Коротко


Подробно

100 лет с «Огоньком» - 1954 год


1954

ДВА ЦВЕТА «ПУРКУРАТУРЫ»

Гинзбург

Евгения Гинзбург, автор повести «Крутой маршрут», рассказывала, как после восемнадцати лет, проведенных в лагерях и ссылках, она вместе с маленькой дочерью приехала в Москву хлопотать о реабилитации. Никому из знакомых о своем приезде сообщить не решилась: «Мне еще казалось немыслимым навьючить на чьи-то плечи такую ношу — пришельца из страшных снов с котомкой за плечами. И я взяла у магаданского знакомого записку к хозяйке, промышляющей на Таганке специально сдачей комнат и углов приезжим вольным колымчанам-толстосумам».

Спать, устав от шума и суеты столицы, улеглись еще засветло. Но через минуту, как вспоминала потом Евгения Семеновна, ее разбудил тоненький, захлебывающийся счастьем визг дочки:

— Мама, мама, смотри, у тети свое маленькое кино! — это семилетняя Тоня увидела телевизор с крохотным тускло мерцающим экраном?

Утром радушная хозяйка «Стойла колымчанина» предложила постояльцам кофе и сама уселась с ними за стол. Уже неделю без квартирантов, намолчалась и рвется к общению. В жизни не выезжавшая с Таганки, она, как оказалось, в курсе всех магаданских проблем. Знала, кому и какие надбавки положены, где выгоднее работать — в Северном или Западном управлении. И вдруг, прервав свой нескончаемый монолог, спросила: «Вы не забыли, как на Кировскую-то проехать?» На Кировской, в доме 41, находилась Прокуратура СССР, куда первым делом отправлялись все, кто после смерти «вождя и учителя» стал надеяться на реабилитацию.

Евгения Семеновна не могла скрыть удивления: «Откуда эта толстуха, похожая на гладкого кота, догадалась об этом?» Ведь о цели их приезда в Москву ни слова не было сказано. Но та, ничего не замечая, продолжала тараторить:

— На Букашке поезжайте. До Красных ворот. При вас-то ходила туда Букашка? Не упомню уж?

— Ходила. А вы откуда все знаете?

— Не маленькая. По чемодану, по одежке вижу. Да и по лицу. Девчонку-то оставьте на меня. Присмотрю. И недорого возьму за это.

Но Тоня остаться наотрез отказалась: ей казалось, что «пуркуратура» — это еще одно из московских чудес, вроде телевизора, которое обязательно надо увидеть.

...Это и в самом деле была незабываемая картина. Масса «врагов народа» перемещалась по коридорам огромного здания с привычной оглядкой на снующих среди толпы военных в защитной форме с бумагами в руках. «Вестибюль прокуратуры гудит, — писала в воспоминаниях Евгения Гинзбург, — как? Нет, не как улей! Как транзитка! Как владивостокская транзитка. Прикрываю на секунду глаза. Меня шатает и мутит от острого воспоминания, от того, что опять смещается грань времен?»

К действительности ее вернул громкий голос дочки.

— Мама! — теребила ее за рукав Тоня. — Мама, а почему в пуркуратуре все седые?..

Екатерина САФОНОВА

На фото: Е.С. Гинзбург с дочерью. Начало 60-х годов



Михалковы

На фото из архива «Огонька»: Председатель правления Союза писателей и председатель Союза кинематографистов России С.В. и Н.С. Михалковы

Журнал "Огонёк" №8 от 28.02.1999, стр. 8

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы

Социальные сети

все проекты

обсуждение