Коротко

Новости

Подробно

Бросок за океан

СДЕЛАН Я В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ

Журнал "Огонёк" от , стр. 5
Русская эмиграция Америки. Раньше они жалели нас. Теперь чаще всего мы жалеем их. Что произошло? «Огонек» рассказывает об этом потрясающем изменении

Никита Покровский, доктор социологических наук
фото Ханы Якрловой


СДЕЛАН Я В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ

Теперь в США можно видеть подлинный интернационал наших бывших соотечественников. Здесь уживаются друг с другом и русские, и украинцы, и белорусы, и даже прибалты. Основа альянса — советское и русскоязычное прошлое. Несколько в стороне — кавказцы и евреи. Не смешиваются с массой и русские специалисты, работающие в университетах и Hi-Tech-фирмах по контрактам.

Здесь все «русское»: язык, праздники, проблемы, отношения, продукты питания, ресторанчики, церкви, склоки, непрерывно вещающий из Москвы по необъятных размеров проекционному телевизору телеканал «Россия», глянцевые журналы и т д. С mainland Россией находятся на непрерывающейся сотовой связи (слышимость великолепная), а вот электронную почту любят меньше. Есть и совсем дешевые способы звонить в Россию буквально за копейки. Такое ощущение, что ты не в Америке, а в России (или даже в СССР). Если к этому добавить бесконечное хождение в гости по любому поводу, то картина полной загерметизированности усугубляется. Прямо-таки сюрреализм: в Америке ты или в России? Хочется уколоть себя булавкой — наяву ли все это?

Как правило, английский язык знают плохо и не стремятся его выучить. В своей среде говорят на смеси русского и ломаного английского. Как ни странно, «нашим» английский дается нелегко, если не изучать его с детства. Уж очень разная фонетика, да и логика построения речи отличается разительно. Английский, особенно в американской версии, — это предельно лаконичный и прагматичный способ выражать себя без лишних слов и эмоций. В русском, наоборот, много слов и чувств.

Саму Америку ругают почем зря. Возникает вопрос: а зачем тогда сюда приезжать (тем более что переезд обычно связан с серией обморочных испытаний)? А дело в том, что это так называемая экономическая иммиграция. Все русские с ходу обучаются тому, как вытягивать из Америки все доступные льготы и benefits. Сразу же открывают счета в банках. Покупают в кредит дом, машину, мебель и пр. Перезанимают кредиты у разных банков и гасят их хитрым перекрестным образом. Потому в материальном плане живут неплохо, но на грани балансирования. В первом поколении обычно до стопроцентных американцев не дотягивают. Поэтому коренных американцев и не любят. Это создает внутри русского иммигрантского сообщества нездоровую атмосферу неизменного брюзжания, озлобленности и чванства. И самомнения: мол, мы русские, явно умнее «этих».

 

КРОШКИ ОТ ПЕЧЕНЬЯ

Внутри диаспоры все услуги предоставляют сами же русские. Чаще всего это услуги нелегальные и не сертифицированные. И потому «наши» врачи, зубные протезисты, парикмахеры, строители и ремонтники, автомеханики, юристы берут в 2 — 3 раза меньше, чем американцы. В нелицензионности и есть «фишка» системы нелегального бизнеса. Считается доблестью обдурить госсистему, найти щель в законодательстве, особенно налоговом.

Так как основные доходы подчас идут нелегально (наличными за услуги), то как-то надо показывать легальный доход, дабы оставаться на «велфере» (welfare) и не привлекать внимание налоговиков. Для этого на пару дней в месяц устраиваются на любую временную неквалифицированную, но официальную работу. Например, в ночные смены упаковывают коробки с печеньем на кондитерской фабрике. Полученные гроши заявляют в налоговую.

Вот некоторые новые экзотические формы трудоустройства для русских. House sitting — надзор за богатыми домами, принадлежащими русским, живущим в России, но в роковой момент готовым десантироваться в США.

Из США в Россию перебрасываются контейнером всякого рода товары, прежде всего автомобили. Для родственников или на продажу. В один морской контейнер входят два джипа «чероки». Кабины автомобилей и все остальные пустоты заполняются чем бог послал, дабы не терять зря перевозимый объем.

 

ПРАВИЛА РЕПЕЙНИКА

Внутри русскоязычных сообществ своя иерархия. На вершине этой пирамиды — удачливые русские бизнесмены (иногда связанные с криминалом), спортсмены (особенно хоккеисты) и молодые русские жены (чаще всего содержанки) стареньких американских миллионеров. Уровень ниже — те, кто имеет легальное американское гражданство. Потом идут иммигранты с грин-кардами. Парии — нелегалы, оставшиеся по просроченным гостевым визам и работающие за прокорм сиделками и сидельцами при умирающих стариках. Смерть каждого старика — личная трагедия, теперь придется искать нового клиента. Все прекрасно знают нюансы иммиграционного законодательства и то, как его обойти и через сколько лет нелегальщины подать на грин-кард без перспективы быть высланным.

Вот типичная история.

… В мой кабинет в одном из престижных частных лютеранских колледжей в Айове входит улыбающаяся девушка-студентка. «Я с Украины. Из-под Харькова». Несколько лет назад к ним в городок приезжала американская делегация лютеран-миссионеров. Девушка прикинулась гонимой местными властями протестанткой. Роль сыграла с вдохновением. Драматизация хорошо действует на сентиментальных американцев. Последовало приглашение в Айову. Вызвали в США и устроили в колледж, собрав по подписке среди прихожан лютеранской церкви необходимую сумму. Но только на один год. Все последующие годы надо оплачивать самостоятельно. И студентка после занятий начинает убирать дома профессоров и соответственно становится популярной среди их жен. Вопрос о дальнейшей оплате обучения решается сам собой, из имеющихся в колледже фондов. Далее в Айову переезжает мать девушки. На выпускной раут студентка приходит уже со своим американским женихом, молодым ветераном морской пехоты. Хеппи-энд? Не знаю, думается, впереди у нее еще немало новых поворотов.

Надо быть предприимчивым человеком, чтобы все это осилить и извлекать выгоду из ситуации.

В Америке есть несколько способов получить гражданство и грин-кард. Легче всего через фиктивный брак (стоит около 15 тысяч долларов). Поэтому нередко супружеские пары, легально иммигрирующие в США из России, фиктивно разводятся. Таким образом, каждый из супругов может заработать за счет соотечественника, желающего обзавестись гражданством. Молодежь остается в США в основном через колледжи и университеты. Учатся с бесконечными академическими перерывами многие годы. Живут, как правило, у русских родственников. Всеми правдами и неправдами «зацепляются».

 

НУ КАК ТАМ ЧУБАЙС?

С жадностью бросаются на каждого вновь прибывшего. За столом тут же вопрос: «Как там у вас в России? Чубайс все еще в силе? А Путин как?» Но не стоит спешить с ответом, ибо сразу же после вопроса следует и ответ от самого вопрошающего. Все всё знают о том, что происходит в России, и обо всем имеют свое особое мнение, отличающееся необычайным радикализмом. Либо это почти ископаемый озверелый либерализм, либо русский национализм. И ничего посередине. Это отголоски прежних споров, и все присутствующие, кроме гостя, знают наперед, кто что скажет. Поэтому лучшая тактика для гостя — кивая головой на все, что говорится, смотреть на экран телевизора, по которому показывают «Аншлаг» или «Иван Васильевич меняет профессию», и закусывать чисто российской закуской.

 

СОЖЖЕННЫЕ МОСТЫ, ОБРЕЗАННЫЕ ПРОВОДА

Генеральная тема общения в диаспоре — это бесконечное оправдание того, что люди уехали в иммиграцию. Переезд через океан на ПМЖ сопряжен с огромными перенапряжениями, прежде всего психическими. Да и жизнь в иммиграции только внешне благополучная. В Америке очень хорошо и интересно, если знаешь, что рано или поздно вернешься в Россию. А если с концами, навсегда? Вот здесь и начинается автотерапия.

Еще одна популярная версия отъезда из России или СНГ: ради ребенка. Мать-одиночка (как принято говорить) спешно пакует чемоданы, дабы обеспечить своему ребенку в США спокойную жизнь и нормальное образование. Ради этого оставляется все: родственники, круг друзей, профессия, изначальная культура. Иногда это связано с попыткой заключить брак с американцем по интернету или через брачное агентство. Часто из этого ничего не получается, но граница уже перейдена и требуется окопаться на новом плацдарме. Следуют годы полулегального существования, страх быть обнаруженным иммиграционной службой, дрожь от каждого звонка телефона (поэтому их часто просто срезают, полностью переходя на сотовую связь), случайные заработки или изнурительное ухаживание в качестве ночной сиделки за смертельно больным пациентом. На выходе — желанная грин-кард через пять лет каторги в чужой стране. К этому моменту женщина уже готова вернуться в Россию на любых условиях. Но ребенок уже так прирастает к американской школе, что якорем повисает на своей родительнице.

Подавляющее большинство иммигрантов экономической волны последнего десятилетия составляют экс-жители захолустных российских городов. Что движет ими? Прежде всего экономические причины. По моим наблюдениям, никто не едет в Америку за духом свободы. Иногда, правда, убегают от неясных отношений, сложившихся в бизнесе, невыплаченных долгов.

Какое все это производит впечатление? В принципе, социологи не должны высказывать оценочные суждения. Социологи ставят диагноз. Но если, что называется, по дружбе, то диаспора выглядит хотя и жизненно, но странновато. Все правы по-своему, никто ни в чем не виноват, но удовольствия мало. Все неуспокоенные, нервные, комплексующие, постоянно выясняющие отношение сами с собой и со всем мирозданием. И непонятно, при чем тут Америка.

На Новый год на Брайтоне ходят в баню    Внутри диаспоры все услуги предоставляют сами «русские»

Здесь все «русское» - магазины, врачи, праздники, отношения    Здесь все «русское» - магазины, врачи, праздники, отношения

Комментарии
Профиль пользователя