Коротко

Новости

Подробно

У НАС В РЯЗАНИ ГРИБЫ С ГЛАЗАМИ

Журнал "Огонёк" от , стр. 16

Где и как определить свое этническое происхождение


У НАС В РЯЗАНИ ГРИБЫ С ГЛАЗАМИ

За один визит к антропологу можно навсегда избавиться от неопределенности

О том, что я, должно быть, нерусская, мне говорили в жизни несколько раз. Во-первых, один украинский патриот в Одессе, буквально в двух шагах от знаменитой лестницы, горячо убеждал меня, что на самом деле я никакая не русская, а мордва нечесаная, и рассказывал, что в сказке о Царевне-лягушке в символической форме запечатлен важнейший исторический процесс: женитьба чистых киевских русичей на грязных и противных финноугорских москальках из болот Московской области, яркой представительницей которых являюсь как раз я, Куликова Майя Владимировна. И, подчеркнул всклокоченный дядя, с этого-то проклятого момента и начался закат Киевской Руси, вот в чем меня, получается, косвенно обвинили.

Один доморощенный этнолог также указывал на мои, возможно неславянские, корни, мастерски выводя из этого обстоятельства мою жгучую нелюбовь к лупатым матрешкам, гармошкам, сарафанам, передаче «Эх, Семеновна!», sobornosty и прочему, что сегодня зовется почему-то «русский стиль».

Один поклонник доктрины евразийства, называвший себя потомком Чингисхана, выпивши водки, прямо в лицо мне кричал, что в моих жилах не может не быть тюркской крови, потому что всего несколько веков назад по моим предкам (о жестокие картины!) прошлись монголотатары и наоставляли, естественно, генов.

А одна девушка из патриотического общества, обсуждая мою родословную, скептически заметила, что человек по имени Майя, к тому же имеющий бабушку с фамилией Юдина, в принципе не может быть непричастным к многострадальному еврейскому народу. И все это при том что я с детства, пока в Одессу не съездила, считала себя русской.

Мое национальное самосознание раздвоилось и расчетверилось, и я уже совершенно не понимала, кто я — чистокровная русачка или правда мордва полоротая? Есть во мне тюркская или еврейская кровь или нет? Мне было неуютно в этом мире сложившихся национальных автономий, тянуло к чему-то общинному. Такие вот захлестнули меня первобытные инстинкты. Не помогали даже дружеские увещевания нашего редакционного космополита Никонова А.П.: «Да не все ли вам равно, Майя Владимировна, какой вы национальности? Что за дикость такая средневековая?» Нет, не все было равно. Тем более что подруга детства вдруг в одночасье стала иудейкой, однокашник оказался татарином, а еще один знакомый — мордвином. Одна только я не знала, кто я. «Но для чего на свете существует наука? — убеждала я себя. — Не для того ли, чтобы давать четкие, взвешенные ответы на наивные вопросы невежественных масс?»

С таким-то настроением я и отправилась в отдел антропологии Института этнологии и антропологии РАН.


Этот отдел находится в подвальном помещении обыкновенного жилого дома недалеко от станции «Академическая». Заходишь, и сразу на тебя смотрят многочисленные бюсты людей — это реконструкции, выполненные рукой знаменитого советского антрополога Герасимова. На застекленных стеллажах аккуратными рядами лежат различной формы носы, глаза, скулы — нормальный рабочий инструмент антрополога. А человека, который меня встречает, зовут Сергей Владимирович Васильев. Он доктор исторических наук и занимается антропологической реконструкцией. Он пообещал определить мой антропологический тип, раз и навсегда прекратив вышеописанные мучения.

Но сначала занялся разрушением некоторых мифов, которые, по его мнению, мешают сегодня общественности адекватно воспринимать такие слова, как «нация», «племя» или «раса». «Только я вас прошу, — предупредил Васильев, — никакой политики!»

— Ясность, конечно, давно пора внести, — говорит Васильев. — Я помню, в 1996 году была такая журналистка Татьяна Комарова, которая вела программу «Время». И вот на Васильевском спуске автобус с туристами-корейцами захватывает террорист. Когда спецслужбы его уничтожили, Татьяна заявляет на всю страну: «В результате вскрытия было определено, что террорист принадлежал к славянской расе». Представляете? Но ведь нет такой расы — славянской, также, как арийской и германской. Есть национальности — русский или кореец. Ее, конечно, можно установить. Но зачем для этого вскрывать индивида?..

Вообще мало кто знает и хочет знать, что этническая самоидентификация — чисто психологическая вещь. Кем вы себя ощущаете, тем и являетесь. Даже если вы дитя смешанного брака, на определенном этапе вашего взросления вы должны как-то себя идентифицировать. Ведь этнос — это единство языка, психики, культуры и самосознания. А если взять что-то одно — никакого этноса не получится.

— Вот приехали евреи в Израиль — и считаются там русскими, ностальгией мучаются, водку пьют, «Очи черные» поют. И сами не знают — русские они или евреи.

— Да, это как раз это самое... Или вот — вы можете хорошо знать культуру чукчей, но от этого чукчей все равно не станете.

Другое дело, когда появляется выгода. Тут уже, как говорится, хоть горшком назовешься. Вот во Франции живет довольно много арабов, которые гордо называют себя французами. И действительно, какой смысл во Франции быть арабом?

Я вот смотрю материалы переписи — даже многие исконно русские называют себя уже казаками. «Ваша национальность?» — «Казак!» Казаки хотят себя сегодня выделить в отдельную этническую группу. Зачем? Ну, наверное... в общем, я не знаю. Или, например, русские, живущие на побережье Белого моря, традиционно называли себя поморами. А сегодня заявляют: «Мы поморы, мы не русские». А все почему? Потому что невыгодно сейчас быть русским. Почему невыгодно — это меня не касается, это уже политика. Я же вас просил. Почему вы все время в эту тему съезжаете?

— Потому что все кругом кем-то стали, — призналась я. — Кто мордвином, кто татарином, кто евреем. И говорят, что русских нет. А кем мне быть тогда?

— Будьте тем, кем ваша душа подскажет, — как бог, ответил мне Васильев. — А потом, разве плохо быть русской? — как будто стесняясь, осторожно спросил он.

Тут во мне разом вскипели все прошлые обиды. Я рассказала ему и про всклокоченного чудака из Одессы, и про потомка Чингисхана, и про геополитику...

— Ерунда это все, — сказал он, выслушав меня внимательно. — Ненаучно, от невежества. Почему вы так считаете, что в мордве там или в поморах есть что-то особенное, а в вас этого особенного нет? Особенности — в вашем сознании.

Ведь, например, «лиц кавказской национальности» тоже нет в природе. Сейчас уже, заметьте, появилось «лицо арабской национальности». Ну что это за формулировка такая? Араб он и есть араб. Или — «женщина мусульманской внешности»... Ладно милиционеры. Но почему СМИ ее сегодня вовсю тиражируют? Образованные же люди.

Кавказская внешность сегодня определяется культурой — наденьте широкие штаны и пиджак, отпустите бороду, надвиньте на глаза лыжную шапочку — и при наличии более-менее темных волос вы уже «кавказец».

— Получается, милиционеры дискриминируют по культурному признаку, точно так же, как простого провинциала из Тамбова. И никакой расизм тут ни при чем.

— Получается так... Только я вас поправлю — не дискриминируют, а задерживают, — сказал осторожный ученый. — Я же вас просил.

— У меня есть знакомый, он профессиональный шаман. Однажды я его спросила — как это он, русский, вдруг стал шаманом? А он мне так гордо и даже надменно отвечает: а я, дорогая, никакой не русский, я лопарь.

— Маленький? Коротконогий? Кожа светлая? Нос сверху узкий, а книзу картошкой? — ловко определяет Сергей Владимирович. — Да, похоже на лопаря. Финны их еще саамами называли. Самое коренное население современной Финляндии. Потом туда пришли древние финны и смешались с ними — получились финны современные.

— Опять что-то не сходится, Сергей Владимирович. Выходит, что лопарь русским может быть, а русский лопарем — нет.

— Почему? Русский тоже может быть лопарем или евреем, — утешает Васильев. — По самосознанию. Вообще, я вам скажу, формирование развитой нации и культуры уничтожает племена, это процесс неизбежный. На нашей территории тоже в свое время много кто жил — вятичи, кривичи... А где они теперь? Или вот возьмите британцев. В их истории поучаствовали германские племена скотты и бритты, кельтские саксы, потом еще норманны, викинги, датчане. А получилась в итоге единая нация — англичане. Они бывают высокие и белые, бывают маленькие и темные, но одна нация все равно. Потому что говорят на английском, имеют специфическую культуру, психологию и самосознание. Но так стало недавно — в XIII веке только. До этого же там был полный разброд и шатание — кем только они себя ни называли...

— А на самом деле разброд и шатание были в политике корол... — хотела спросить я и заткнулась, опять увидев укоризненный взгляд Васильева — он же меня просил.

— Лопари просто так и остались на племенном уровне, — продолжал он, — не доросли до нации. А русские — доросли. Вот в чем секрет, что лопарем и русским быть можно, а русским и лопарем — вроде как нельзя. А на самом деле можно, если хочется. Главное — самосознание. Понятно?

Очевидно, испуганный моим оторопелым видом, Васильев поспешил показать мне краниологическую коллекцию института. С деревянных стеллажей, занимающих зал метров в тридцать, на меня пустыми глазницами смотрели черепа наших предков. У одних были высокие лбы и узкие скулы, у других скулы были широкими. У кого-то подбородок выступал вперед сильно, у кого-то не очень. А в общем, люди как люди.

— Вот наш фонд, — любовно произнес Сергей Владимирович. — Не очень большой, правда.

— А для чего они здесь лежат?

— Как для чего? Изучаются, измеряются. Вот Средняя Азия, Татарстан, Молдавия.

— А где мои родные?

— Предки? Вот они, вот. Новгородцев вот возьмите. Самые к вам близкие ребята.

На меня смотрело простое милое лицо древнего новгородца. Здравствуй, предок. Наконец-то я нашла тебя. Теперь ни один одесский чудак не собьет меня с пути истинного. Русская я, наука подтвердила.

— Есть еще один миф распространенный, — продолжает Васильев. — Считается, что русские все с монголотатарской примесью из-за «ига». На самом деле ничего подобного не было. Монголотатары кочевые были ребята, они обложили данью Киевскую Русь, но в этих обложенных городах сами не жили. Это можно сравнить с... впрочем, не будем об этом, я же вас просил. Важнее то, что они жили на юге, в степях достаточно изолированно. Просто брали деньги на жизнь у русских князей. Конечно, если кто-то давать не хотел... Впрочем, это уже другой вопрос. Главное — они здесь если гены и оставили, то очень мало, в порядке исключения.

Наконец антрополог Васильев готов разрешить все мои многолетние сомнения в том, что я русская.

— Вы типичный представитель среднеевропейской малой расы, к которой сегодня относятся большинство русских, а также белорусы, поляки, немцы... У вас средней ширины и высоты лицо, прямой нос, русые волосы. Если еще точнее — выражен рязанский тип. Довольно характерна для рязанских русских припухлость верхнего века — у вас это как раз хорошо выражено. С вашим лицом могут быть и немцы, и поляки и кто угодно. Конечно, чисто теоретически, в ваших генах еще кто-нибудь может замешаться. Но это вряд ли.

— Значит, живу на земле предков? — говорю я.

— Ну-у, — смотрит на меня подозрительно Васильев. — Негр какой-нибудь — он тоже имеет право здесь проживать... Если законно все. Я же вас просил не затрагивать политических моментов...

А я разве нарочно? Так получается.

— Вообще-то, — признался напоследок Васильев, — я бы на вашем месте занялся рязанщиной... Если вам так надо самоидентифицироваться. Поезжайте в Рязанскую область — там много увидете на вас похожих.

Вот и займусь. Мало ли как жизнь сложится — среди поморов и казаков-то. Куплю себе атлас Рязанской области, томик Есенина. Я итак уже знаю несколько рязанских поговорок, одна из них меня просто потрясает своей мистической глубиной: «У нас в Рязани грибы с глазами — их едят, они глядят». В одном молодежном журнале меня, кстати, убеждали, что это не про что иное, как про наркокультуру предков. А вы как думали? Мы, рязанцы, не лыком шиты.

Хотя, если подумать, с моим среднеевропейским типом лица я могла бы примкнуть и к полякам, и даже к немцам. Но я принципиально к ним не примкну, а останусь лучше русской рязанского типа. Потому что такой была моя бабушка, а я бабушку любила. В этом, честно сказать, пока и состоит истинный смысл моего национального самосознания.

М.В. Куликова
рязанский тип

На фотографиях:

  • СТАТИСТИЧЕСКИЙ МЕТОД — НЕПОКОЛЕБИМАЯ ОСНОВА РАБОТЫ ПО ОБРАБОТКЕ АНТРОПОЛОГИЧЕСКОГО МАТЕРИАЛА. КРАНИМЕТР ПРИОБРЕЛ МРАЧНУЮ И ДАЖЕ ЗЛОВЕЩУЮ СЛАВУ, НО В ТО ВРЕМЯ, КАК ГОБИНО ПИСАЛ СВОЙ ОПЫТ «О НЕРАВЕНСТВЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ РАС», А ГИТЛЕР — «МАЙН КАМПФ», ПРОСТЫЕ УЧЕНЫЕ ВЕЛИ ТИТАНИЧЕСКУЮ РАБОТУ ПО СИСТЕМАТИЗАЦИИ ЧЕРЕПОВ, НАЙДЕННЫХ АРХЕОЛОГАМИ. ТРУДОЛЮБИВЫЙ КРАНИМЕТР СЕГОДНЯ ДОЛЖЕН БЫТЬ РЕАБИЛИТИРОВАН
  • ВАЖНЫМИ МЕТОДАМИ АНТРОПОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ ЯВЛЯЮТСЯ КРАНИОЛОГИЯ (ИЗУЧЕНИЕ ЧЕРЕПОВ), ОСТЕОЛОГИЯ (СКЕЛЕТА), АНТРОПОЛОГИЧЕСКАЯ ФОТОГРАФИЯ, СНЯТИЕ ОТПЕЧАТКОВ КОЖНЫХ УЗОРОВ ЛАДОНЕЙ И ПОДОШВЕННЫХ ПОВЕРХНОСТЕЙ СТОП, СНЯТИЕ ГИПСОВЫХ МАСОК ЛИЦА, ПОЛУЧЕНИЕ ГИПСОВЫХ ОТПЕЧАТКОВ ВНУТРЕННЕЙ ПОЛОСТИ ЧЕРЕПА И МНОГОЕ, МНОГОЕ ДРУГОЕ В ТОМ ЖЕ ДУХЕ. ЧТОБЫ ПРОВЕСТИ ХОТЯ БЫ ПРИБЛИЗИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ АНТРОПОЛОГИЧЕСКОГО ТИПА, ОДНИМ ТАКИМ ЧЕМОДАНЧИКОМ НЕ ОБОЙДЕШЬСЯ
  • ДОКТОР ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК СЕРГЕЙ ВАСИЛЬЕВ ОЧЕНЬ ТРЕПЕТНО ОТНОСИТСЯ К ЧЕРЕПАМ ИЗ ИНСТИТУТСКОЙ КОЛЛЕКЦИИ. ПОТОМУ ЧТО ОСОБОЕ ЗНАЧЕНИЕ ДЛЯ АНТРОПОЛОГИИ ИМЕЕТ ИМЕННО ВОССТАНОВЛЕНИЕ ЖИВОГО ОБЛИКА ЧЕЛОВЕКА НА ОСНОВЕ СВЯЗИ ЧЕРЕПНЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ С ФОРМОЙ МЯГКИХ ЧАСТЕЙ ЛИЦА. ЭТО НАЗЫВАЕТСЯ — ПЛАСТИЧЕСКАЯ РЕКОНСТРУКЦИЯ. ОСНОВАЛ МЕТОД В 1927 ГОДУ ЗНАМЕНИТЫЙ И НЕПРЕВЗОЙДЕННЫЙ СОВЕТСКИЙ АНТРОПОЛОГ М.М. ГЕРАСИМОВ
  • В материале использованы фотографии: Александра ДЖУСА, Юрия ФЕКЛИСТОВА
Комментарии
Профиль пользователя