Я ПОНЯЛА

Я ПОНЯЛА

Я знаю, о чем Лужков договорился с Путиным, когда они летали в Италию. Нет, не о том, кому из них выступать по-русски, а кому по-итальянски. И даже не о том, стоит ли Лужкову идти в отставку в обмен на гарантии неприкосновенности.

Нет. Я так и слышу, как Владимир Владимирович доверительно шепчет Юрию Михайловичу:

— Все, что хотите... Любые гарантии, любое самодурство... Можете даже не поддерживать моих федеральных инициатив... Но ничего не меняйте на канале ТВЦ. В крайнем случае усугубляйте. Это мое единственное условие.

Потому Лесин и отдал два своих голоса — внешний и внутренний — за то, чтобы ТВЦ оставался при Лужкове. Именно такой канал необходим главной российской власти, чтобы показывать всей остальной стране: видите, что было бы с вами, если бы не мы?!

Сказать ли вам, что будет? Канал предполагается сделать еще более московским. Цитирую сайт www.tvc.ru. Ну, нехитрую московскую тайнопись мы оченно даже знаем, московским — читай: лужковским. Они ведь неразделимы, эти партия и Ленин нашего времени. Появятся два сугубо московских выпуска новостей (а какие в Москве новости? Кто читал Марка Твена, помнит придворную газету: «Во вторник король катался в парке. В среду король катался в парке...»). Плюс новая, пока безымянная программа, составной частью которой станет «Слово и дело». Кстати, это надо было додуматься обозвать городскую программу лозунгом доносительства, паролем осведомительства! Кто кричал: «Слово и дело государево!» — тот заявлял о своем намерении кого-либо заложить. «Слово и дело», как и новую сорокаминутную программу на его базе, ведет Андрей Леонов — личность в высшей степени колоритная. Это его устами московская мэрия весной этого года так поливала азербайджанцев, что я уже, честное слово, побаивалась межэтнических столкновений в городе. В словах ведущие ТВЦ и авторы репортажей особо не стеснялись: наш «обоссанный» бомж противопоставлялся стройным и ухоженным представителям мусульманского мира, заполонившим Москву и ее рынки. Никогда в жизни я не видела ничего более ксенофобского: судить эту программу за разжигание межнациональной розни можно было, не отходя от телевизора, не утруждаясь казуистикой, — все аргументы подносили на блюдце! И затеян этот грандиозный антиазербайджанский сыр-бор был исключительно ради того, чтобы закрытие оптовых рынков в Москве — единственной лазейки для желающих закупиться едой при умеренных заработках — воспринималось согражданами чуть ли не как избавление от коричневой чумы!

Не вышло. Москва действительно интернациональный город, и закупаются продуктами в ней не там, где торгуют белые люди, щедро отчисляющие проценты в городской бюджет, а там, где дешево. Тут хоть негра поставь — не побрезгуют. Но Андрея Леонова зритель запомнил. Запомнила и я. Он становится на ТВЦ фигурой номер один, будет и городские новости вести, хотя в чем гениальность этого ведущего, лично я никак не пойму. В общем, если это лицо канала, то и поздравим оппозиционный канал с таким лицом.

Есть, впрочем, еще пара колоритных типажей: это неизменный Борис Ноткин и столь же неминуемый Александр Хинштейн. Ноткин — классический образец интервьюера семидесятых: он сед, солиден, вопросы его не таят подвоха и выдают тщательное (всю ночь просидел) знакомство с биографией приглашенного. Все благообразно, все сиропно в лучших традициях первого канала, знаменитого передачей «От всей души». Напрасно ждал бы зритель от Ноткина хоть одного парадокса, не говоря уж о провокации. Темп беседы плавен и не меняется на протяжении всего интервью, как не меняется и Ноткин. Он джентльмен. Он добрый и корректный человек. Он очень убедительно умеет поговорить о добре, духовности и простых ценностях. Он таков, каков есть, — хотя наверняка возможен и другой Ноткин. Не столь плоский. Но он нужен каналу именно в этом амплуа: на первый взгляд — чтобы тешить сердца пенсионеров (на которых, кажется, и рассчитана большая часть программ). Но по глубинному замыслу Ноткин олицетворяет собой триумф штампа и призван подчеркнуть клишированность каждого слова на оппозиционном канале. Больше Ноткина! Пусть все видят, сколь скучна духовность в представлении отцов города!

Второй знаковый персонаж, напротив, респектабельностью не отличается. Респектабельный Хинштейн — это такой же оксюморон, как порядочный Павел Гусев, как объективный Сванидзе, и слава богу, что он такой! Только не давайте ему исправиться! Больше Хинштейна — если, конечно, это не противоречит КЗОТу, запрещающему эксплуатацию неуравновешенных.. Сплошной торжествующий, ликующий Хинштейн! Хинштейн, словно предназначенный олицетворять нижнюю планку отечественного телевидения и возможное снижение этой планки. Вот кому надо даровать неприкосновенность. А то ведь опять попадет в герои, мученики и правозащитники.

Хинштейна с его «Материалами» станут повторять регулярно, по утрам, чтобы все видели. Так же планируют повторять и Караулова, чей «Момент истины» никуда с канала не денется. А вы говорите Путин и Лужков взаимно потеплели, чуть ли не заключили пакт о ненападении... Да где вы это увидели? Караулов ведь никуда не делся — а он, несмотря на феноменально гибкий позвоночник, продолжает последовательно выполнять свое особо важное задание. То есть преподносит Путина как ставленника «Семьи» и показывает фотографии некрасивого Березовского под страшную музыку. И все это в собственном фирменном исполнении, с надуванием щек: «И как это мы с вами, такие духовные люди, еще выносим все это?!» И, конечно, его напористая — куда деваются вся интеллигентность и все благодушие! — манера вести интервью, выбивать из собеседника то и только то, что желательно услышать лично Караулову.

Это вообще родовая черта ТВЦ, как и московской власти в целом: сочетание феноменальной (и беспричинной) озлобленности с таким же надрывным словоговорением на темы духовности, добра и красоты. Ни на одном канале не вылилось на зрителя столько сиропа в репортажах о последних звонках и выпускных балах. Но, конечно, у нас и бал не балует, и звонок не звенит без участия городского начальства. И естественно, репортажи были главным образом о том, как Шанцев танцует с выпускниками или поет с Басковым. Кстати, о Баскове: этот молодой певец загадочным образом гостит на ТВЦ чаще всех коллег. Кто-то ему там сильно покровительствует. Если бы он был Анита Цой — я бы понимала кто. Но никого по фамилии Басков я в окружении мэра не знаю, а сладкие слюни по поводу феноменального молодого дарования так и льются. Лично я вижу только, что Николай Басков — развязный и самовлюбленный молодой человек, умудряющийся и эстраду и классику петь одинаково холодно, без божества, без вдохновенья, с абсолютно механической мимикой. Так Андрей Караулов говорит о духовности, а Хинштейн — о патриотизме. При этом глаза у Баскова такие, что я не хотела бы столкнуться с их обладателем на узкой дорожке. К счастью, я ему ни в чем не конкурентка. Но олицетворять духовность по-московски он годится идеально: максимум лицемерия, максимум консерватизма, максимум дурновкусия, и все это подается как нечто в высшей степени народное.

И слава богу. Пусть москвичи окончательно убедятся в том, что это — не их телевидение. И, в сущности, давно уже не их город.

А вот начальство — их. Их собственное. И никому они его не отдадут.

Ирина ЛУКЬЯНОВА