Коротко


Подробно

БЕЗ ПРОТОКОЛА

Россию захлестнули псевдолекарства, псевдолечение и псевдомедицина. Это не случайно и явно надолго...


БЕЗ ПРОТОКОЛА

Похоже, через минуту-другую мой сослуживец просто разрыдается.

— Ну бред какой-то: ухлопать ползарплаты на эту мерзость — и хоть бы в одном глазу!!!

— А чего бы ты хотел? То, что ты купил, — не лекарство, — говорю я.

— Как не лекарство? Мне же врач его назначил! — отбивается он.

— В каком смысле «назначил»? Выписал рецепт?

— Нет, просто написал на листочке название и сказал, в какой аптеке взять. Я же в аптеке это взял, понимаешь?! А оно... Тьфу, зараза!

...Месяца три назад он угодил в небольшую автоаварию. Ничего жизненно важного не повредил, но боли после разрывов связок, мелких переломов и ушибов изрядно доставали. Пошел к доктору, а тот вместо лекарства посоветовал одну из модных нынче биодобавок. Единственный итог дорогущего «лечения» — дыра в семейном бюджете. Ладно, что не покалечился вконец, а ведь мог бы запросто.

Все-таки Иван Андреевич Крылов был гениальным человеком: что ни формулировка — то на все времена. Вот и сейчас реализуется одна из его конструкций: слона-то мы и не приметили. Объявили национальной катастрофой фальшивые лекарства, на которые можно нарваться раз в сто лет и по большим праздникам, и не заметили, что настоящая катастрофа давно уже стряслась: Россию захлестнули псевдолекарства, псевдолечение и псевдомедицина. Причем если фальшивки делаются и продаются тайно — все «псевдо», напротив, ни от кого не прячутся, не упускают случая громко о себе прокричать и вообще чувствуют себя в нашем обществе хозяевами положения. Россия не «медленно, но верно», а семимильными шагами и необратимо уходит от научной и доказательной медицины в сторону мракобесия и шарлатанства.

Те, кто приготовился читать очередной наезд на экстрасенсов и пищевые добавки, могут смело переворачивать страницу. И к добавкам, и к знахарям я отношусь более чем спокойно, все имеют право занимать в обществе свою нишу.

Но не чужую! Между тем в России дело обстоит именно так: ниши перепутаны, ориентиры сбиты, все смешалось в доме Облонских.

Биодобавку вам рекомендует доктор. Профессора медвузов промоутируют в СМИ и/или прямо на своих лекциях и занятиях «методы лечения», не прошедшие ни единой положенной в цивилизованном мире проверки на эффективность и безопасность. Рекламу нелекарства на российском рынке несведущий человек ни за что не отличит от рекламы лекарств. Да что там дилетант — иногда даже врач, хорошо знающий фармацевтический рынок, не скажет вам навскидку, что на самом деле скрывается под лейблом «вытащенная из секретных кремлевских арсеналов уникальная разработка российских ученых на основе конверсионных технологий». То ли там очередной «акулий хрыч», то ли вполне нормально сделанный препарат, авторы которого просто не видят иного способа войти на рынок, кроме скандала. Кстати, суммарные затраты на рекламу биодобавок на российских телеканалах давно уже обогнали затраты на рекламу безрецептурных препаратов. Подобного нет ни в одной цивилизованной стране.

В супермаркете или на радиотолкучке на вас может напасть миловидная барышня в белом халатике:

— Компьютерную диагностику болезней всех органов по рисунку левой пятки пройти не желаете?

— Да у меня вроде ничего не болит.

— Как это не болит?! Я по ушам вижу, как вы себя запустили. Ой, как же вы себя запустили! Господи, в почках — уран, в прямой кишке — стронций!!!

— Что же мне делать-то?!

— Ну, вообще-то ваш случай почти безнадежен. Есть, правда, одна очень хорошая гомеопатия, но покупать надо сразу годовой курс — иначе не поможет.

— Я должен подумать. Это немыслимые деньги.

— Учтите, эту смесь делают только в Симферополе, партии привозят в Москву раз в полгода. До следующего завоза вы можете не дотянуть.

...Вы, конечно, можете сказать, что я все-таки наезжаю. Что я как человек, отягощенный медицинским образованием, просто ревную и нервничаю, видя, как все меньше россиян доверяют официальной медицине и ищут спасения у неофициальной. Что на самом деле никто еще точно не доказал, что казенная — лучше, а народная — хуже. И вообще: медицина не математика и не физика, точных критериев и оценок в ней нет, все субъективно и индивидуально — одному помогло, другому не помогло — о чем тут можно дискутировать?


ЭЛЕМЕНТАРНО, ВАТСОН!

На самом деле сегодняшняя медицина — наука не менее, а где-то и более точная, нежели физика или математика. И понять, что считать лекарством, методом обследования и методом лечения, а что не считать, — предельно просто. Прошло некое вещество, некое действо или аппаратура для диагностики и лечения строго определенные клинические испытания без каких-либо отклонений от протокола (шаг влево, шаг вправо — расстрел) — это лекарство, метод лечения или аппаратура. Не прошло (или не проходило) — называйте как хотите.

В Западной Европе (про Штаты в этом плане знаю мало, а врать не буду. — Б.Г.) отлаженный десятилетиями механизм клинических испытаний позволил создать абсолютно ясный водораздел между доказательной медициной и чем-то иным. Две практики — доказательная и недоказательная — идут как параллельные прямые и не пересекаются. В любой европейской стране вы найдете процветающие сети магазинов и оздоровительные центры, где вам предложат на выбор море биодобавок, продуктов для здорового питания и массу всевозможных экстравагантных приемов и методов оздоровления. Никто подобный бизнес не запрещает. Но боже упаси врачу попасться на распространении и пропаганде любых веществ и методов, не прошедших стандартные испытания и посему не признанных лекарствами и методами лечения. В Германии за подобный проступок профессиональная гильдия — Врачебная палата — лишает доктора страховки профессиональной ответственности. А без таковой он уже не врач, он не имеет права практиковать. И это не ревность к нетрадиционному. Как человек и гражданин демократической страны ты можешь уважать и считать любопытными любые биодобавки и методы оздоровления. Но если ты их промоутируешь в свое служебное время и в своем врачебном кабинете — ты должен называться по-другому и лицензия у тебя должна быть другая; а как врач ты обязан назначать только то, что относится к доказательной медицине.

«Получается, что на Западе врач не может внедрить в клиническую практику ничего нового?» — спросите вы. Может и внедряет. Доктор вправе участвовать в клинических испытаниях новых лекарств, проводимых фирмами-разработчиками, и получать за многолетний кропотливый труд неплохие деньги (кстати, по российскому закону деньги за клинические испытания получает не сам врач, а его клиника, считай — главврач). Он вправе создавать и свои методы лечения (недаром в той же Германии профессия врача относится к творческим), но отстаивать их он может только по процедуре доказательной медицины. Только по протоколу. Врач, единожды попавшийся на халтуре при участии в испытаниях, пожизненно заносится в «черные списки» и никогда впредь не будет допущен к этой ответственной работе. А уж приторговывать «смесью для похудания» или советовать ее пациентам и быть в доле с продавцами доктор вообще права не имеет. Ибо подобные продажи — это ведь отнюдь не бескорыстное «внедрение новинок в практику», согласитесь. Да и какие уж это больно новинки, если разобраться?

Казалось бы, опираясь на европейский опыт, наши власти могли бы с тем или иным трудом навести и у нас элементарный порядок. Чтобы простые смертные не были по крайней мере столь дезориентированы, как сейчас. Но странные вещи творятся на бескрайних просторах нашего Отечества.


ДЕЛО ВРАЧЕЙ

Пока что ни один российский доктор не лишился диплома за торговлю из ящичка рабочего стола или пресловутую «записочку с названием и указанием, где купить». Ни один профессор медицинского вуза не получил даже предупреждения за продвижение на своих лекциях недоказанных средств и методов лечения или за создание (и опять же продвижение) таковых. Похоже, что участие врачей и ученых в практиках недоказательной медицины в России встречает полное понимание властей: а как же, мол, иначе выжить нашим нищим бюджетникам?

А вот участие в доказательной медицине становится для российских врачей и ученых все более некомфортным и небезопасным. Не столь давно почти все московские представительства иностранных фармацевтических фирм получили вот такую служебную записку из милиции:

«(...) Уважаемый господин (имя главы представительства)!

(...) Выступала ли Ваша организация инициатором (заказчиком) проведения клинических исследований (испытаний) лекарственных средств в России? (...)

Каким образом производилась оплата за проведенные (проводимые) клинические испытания лекарственных препаратов? Необходимо предоставить копии первичных бухгалтерских документов, подтверждающих оплату выполненных работ. (...)

Какова общая стоимость программ клинических исследований лекарственных средств по каждому препарату в отдельности?

Каким образом осуществлялось страхование здоровья пациентов (волонтеров), участвующих в клинических исследованиях лекарственных средств? Каков объем денежных средств, выделенных на эти цели? Необходимо предоставить копии договоров страхования и иную информацию об оказании страховыми компаниями услуг указанной категории граждан. (...)

В ходе проверки может быть запрошена дополнительная информация, а в случае необходимости произведен опрос специалистов Вашей фирмы по затронутой тематике.

С уважением (печать и подпись)».

Пару дней в офисах очухивались от шока — ведь предлагалось фактически написать донос на себя. Наконец выяснилось, что идею присмотреться к клиническим испытаниям подкинул один добрый чиновник из Минздрава. Пришел и сказал: озверевшие и охамевшие транснациональные фармацевтические фирмы избрали Россию полигоном для обкатки непроверенных лекарств, а российские врачи за эти опыты на людях получают откаты в конвертах. И никаких налогов с иудиных серебреников, ясное дело, не платят.

Против нескольких крупнейших российских ученых-медиков уже пытались возбудить уголовные дела по «взяточным» статьям. Взяткой стражи закона сочли совершенно легальные выплаты (с них были уплачены все налоги!) за участие в клинических испытаниях по программам западных фирм и других научных исследованиях по западным препаратам. Взяткой посчитали и гонорары за чтение лекций перед врачами и студентами о новых (проверенных и прошедших все протоколы, одобренных и зарегистрированных Минздравом России!) западных препаратах. Хотя и с этих гонораров налоги были уплачены. Но источник в прокуратуре доверительно сообщил вашему корреспонденту: мы все равно докажем, что это взятки. Мало ли по какой «белой бухгалтерии» получены эти доходы? Все равно они получены за продвижение на наш рынок импортных препаратов — значит, фактически это взятки. Ну, как гонорар за книгу Чубайса и Коха, помните?

Во всем мире участие врача в доказательной медицине — это признак его высочайшего профессионализма. Доктор, однажды познавший вкус доказательной медицины, под страхом смерти не будет назначать непроверенные препараты и методы лечения. Надо ли говорить, что это рождает уважение к доктору и увеличивает приток пациентов к нему. Но у нас это все, оказывается, «опыты на людях по заказу акул империализма». Блин...

Во всем мире новый препарат не продвигается на национальный рынок, если ведущие ученые страны не попробовали в своих клиниках лекарство «на зуб». Причем сама технология клинических исследований такова, что результаты подтасовать нельзя! При всем желании невозможно прислуживать производителю лекарств, приходится честно говорить ему: «Да, брат, в этот раз ты меня порадовал» или «Нет, приятель, сегодня ты меня разочаровал». У нас же легальные выплаты за подобную «пробу на зуб», за трудную, почетную и легальную работу — оказывается, продажа Родины и преступление. А торговать прямо в поликлинике или больнице — это, стало быть, не преступление?! Ну да, этому мы даже сочувствуем! Типа — что ж делать-то, если либералы довели врачей до такой нищеты?

Вот так — все поставлено с ног на голову и свалено с больной головы на здоровую.

Бред, театр абсурда? Не скажите.


У СОВЕТСКИХ СОБСТВЕННАЯ ГОРДОСТЬ?

На словах в России все за доказательную медицину — от районного педиатра до министра здравоохранения. Очень уж неудобно быть против нее — по крайней мере публично. Но на деле все обстоит гораздо сложнее.

По большому счету ни Советский Союз, ни Россия никогда не были в ладах с доказательной медициной. По самым банальным причинам. Все как-то уж очень быстро поверили в миф от Зюганова и Проханова о процветании науки при СССР. И забыли, что на самом деле советская наука (кроме работавшей на нужды ВПК) финансировалась из рук вон плохо. У наших разработчиков лекарств и методов лечения никогда не было (да и сейчас нету) денег, сопоставимых с деньгами западных фармацевтических компаний. Между тем только на такие деньги можно проводить клинические испытания, соответствующие мировым стандартам. Ведь по стандарту препарат предоставляют пациенту бесплатно на весь срок исследования, а если лекарство понравилось и подошло — разработчик будет снабжать пациента бесплатно и после испытаний. К тому же риски врача и больного страхуют на огромные суммы.

Так или иначе, в СССР не соблюдался западный стандарт испытаний — с информированным согласием пациента на участие в испытаниях и полной страховой и юридической защитой врача и больного. Зато делались обкатки препаратов на зэках и солдатах срочной службы. При этом в Союзе всегда хватало честолюбцев, окончивших мединститут по классу комитета комсомола и алчущих степеней, званий и премий «числом поболее, ценою подешевле». Взял больного за шкирку, облучил ему кровь лазером или рентгеном в лошадиной дозе, накропал, пренебрегая всеми стандартами, методичку о революционном методе лечения, через Минздрав директивно внедрил метод по стране, получил Госпремию. В скобках заметим: потому-то многие достижения советской медицины и не выдерживают никакой критики по меркам медицины доказательной, и никогда не были признаны западным научным сообществом. А ведь изрядная часть советского медицинского бомонда жива, здорова и остается на плаву. Признавать, что былые регалии получены за мракобесие, этим людям ужасно не хочется. Оставшиеся с советских времен амбиции (и даже претензии на мировое лидерство) у них тоже никуда не делись. Больше того — теперь эти амбиции подкреплены ура-патриотическими настроениями. Мол, Запад со своими миллиардами и многолетними трудами еле-еле дарит дополнительный день жизни раковому больному, а мы вот сейчас без всяких инвестиций склепаем из ржавой проволоки и мочи пьяного таракана вакцину от рака! Раз-два — и готово! А ежели вы, молодой человек, занудно требуете от нас испытаний по протоколу — это вам просто завидно.

А еще доказательная медицина страшно неудобна для нынешней России, потому что мы производим и импортируем слишком много лекарств, которые не прошли через «сито». Признав право находиться на рынке только за препаратами и практиками, чья эффективность и безопасность доказаны по процедуре, мы не просто опустошим рынок, но обрушим бизнес многих больших людей. Оно этим большим людям надо?

В общем, есть некоторые основания полагать: реальное отношение наших научно-медицинских и деловых элит к доказательной медицине вовсе не такое хорошее, каким оно выглядит в парадных публичных речах. По перечисленным выше причинам это отношение объективно не может быть хорошим. Огромная часть элит просто обречена считать, что доказательную медицину придумали транснациональные фармацевтические компании. Зачем? А чтобы только западные лекарства считались лекарствами и только западные методы лечения — методами лечения. Можно сформулировать еще проще и четче: доказательная медицина — буржуазная выдумка и целенаправленная диверсия против российской науки и России в целом. Требуешь клинических испытаний по протоколу — обслуживаешь врагов России.

А раз так — то экспансия недоказательной медицины в России не случайна. Это не по бедности и раздолбайству, это обоснованно и надолго. И пока умонастроения не изменятся — мы будем обречены каждый раз, вертя в руках красивую упаковочку или получая приглашение пройти новейшую диагностику, мучительно соображать: к какой же медицине это относится?

Однако умные люди говорят, что не все так плохо. На днях мой старый приятель, большой профи по клиническим испытаниям, рассказал мне занятную историю. К нему на деловые переговоры напросилась экзотическая парочка. Девочка-биолог из лежачего НИИ пришла в сопровождении типичного братка.

— Слышь, мужик, — начал браток, — я вот тут вложил в нее «бабки», — показал глазами на свою очаровательную спутницу. — И, кажись, она кое-что нарыла.

Доктор глянул на принесенные отчеты и графики. По ним было видно, что исследовательская группа, может быть, и вправду подошла к созданию приличного препарата.

— Мужик! — вскричал браток. — Скажи мне, кому забашлять, чтобы это все скорее зарегистрировали и мы начали это продавать! Я слышал, ты в этом сечешь?

— Проведи клинические испытания по международно-признанной процедуре. Это большие деньги и несколько лет работы.

— А покороче и попроще никак нельзя? — взмолился конкретный пацан.

— Я могу тебе подсказать, кому и где дать в лапу, чтобы было покороче и попроще, — неожиданно сказал доктор, — но только помни: когда твое открытие защищено честными испытаниями, сам черт тебе не брат. Ты выходишь на любой рынок в мире и отбиваешь свои деньги. Ты можешь стать богаче Билла Гейтса! А вот когда ты не провел все как надо — ты не защитил ни свои деньги, ни свою девочку, ни себя. Любой конкурент проплатит пару-тройку заказных статей в любом бульварном листке — и тебе конец. Нечем будет крыть, понимаешь?

— Понял, не дурак. Дай твою честную лапу, — сказал браток, — я на неделе пришлю к тебе человека, ты ему расскажешь, как проводить испытания.

...Пацаны въехали. Это вселяет надежду.

Борис ГОРДОН

В материале использованы фотографии: Марка Штейнбока, Александра Джуса, fotobank
Журнал "Огонёк" от 07.04.2002, стр. 6
Комментировать

Наглядно

актуальные темы

Социальные сети

обсуждение