Новая откровенность

- Просто навскидку: мемуары Коры Ландау, книга Трегубовой, гинеколого-драматические признания знаменитостей для глянцевых журналов. Что за радость - раздеваться? Что за радость - раздевать?

- Но это совершенно нормальная ситуация! Когда моя первая книга вышла, я долго не могла понять, отчего весь этот шум. Все, что я делаю, делает любая женщина. Женщины у себя на кухнях идут и не на такие обсуждения, почему это стыдно?

- И все же, почему люди с таким мстительным удовольствием нарушают нормы и традиции, взрывают привычный уклад?

- Я воспринимаю это как декаданс христианской цивилизации. Это наш «закат Европы»... Педофилия, множественные извращения - вспомните, это симптомы конца римской цивилизации. Христианская цивилизация слишком старая, слишком усталая! Мы прошли пик своего развития, мы перестали сопротивляться, и нас вытесняют. Будущее за мусульманской культурой, и мне ужасно грустно от этого, я-то - христианка.

- Что вы сейчас читаете из «новой откровенной литературы»?

- Я читаю Ветхий Завет. Я просто упала, знаете ли. Более извращенческой книги я не знаю! Инцест, педофилия, все-все виды разврата... Мы зайчики просто, робкие зайчики все рядом с ними... у нас поразительно благопристойная культура. И, конечно, мы очень ограниченные люди рядом с библейскими персонажами... Они не задавали себе вопросов: хотели - и делали. Вот это были люди!

- Как вам взрыв исповедальных жанров в интернете, мода на блоги, в частности на «Живой журнал»?

- Я смутный человек в интернете, я вообще с техникой не дружу. Но знаете - это не примета нашего времени. Девочки во все времена писали дневники, максимально сближая читателя и автора, просто не было технологий для создания и селекции более или менее широкой своей аудитории. Нет, не примета времени, совсем. Вот, к примеру, хипповские времена - более откровенной, более расслабленной эпохи пожалуй что и не было...

- Но вы реализовались все-таки в нерасслабленные времена и... чего уж там, успех первых «Записок дрянной девчонки» часто называли пощечиной истеблишменту.

- Для меня VIPы - такие же люди. Статус не имеет значения. Я всех раздеваю мысленно!

Чем более официально пространство вокруг человека - тем активнее я начинаю «раздевать», «мучить» мужчин, воображаю совершенно неслыханные сцены, позы...

- Чем более закрыт и официозен персонаж - тем больше азарта в ваших раздеваниях?

- Нет, уже нет. Это раньше было. Сейчас я потеряла интерес к VIPам. Чем статуснее человек - тем он скучнее.

- Все освоено, все исследовано. Назад, к традициям?

- Знаете, ничто так не возбуждает, как стабильность! Три года со мной любимый мужчина, мой гражданский муж. Он хорват. Журналист. И я делаю с ним кошмарные вещи, и вот это ощущение, что ты жена, оно дает мне дикую индульгенцию. Когда люди живут вместе много лет, любые грубые игры между ними теряют грязный оттенок. Не может быть ничего порочного, не существует уже и собственно порока, самые страшные извращения становятся проявлениями невинности... И в этом безумное удовольствие! Невероятное!

- Это хороший путь, а? Моногамия, строгость, невинность... Новое пуританство - как вам такая эпоха?

- О, мне бы это очень понравилось! Я пуританка - и верная жена!

Евгения ДОЛГИНОВА

Что делается! Мама моя, что творится на белом свете! Все вдруг кинулись рассказывать о себе. Началось все, как водится, с Запада

Часто ловлю себя на том, что исследую свое лицо в зеркале, отыскивая морщинки, и с ужасом вижу: привет! - написала британская писательница Хелен Филдинг. И добавила: «Ненавижу общие примерочные. Все исподтишка пялятся на чужие тела, но никто никогда не встречается с другими взглядами. Всегда находятся девушки, которые прекрасно знают, что выглядят фантастически в любом наряде, - они приплясывают у зеркала, лучась от удовольствия, потряхивая волосами, принимают позы моделей и спрашивают у своих неизменных жирных подруг, которые во всем выглядят, как коровы: «Тебе не кажется, что оно меня полнит?»

От такой наглости литературный мир поначалу опешил. Все ненавидят общие примерочные, но разве можно так откровенно об этом говорить? Но читатели так визжали от восторга, что инженеры человеческих душ догадались: откровенность - золотая жила. Всем интересно подглядывать в замочные скважины и на этой человеческой слабости можно неплохо заработать. Ведь одно дело прочесть - «Анна Михайловна любит выпить» и совсем другое - «Здравствуйте. Я - алкоголичка». В общем, женщины-литераторши забыли про свои доходные детективы и начали заниматься более прибыльным делом - письменно выворачивать собственные души.

«Я по дурости надеялась, что он сделает мне предложение, - сообщила миру Арабелла Вейр в книге «Дневник Жаклин Пейн», - но оказалось, в его планах было лишь трахать меня, пока ему не предложили работу в Нью-Йорке».

«Еда. В последнее время я только о ней и думаю», - призналась Сьюзен Сассман в романе «На диете».

«Ночью я проснулась, - откликнулась Катрин Дуве в «Книге не о любви», - в ночной рубашке, уткнувшись лицом в рвотные массы. Брезгливости не было».

«У тебя иногда случаются приступы меланхолии, - доверительно объясняют Джози Ллойд и Эмлин Риз в опусе «Давай вместе», - а такие подруги, как Хел, тебе говорят: «Не волнуйся, он тебе обязательно встретится, когда ты этого совсем не ждешь». Того, кто первым это сказал, надо поставить к стенке и пристрелить, потому что ты всегда ждешь! Всегда и везде!»

Цитировать можно еще очень долго. Книжек подобного рода полно, и, надо заметить, раскупаются они как горячие пирожки. Конечно, большинство книжек этой серии - милое, но одноразовое чтиво. Однако есть и шедевры. Грустный, предельно откровенный и невероятно поэтичный роман Франсуазы Шандернагор «Первая жена» - о себе, своем разводе, своей погибшей любви, о возвращении к жизни - принес своей создательнице громкую литературную славу и - на минуточку! - титул королевы французской женской прозы.

Вслед за женщинами предельно откровенно заговорили и мужчины. «Мы все через это прошли. У всех были маленькие секреты от наших партнеров, - признался Джон О'Фаррелл в книге «Лучше для мужчины нет». - Все мы старались не говорить о какой-нибудь неприятной подробности или мягко обходили скользкую тему». И тут же выложил благодарным читателям все эти «неприятные подробности» и обсмаковал «скользкие темы».

«Низкая температура в отделе замороженных продуктов производит быстрое и прямо-таки потрясающее воздействие на женскую грудь, и это приводит меня в восторг», - поделился своим открытием Дуги Бримсон в «Кое-что о Билли». Через две страницы он уже сетовал: «Проверил автоответчик. Три звонка - и это за две недели. Как обычно, спрос на меня невысок».

Читаешь все это и радуешься: ага, не один я одинок! Не у одного меня лишний вес и вредные привычки! У других тоже есть чокнутые партнеры, вредные начальницы и рваные колготки, которые они маскируют высокими сапогами... Не один я такой идиот. Даже писатели такие же ненормальные, как все нормальные люди.

Популярность письменных откровений взбудоражила киношников. Продюсер Даррен Стар заинтересовался творчеством писательницы Кэндес Бушнелл, которая еженедельно в одной из газетных колонок рубила правду-матку о женщинах, и в 1998 году вышла первая серия телесериала «Секс в большом городе». За пять сезонов сериал из просто успешного ТВ-проекта превратился в социально значимое явление. Героиням сериала стали подражать, их истории обсуждали и обсуждают в ток-шоу, их фирменные шуточки пошли в народ. Глянцевые издания утверждают, что сериал заметно повлиял на стиль американок. К тому же «Секс в большом городе» получил и официальное признание - четыре награды Emmy и два «Золотых глобуса». Кристин Дэвис, играющая одну из героинь, так объясняет популярность сериала: «Я считаю, что наши сценарии намного правдоподобнее, нежели сценарии большинства сериалов. В особенности это касается разговоров, которые ведут женщины в своем кругу. Мужчины-зрители чувствуют себя так, словно они подглядывают из укрытия, подслушивая женские разговоры, которые в другом случае они никак не могли бы услышать».

Европа тоже решила не отставать и дала возможность своим зрителям подглядывать из укрытия. Сначала в Англии был снят суперпопулярный фильм «Дневник Бриджит Джонс». Затем немцы выпустили в прокат «Тариф на лунный свет» - фильм, ставший сенсацией в 2001 году, рассказывает о судьбе девушки, решающей извечную проблему «Как правильно вести себя с предметом своего обожания». Дальше фильмы из серии «все-что-вы-хотели-узнать-но-боялись-спросить» пошли чередой: плохие и хорошие, фестивальные и прибыльные.

Через несколько лет зашевелились продюсеры и в России. Мы увидели сериал «Бальзаковский возраст, или Все мужики сво...»

Про огромное количество всяких реал-шоу даже говорить не хочется. И ничего же особенного в них не происходит, ничего принципиально нового ты не узнаешь. Но как же тянет подглядеть, подсмотреть! Ну что, что они там делают за своим стеклом? Ответ вроде очевиден: ни-че-го. Едят, спят, ругаются. А ты все равно почему-то сидишь и смотришь, как приклеенный.

Есть мнение, что читатели и зрители подобных душевных стрип-шоу являются психотерапевтами для авторов. Мол, хочется людям излить душу, вот они и делают это публично, со смаком. Вместо одного психотерапевта - миллионы.

Может быть. Но почему же раньше не было моды на откровенность? Моды на беспощадные, но честные истории? Впрочем, чего лукавить - тяга к таким историям была всегда. Другое дело, что на подглядывание и чтение чужих писем всегда существовало табу. А сейчас произошло ослабление культурных запретов. Нет, читать чужой дневник все еще неприлично. Если только сам автор не разрешит. Но автор уже разрешает - вот в чем суть. Включай телевизор или покупай книжку за каких-нибудь сто-двести рублей, и ты узнаешь самые невероятные вещи! Что женщина может отказаться от секса только потому, что под юбкой у нее, оказывается, утягивающие трусы жуткого цвета. Что подружки всегда при встречах обсуждают своих бойфрендов и мужей. Что они дружно втягивают животы, когда мимо проходит какой-нибудь красавчик. Что мужчины обожают хвастаться перед друзьями своими мнимыми любовными победами и волнуются как дети на первом свидании...

Люди не столько стремятся полоскать свое белье, сколько отчаянно жаждут смотреть, как его полощут другие. А если есть спрос, значит, будет предложение. И значит, нас ждут еще более откровенные истории...

Наталья РАДУЛОВА