пор вдохновляюсь. Есть еще один настольный альбом, он посвящен ювелирным украшениям царских и королевских домов Европы, России и Востока. Мне это безумно интересно и помогает в работе.
Почему же ты бросила моду?
Я скажу жестко. Может быть, это кому-то не понравится, но я считаю, что мода не должна быть провинциальной, это ее убивает. Провинциальной не в смысле стиля, а провинциальной по духу, по фантазии. Здесь я пока не вижу для себя какого-то источника вдохновения. Занимаясь модой, надо шокировать сознание людей, чтобы тебя запомнили и чтобы кто-то тебя невзлюбил, а кто-то, наоборот, полюбил. Сейчас время для меня немного размытое и неинтересное. А обслуживать каких-то звезд эстрады или зажравшихся дамочек, которые диктуют мне свой пошлый вкус, ни к чему.
У меня складывается впечатление, что книги у тебя все в прошлом. Ты можешь читать современную прозу?
Не могу. Я привыкла к роскошному языку, поэтическому, к русской классике, которую люблю, — к Лескову, Достоевскому, Гоголю. Современную литературу мне читать тяжело и скучно.
Следующий выпуск передачи «Библиотека «Огонька» выйдет в субботу, 24 ноября, в 9:30. О своей библиотеке расскажет писатель Владимир Войнович.
Фото автора