ДОРОГОЙ ПУТИНА

ДОРОГОЙ ПУТИНА

Итак, в Читу. А пока самолет пробирается сквозь часовые пояса, полезно узнать, куда летишь. «Чита — последний областной город на Востоке, куда может доехать машина на своих колесах, — писал в 1998 году вольный путешественник Антон Кротов. — В Читинской области начинается путаница с дорогами, шоссе превращаются в грунтовки, грунтовки исчезают в болотах и марях, и, наконец, городком Чернышевск (Читинской области) завершаются в атласе автодорог все трассы. Чита — последний форпост автодорожной цивилизации».

Кажется: как недавно все это было, а книга уже устарела. Ведь Владимир Путин перерезал ленточку на дороге, открывающей сквозное движение от Москвы до Хабаровска. Не дорога — настоящий автобан: 3000 автомобилей в сутки, 7 метров ширина полотна, расчетная скорость машин —100 километров в час...

— Сто километров в час? — смеется встречающий меня в аэропорту Андрей Козлов из пресс-службы администрации области. — Ну-ну. Эх, Москва...

Чита и вправду не Москва, где в столице увидишь живьем, например, Toyota Prius — настоящий гибридный автомобиль: половина бензина, половина электричества? Нигде, только на картинке с автосалона. А здесь, пожалуйста, живьем, и это в столице области, где до 50 процентов средств «на жизнь» приходят из российского бюджета! Правда, руль у той машины правый, но за Байкалом это обычно.

В Чите сохранилась нетронутой деревянная застройка позапрошлого века, Читу смотреть и смотреть, но нам на Восток: мы здесь ради Дороги. Если проехать по ней можно, значит, должны и мы. Поэтому из Читы наш путь лежит в Чернышевск — тот самый город, где кончаются дороги.

Про Чернышевск ходит чудесная легенда, кстати, описанная в той же книге, что я взял с собой в самолет. Легенда гласит, что некогда некий хиппи, проехав автостопом многие трассы, достиг Чернышевска и, нарисовав на въездной табличке «Пацифик», сказал примерно так:

— Дык, елы-палы! Дальше на Восток трассы нет, и никто, ни один автостопщик, никогда не проехал и не проедет дальше!

Так Чернышевск получил свое неофициальное название — «город последнего хиппи», о котором, впрочем, никто из чернышевцев не знает. В те времена, когда дорога здесь действительно кончалась, это был основной пункт перегрузки автомашин с железной дороги на трассу, и наоборот. С началом массового занятия дальневосточников «перегоном» Чернышевск повидал столько иномарок, сколько ни один город Европейской России! Сейчас те времена в прошлом. Дорога на Восток есть, правда, уже обычная щебенка — асфальт остался в 150 километрах от Читы. Но ехать на нашей «Волге» можно действительно быстро — если не жаль подвеску, то и сотню. Навстречу караванами по три-четыре идут пыльные «японки», капоты заклеены спереди скотчем: от камней. На заправке (пока их попадается много) разговариваем с одним из перегонщиков. Сергей гонит Nissan.

— Сколько осталось? Да еще тысяч семь. Считай, ерунда!

— Эк вас занесло! И далеко гоните?

— Далеко. В Донецк, на Украину.

— И как дорога?..

Ответ следует исключительно нецензурный. Это обнадеживает: если водитель ругает дорогу, значит, она все-таки есть. Но местами дело дрянь: Сергей показывает на скол краски в крыше своего «ниссана».

— Видите? Во-о-от такой камень! Это хорошо еще, что в крышу, по касательной прошло. Долбанул бы в стекло — и привет. Лотерея жуткая: то ли довезешь машину, то ли нет.

Он пока довозил. Говорим еще, выясняем, что в последнее время на дороге спокойнее: бандиты не отбирают машины, а почти цивилизованно собирают по сотне долларов «за проезд»; что дорога от Хабаровска занимает четверо суток и что ездить по ней можно... уже полтора года как. Что же тогда открывал Владимир Путин?

— Нет, дорога, конечно, открыта. Просто местами не доделана, — говорит нам чуть позже заместитель главы администрации Чернышевского района Александр Матюшенко. — Это называется «временная схема», когда там, где трасса еще не проложена, используются местные дороги. А открытие было официальное, так сказать.

Иномарки больше не разгружаются в Чернышевске. Даже читинские гонят «праворульки» теперь не с Востока, а с Запада — владивостокские оптовики давно наладили отправку машин в Иркутск и Новосибирск целыми поездами. Цены там на две-три сотни больше, выбор не хуже, чем во Владике. И ехать приятнее по асфальту, чем по разбитой грунтовке.

Впрочем, сама «железка» не видит в дороге конкурентов. У них царь и бог — транзит: по-прежнему довезти компьютеры из Сеула во Франкфурт выгоднее всего по Транссибу. Но поток местных грузов на «железке» иссякает. И продажа колбасы перестает быть выгодным бизнесом для официанток вагонов-ресторанов. Колбаса теперь тоже ездит по земле, а на маленьких сортировочных станциях готовятся к увольнению. Транзиту не нужно столько людей.