Коротко


Подробно

ЗАКАЗУХА

Тема номера


Коллаж

Бизнес по-русски. Еще пять лет назад его описывали байкой: двое подписали контракт о продаже леса, потом один пошел искать деньги, другой — лес.

Ныне — иначе. Трое решают купить связь, но один вдруг отказывается от сговора по сбиванию цены, и все летят за границу к вице-премьеру решать возникшую проблему.

Но самое примечательное дальше: как только сговор не проходит, на население обрушиваются ведра информации, рисующей в крайне нечистых тонах вице-премьера, подозреваемого в поддержке победителя. Кто-то не побоялся даже результат прослушивания его частного разговора вывалить, хотя это безусловное нарушение закона. Цель, видно, требовала того: Немцов, оказывается, в личных целях задержал на три дня принятие указа аж самого президента!

Другая сторона тоже с ответом не задержалась.

Слушай, това-а-арищ, война началася...

Но удары в подобных войнах не обрушиваются неожиданно, как то кажется порой публике. Как в любой порядочной битве, здесь используются прекрасно изученные приемы военного искусства. Здесь есть фронт и тыл, разведка и контрразведка. Здесь удавливают предателей и бросают на амбразуры героев. Здесь в зависимости от боевой задачи используют оружие различной убойной силы.

Об одном из важнейших — после бомб и киллеров — инструментов этой войны и пойдет ниже речь. О боевом искусстве компромата.



ЗАСЕКРЕЧЕННЫЙ БЕСТСЕЛЛЕР

Одной из задач корреспондента «Огонька», выехавшего на Лейпцигскую
книжную ярмарку, было найти изданную в Германии книгу
«Русская мафия» и встретиться с ее автором.


Обложка

Сотрудники ярмарки взялись помочь, уверив, что «в Лейпциге все есть», и, увы, ошиблись: в море книг именно нужной не оказалось.

Тогда корреспондент отправился по немецким книжным магазинам.

— А где же «Русская мафия»?

В ответ — пожатие плеч, загадочные ухмылки, обещания «поискать на складе»...

Наконец один из продавцов «раскололся»:

— Нам поступило указание книгу из продажи изъять. Сказали, что те, кто упоминается в книге, возбудили уже более ста двадцати судебных дел. Автор, вроде, скрывается...

То, что он скрывается, мы уже знали. В скандальной публикации журнал «Фокус» обвинил бывшего президента Украины Леонида Кравчука в том, что тот незаконно вывез из страны 30 миллионов долларов наличными. «Огонек», пользуясь партнерскими связями, попытался выйти на источник информации, но, как говорится, никакой «Фокус» не помог. Автор исчез.

«Фокус» тогда перед Кравчуком извинился. Нам немецкие коллеги объяснили, что их подставили российские спецслужбы. Они, дескать, снабдили автора громадным количеством оперативных материалов, организовали утечку, слив, как это теперь именуется...

Работники ярмарки слово сдержали — засекреченный бестселлер добыли. Прямо скажем, непривычное это зрелище. Некоторые строки и абзацы книги обильно залиты черной краской, под которой скрываются названия фирм, должности и имена, имена, имена...

Но куда гуще замазаны черным оказались те, на кого цензорской типографской краски как раз не хватило.


КТО УБИЛ ВЛАДИСЛАВА ЛИСТЕВА

Практически все это мы читали и у себя. Но определенную пикантность систематизированным в книге Юргена Рота «Русская мафия» байкам и газетным «разоблачениям» придает то, что именно по таким «утечкам» западная публика и представляет себе нынешнюю Россию.Что ж, почитаем пару отрывков. Но, довершив дело немецких цензоров, уберем и мы отдельные имена. Так даже занятнее читать...


Страницы из книги

Борис Ельцин, российский президент, узнав об убийстве Листьева, прервал заседание в Министерстве иностранных дел и выехал в здание телецентра в Останкино. Своим приездом он выказал «глубокое сочувствие» сотрудникам телевидения. «Видя перед собой растущее сближение госчиновников, политических структур и мафии, руководство этого города и его правоохранительные органы закрывают на это глаза», — сказал Ельцин, подразумевая .

Ответственность за убийство несет — так сформулировал свое мнение Артем Боровик — главный редактор еженедельника «Совершенно секретно», добавив, что правительство уже несколько лет обещает положить конец преступлениям, но не может этого сделать, так как половина его членов выросла вместе с мафией.

Журналистка Марина Румянцева так отозвалась об убийстве своего приятеля Листьева и о спорах вокруг рекламного корыта стоимостью в миллионы: ...прежде всего Листьев должен был провести финансовую ревизию, с тем чтобы выявить скрытые махинации орудующих на ТВ группировок. Но он отказался от этого, увидев имена их участников. Имена эти можно найти в закрытом докладе, который лег на стол органам расследования и попал в руки одному неформальному московскому журналисту, который по понятным причинам не стал публиковать его содержание.

В этом закрытом докладе не были названы имена убийц. Речь в нем шла о тех закулисных силах, которые отстаивали свои интересы на российском ТВ и кому Листьев мешал делать свой бизнес. В этом докладе проходили такие клички и сокращения, как , и . В этом же докладе есть одна пикантная деталь о переговорах вокруг самого мощного канала российского ТВ. После того как ситуация с рекламой на этом телеканале стала известной, в Москву выехал Япончик, который, по всей вероятности, делал бизнес Премьера по его поручению. В гостинице «Пекин» состоялась встреча Япончика, Петрика и . Япончик — 55-летний Вячеслав Иваньков, получавший ежемесячно около 250 000 долларов от рекламного телебизнеса. Иваньков на сегодняшний день один из самых опасных российских мафиози. Директор американского ФБР видит в нем председателя верхушки международной мафии, которая распустила свои щупальца по всему миру — русскую мафию. Ее годовой оборот оценивается в 100 млрд. долларов. Количество участников — более 1,8 млн. — заставляет считать русскую мафию самым крупным преступным синдикатом в мире, который находится вне всякой конкуренции.

Примерно такого же калибра, как и Иваньков, наручники на котором защелкнулись летом 1995 года в Нью-Йорке, является и человек, выступающий в выше цитируемом докладе как . Им является — один из известнейших певцов страны и по совместительству мафиози. «Кассиром преступного мира» назвали его российские СМИ, а европейские полицейские считают его центральным связующим звеном между уголовной мафией и правительством в Москве.

За короткое время из любимого народом певца превратился в одного из богатейших предпринимателей России с солидным политическим влиянием. Он является одним из главных акционеров Парка культуры и отдыха им. Горького.

Но что делать этому миллионеру с такими деньгами, если он не может свободно передвигаться по миру и навещать своих друзей, например, в США или в Израиле? В мае 1995-го внешнеполитическое ведомство США отказало в визе. Обоснование отказа можно было прочитать в «Вашингтон пост». связан с русской мафией и торговцами наркотиками».

Пожелай посетить Германию, чтобы встретиться со своими деловыми партнерами во Франкфурте или Берлине, его бы точно не задержали. И это при том, что полицейские чиновники в Германии были информированы о странных совместных предприятиях с участием . Например , чьи связи напрямую вели к самой большой мафиозной литовской банде — «вильнюсской бригаде», а оттуда — к банковской мафии во Франкфурт...

«Мафия господствует в Москве» — утверждает один из руководителей ее милиции Сергей Донцов. Он подчиняется . Контакты с мафией были доказаны немецкими органами безопасности. — быстрорастущий политик — купил в 1995 году в испанской Марбелье шикарную виллу через посредника — иранского торговца Хамита Нагасхана, о чем поведали тележурналисты «Телевизио де Каталония» из Барселоны. В середине 80-х этот Нагасхан был иранским специальным министром, ответственным за нелегальную закупку оружия. По поручению иранского правительства он скупал оружие на европейском черном рынке, за что частично расплатился наркотиками общим весом в 3000 кг... В этой связи напрашивается вопрос: какие такие дела связывают иранца Хамита Нагасхана и ? Может, речь идет о том, чтобы с помощью новых политических друзей в российской столице построить наконец такую желанную исламскую атомную бомбу?

* * *

На своем личном «ЯК-40» направляется в Воркуту — угольный центр за полярным кругом.

Его концерн (200 тыс. работающих и 300 дочерних фирм) содержит, помимо всего прочего, туберкулезную больницу и детский госпиталь. «Каждый, кому нужна помощь, может обращаться ко мне», — говорит он. В Татарстане он финансирует более десятка мечетей и один хоккейный стадион.

Он не скрывает: «Да, я воровал. Но не у простых граждан, а только у правительства. И то, что я воровал, я тут же возвращал людям».

В кармане его пиджака толстая пачка стодолларовых банкнот. Ими он расплачивается во время игры в покер со своими телохранителями. «Русские бандиты играют на американские деньги», — шутит он, и игра начинается.

В хаосе российского перехода от коммунизма к дикому капитализму удалось превратиться из уголовника в одного из богатейших людей России. То, что, например, Рокфеллеры создавали поколениями, люди типа делают за 2 — 3 года. Его собственность оценивается самое малое в 40 млн. долларов, а где находятся истоки его богатства на самом деле — коммерческая тайна.

Такие, как он, смеются над американской «мудростью», которая гласит, что «когда на твоем банковском счете появится третий миллион, все остальное можно считать заработанным честно».

Для России эта «мудрость» звучит по другому: воруй, но не переходи дорогу Кремлю. В октябре 1993-го он занял антиельцинскую позицию и встал на сторону А. Руцкого, снабжая его сторонников продовольствием, топливом и, вероятно, оружием. После подавления путча был арестован в одном из московских отелей.

Нет, уверяли представители прокуратуры, мы задержали его не по политическим мотивам. Он обвиняется в преступлении против госсобственности.

«Если ты не прекратишь это дело, — кричал в ярости прокурору, — я сломаю тебе хребет». В суде он пытался вышвырнуть прокурора из зала.

Революционеры криминальной революции пытаются захватить власть прежде всего на местном и региональном уровне. Одновременно они пытаются влиять на культурные и моральные ценности россиян. И успех им обеспечен. В телепередаче «50х50» от 22.03.94 г. три первых хита воспевали преступный мир. Группа «Наше дело» (Коза ностра) победила с песней «Крестный отец», а группа «Дюна» с песней о коррумпированном миллионере «Женька».

На фото: Так выглядят многие страницы книги «Русская мафия».



У МЕНЯ ЕСТЬ ЗНАКОМЫЕ МАФИОЗИ,

но киллером меня сделали американские спецслужбы
и русские журналисты

В 18-м номере «Огонька» был опубликован материал о Вячеславе Иванькове (Япончике). Среди имен, названных во время судебного процесса, было имя Александра Иншакова, президента Ассоциации каскадеров. Он был назван наемным убийцей. Впервые услышав «о столь интересном факте своей биографии», Александр захотел встретиться с нашим корреспондентом.


Среди людей, с которыми я общаюсь, иногда одного слуха, что человек непорядочный, достаточно, чтобы с ним не имели больше никаких дел. Мои друзья из силовых структур посмеиваются — не обращай внимания. Но как не обращать, если у меня есть мама, родственники, на которых могут тыкать пальцем и говорить, что они живут с убийцей.

Для меня сложнее всего решить: кому и зачем это нужно? Представители криминальных структур — мафия, как сейчас говорят, — заниматься этим не будут. У меня с ними свои, товарищеско-дружеские отношения, которые не один год складывались: всегда друг у друга на глазах, в любую минуту можно найти.

Может быть, есть кто-то, заинтересованный в пресечении моей коммерческой деятельности в Америке. Скорее всего речь идет о направленной акции против россиян, и я — лишь частный случай. Пока перед Америкой и Западом стояла угроза со стороны коммунистов, существовали специальные службы, нагнетавшие эту угрозу. Когда коммунистическая угроза пропала, придумали новую — жуткую русскую мафию. Но что такое мафия рядом с государственным аппаратом? Смешно. Какая бы ни была мафия, все ее вопросы решаются в течение пяти минут силовым способом. Однако денег терять не хочется, насиженных мест — тоже, вот и раздувают мифы. Писать о русской мафии, называя неизвестные имена, видимо, не очень интересно. Вот и пошли Кобзоны, Иншаковы — люди, которые, помимо своей основной деятельности, имеют отношение к коммерции. Не исключено, что так и Пугачева вскоре станет «крестной матерью» русской мафии...



«ВОЙНА КОМПРОМАТОВ»,

«вброс» и «слив» — неужели это удел нашей прессы?

Журналистка Лариса Кислинская давно известна российским читателям по многочисленным публикациям на криминально-скандальные темы. После того как своей сенсационной статьей «А министр-то голый» в газете «Совершенно секретно» она «увела» в отставку министра юстиции Валентина Ковалева, обозреватель агентства ИТАР-ТАСС Кислинская прославилась на весь мир. Нам показалось, что ее представления о «заказухах» — реальных и выдуманных — имеют право на публикацию, хотя «Огонек» и не во всем разделяет эту точку зрения.


Кислинская

В последнее время опять вдруг стало интересно смотреть телевизор, да и некоторые газеты радуют открытым «наездом» на правительственные круги. Хороший повод поговорить на тему, поднятую «Огоньком»...

«Война компроматов» ведется давно и не только за деньги, но и за власть.

Бывшая служба безопасности президента вела ее со своими заклятыми врагами почти весь минувший год. На этом фоне довольно забавно смотреть застенчивые рассказы журналиста Александра Хинштейна, опубликовавшего в «МК» расшифровку разговора Анатолия Чубайса, Виктора Илюшина и еще третьего лица о том, как Лисовский и Евстафьев выносили из Белого дома коробку с 500 тысячами долларов. Если бы не «война», то как бы мы узнали всю правду о коробке?

Я более 10 лет занимаюсь криминальной тематикой и работаю с милицией и прокуратурой. И могу с полной уверенностью сказать: за любой уголовщиной тут же находят политику. Помню, в конце 1990 — начале 1991 года в оперативной милицейской сводке, с которой работают все криминальные репортеры, прошло сообщение о депутате Моссовета, задержанном при воровстве стройматериалов. Депутат оказался демократического толка и начал шумную кампанию в прессе — мол, это удар по демократии, а «дезинформацию» «подсунули» коварные коммунисты.

Что тут сказать? Меняются времена, но не меняются нравы. Не так давно у меня тоже прошла, как мне показалось, безобидная информация о дорожно-транспортном происшествии с одним крупным госчиновником из аппарата правительства. В ДТП он был совсем не виноват. Видимо, для пущей убедительности ГАИ информировало, что он был к тому же трезв. Никогда не догадаетесь, что вызвало гнев чиновника. Именно эта фраза! Он тут же заявил, что это «происки» противников реформ. Видимо, трезвость — норма жизни наших правителей и лишний раз подчеркивать это, говоря языком «застойной» прессы, — «лить воду на мельницу врага».

Это все в порядке юмора. Не до шуток уже становится, когда в уголовные дела «воров в законе» и преступных авторитетов вмешиваются депутаты и другие влиятельные люди. Классикой уже стал пример с Иосифом Кобзоном. Сейчас об этом не пишет только ленивый. Я была первая. В качестве признания сего факта он подал в суд на публикацию 1992 года. Судебный процесс до сих пор продолжается. Хотя за это время Иосиф Давидович не раз публично заявлял, что испытывает теплые чувства к Япончику, считает его «интересным человеком», хорошо знаком и с другими авторитетами, а участник банды Вячеслава Иванькова — Отари Квантришвили и просто был его лучшим другом. Странно, но разве факт помощи друзьям, какими бы они ни были, может порочить честь и достоинство известного певца? В чем тогда суть судебного разбирательства? Но профессор Кобзон непреклонен — он уверен, что «вброс» информации по его личности выгоден его врагам и вообще это удар по... Юрию Лужкову. Без особых затей он объявил виновным во всем этом... Александра Коржакова, который якобы заплатил за этот нетленный компромат 40 млн. долларов. Сумма вызывает уважение. Нестыковка даты публикации и периода укрепления СБП Кобзона просто не интересует. В суд подавать бесполезно. Один процесс я выиграла, но даже несчастные 500 тыс. рублей, в которые была оценена моя поруганная честь, до сих пор проигравшим Кобзоном не выплачены. Хотя решение суда уже года полтора как вошло в законную силу. Так что правильно гласит пословица: «С богатым не судись».

Покойный друг И. Кобзона — Отари Квантришвили в суды не обращался — он проводил со мной «профилактические беседы» по телефону. Он тоже был уверен — компромат на него «заказали». Предположить, что есть честные сотрудники милиции, которым весь этот беспредел надоел, он, как и сейчас Ковалев, не мог. К тому же Отари Витальевич любил повторять про своих воспитанников, которые «работают в МВД и КГБ и помогают ему». Он был прав. После моих публикаций о Япончике — Квантришвили — Кобзоне тогдашний министр внутренних дел Виктор Ерин вдруг озаботился вопросом моей безопасности и поручил контролировать его одному из своих заместителей. Как выяснилось, приятелю покойного Квантришвили. Сначала мне домой позвонили из его приемной: соединили с САМИМ. А уж потом телефон и адрес, которые я «закрывала», оказались у Отари Витальевича...

Можно ли считать «войну компроматов» или «вброс» бескорыстным явлением? Конечно, нет. За ними — всегда интерес. У источников «войны», как я уже говорила, деньги и власть. У журналистов — возможность отличиться. Но если бы не было причин к развязыванию «войны», мы бы не узнали, что Борис Немцов, первый вице-премьер, о котором Ельцин сказал: «У нас с вами одно кредо — взятки не брать... И мы в личном плане здесь такие, что никакие СМИ никогда нас не зацепят», именно из личных мотивов на три дня задержал Указ президента. Небезынтересен и факт, что за свою 125-страничную книжку «Провинциал» Немцов получил сказочный гонорар — 100 тысяч долларов.

Если бы «группы поддержки» не давили на оперативно-следственные бригады, честные сыщики и следователи, доведенные до озверения жестким прессингом, не передавали бы в печать компрометирующие «группу» факты. Не раз приходилось слышать разговор типа: «Бандитов одних поймали. Должны дело в суд передать. Но на вышестоящую инстанцию все время давит Певец. Нужно печатать». Затем звонок в вышестоящую — будете мешать, подключим прессу. Подействовало. Печать, как таковая, уже не нужна.

Можно ли такой «вброс» считать корыстной заинтересованностью? Однозначно, нет. Можно ли считать заинтересованным журналиста, предавшего его гласности? Только чисто профессионально.

А как же «война компроматов»? Кто платит, тот и танцует. И читатели, знающие, кому какое издание и какой телеканал принадлежит, могут предположить — это заказ хозяев. Сделку по «Связьинвесту» ведущий информационно-аналитической программы Сергей Доренко объявил нечистоплотной. В другом ее исходе был, как говорят, заинтересован Борис Березовский. Кому принадлежит первый канал, понятно. Но Доренко уверяет, что он никому не подчиняется и ни перед кем не отчитывается. Возможно. Кто-то не поверит. Но у меня была возможность убедиться в искренности его слов. Сразу же после выхода в свет июньского номера газеты «Совершенно секретно» мы с коллегами передали мою пленку всем телеканалам. Фактические хозяева ТВ 6 запретили ее показ и вырезали сюжет из «Скандалов недели». Говорят, то же самое было на ОРТ. В субботу, 21 июня, Сергей Доренко показал телезрителям шалости неодетого министра юстиции (теперь уже бывшего) с еще менее одетыми девицами. Сюжет длился минут 10 — 15. А как же запрет? Значит, телеведущий говорит правду. Вот так и получается, что многое зависит от человеческих качеств журналиста, его профессионализма и порядочности.

И вот тут-то, я думаю, пора перейти к третьему термину, который я для себя определила, как «слив» информации. Вот «слив»-то и осуществляется за деньги. Чаще всего связь между СМИ и заинтересованным лицом, безусловно, не самым законопослушным, осуществляют недобросовестные адвокаты. Иногда срабатывают личные связи журналиста и его личные качества.

Помнится, трогательная история в одной из центральных газет о том, как московский РУОП «ни за что» арестовал «старого больного человека» — известного «вора в законе» Павла Захарова по кличке Цируль (ныне покойного), обошлась заинтересованной стороне в 70 тысяч долларов гонорара журналисту. Трудно сказать, во сколько Цирулю обошлась депутатская поддержка, но после того, как я рассказала об этом факте, депутат просто заявил, что его подпись — подделка. Пресс-служба Госдумы тут же подала на меня и газету жалобу в Судебную палату по информационным спорам. Им не понравилось, что сей факт был опубликован без совета с ними.

Еще лучше «сливать» информацию по принципу «ты и я — мы с тобой одной крови». Ты уголовник — и я уголовник. Значит, правоохранительные органы — злейший враг. Такие журналисты у нас есть, я об этом писала, и чтобы в определенных кругах лишний раз не делать им рекламу, имен называть еще раз не буду. Среди «заказчиков» таких «сосудов для слива» — недавно застреленный адвокат Лобанов: имел две судимости, он дважды баллотировался в Госдуму; убитый подмосковный авторитет Сергей Фролов, бандиты — братья Соколовы (один убит), томящийся в швейцарских застенках Михась, который «в исполнении» журналиста-уголовника предстает как безобидный бизнесмен, лучший друг детей-сирот. Недавно к этой славной компании присоединился и арестованный банкир Ангелевич, в сейфе которого при обыске была найдена злополучная для Валентина Ковалева видеокассета. Он это отрицает. Но есть же опись изъятого, да и свидетели, уверяющие: сам банкир тоже смотрел в глазок, из которого велись съемки забав в «солнцевской» сауне. Все логично: сауна — «солнцевская», Михась — их лидер. Сосуд для «слива» информации должен быть единым...

Можно даже предположить, если бы не существовало ни «войны компроматов», ни «вброса», ни «слива», в наших СМИ можно было бы прочитать, видимо, только официальную информацию, сплетни и домыслы. Хотя информацию нам поставляет сама жизнь.

В МВД РФ подписан секретный приказ (тут же попавший в печать) о засекречивании преступности. И вскоре на Таганке, в самом центре Москвы происходит настоящий бой, в котором гибнут три милиционера и который засекретить нельзя. Президент подписывает Указ о борьбе с коррупцией и тут же волна компромата захлестывает «бойцов» первой линии. В общем, без работы мы явно не останемся.

Лариса КИСЛИНСКАЯ

БАНКИРЫ И ЧЕКИСТЫ НАЧНУТ БОРЬБУ С ЗАКАЗУХАМИ

Недавно директор ФСБ Николай Ковалев собрал у себя представителей около десяти крупнейших российских банков. Вопрос стоял так: пора создавать структуру, которая боролась бы с практикой информационных войн. Пока трудно сказать, какой статус получит новая организация — скорее всего, это будет что-то вроде совета банков, но функции в целом ясны.


«Появляется в какой-нибудь газете компрометирующая информация — собирается совет и выясняет, подлинны ли документы, кому это было выгодно, кто дал утечку, — рассказывает Сергей Смолич, президент Клуба ветеранов органов госбезопасности, один из руководителей службы безопасности «Инкомбанка». — У нас достаточно средств, чтобы проверить информацию. Если нужно, будем требовать опровержений. Потом будем устанавливать, кому публикация была выгодна, — с ним будем вести переговоры». Председательство в совете планируется поручить кому-нибудь из руководства ФСБ — таким способом совет якобы обретет независимость. Пока не понятно, как именно банковское объединение будет «увещевать» любителей информационных провокаций. Важен сам факт: банки от этих войн устали.

По словам Смолича, был период, когда на протяжении полугода газеты печатали, что глава «Инкомбанка» торговал человеческими органами и встречался с колумбийскими наркобаронами. Рассчитаны эти «утки» были не на реальное разоблачение, а на дискредитацию имиджа: когда приходится доказывать, что с верблюдами сходств не имеешь. У «Инкомбанка», как известно, нет «своих» СМИ, поэтому контратаковать ему было практически нечем.

Подобные проблемы испытывают и другие финансовые структуры, в свое время не подсуетившиеся во время раздела СМИ. Упорно ходят слухи, что главе Центробанка Сергею Дубинину некуда было обратиться с известным компроматом на Андрея Вавилова: центральные столичные издания, подчиняясь воле своих хозяев, просто отказались печатать его точку зрения. Дать эксклюзивное интервью ему удалось тогда только «Московским новостям».

Дмитрий БОРОДЕНКОВ

ОРГАНЫ ДАЮТ ТЕЧЬ

Склоки, сотрясающие наши доблестные спецслужбы, зачастую приводят к тому, что днища их обросших ракушками кораблей дают течь.


К примеру, шестилетней давности история со счастливой находкой знаменитой Янтарной комнаты связана не столько с подвигом безымянного офицера из соответствующего подразделения Генштаба Министерства обороны, сколько с коллективной обидой военной разведки на КГБ, СФК и ФСБ вместе взятых.

Выйдя на журналиста якобы случайно, но, конечно же, в организованном порядке, генерал Ваганов из ГРУ подчеркивал, что его конторе, подошедшей к делу «с умом», быстро удалось то, над чем Лубянка билась не одно десятилетие. При этом почти все материалы передавались в печать в устной форме, и только одно интервью было подготовлено в ее недрах.

Все это ни на йоту не приблизило счастливый миг обретения вывезенного фашистами сокровища, зато читатели и телезрители поняли две вещи: во-первых, настоящие герои служат в ГРУ, а не в КГБ, и во-вторых, есть темы куда более интересные, чем развернувшийся в то же время скандал с воровством в группе советских войск в Германии.

Спустя некоторое время Лубянка взяла реванш. На одной из журналистских тусовок, в которой неизменно в открытую участвуют ребята «из органов», один из них задал сакраментальный вопрос: «Ну а что же вы, друзья, не пишете об убийствах на Тихоокеанском флоте, организованных военной разведкой?»

По материалам застольной и последующей беседы был подготовлен сенсационный материал о методах работы военной разведки. Правда, к ним я добавил пару слов и о «подвигах» другой стороны. Впрочем, все это было тут же вычеркнуто генералом госбезопасности, который дал основную идею. Не показывать этому человеку материал было просто неудобно. С другой стороны, как бы в оправдание своего поступка этот человек добавил жареных фактов из истории «дружественной» организации. В результате в «Новой газете» появился материал под названием «ЗИЛ-130» — боевая машина ГРУ». В нем Служба безопасности рассказала о неслучайной, по ее мнению, автокатастрофе, приключившейся с последним российским министром сельского хозяйства.

Один из руководителей отомщенной спецслужбы передал мне от имени тогдашнего главного телохранителя президента Коржакова, что «дед внимательно прочел материал и написал нужную резолюцию».

Так вот, оказывается, в чем было дело. Конечно, большинство журналистов охотно примет любую «утечку» из спецслужб. Хуже другое. Российское руководство, имея практически неограниченное число источников профессиональной и объективной информации, зачастую предпочитает получать важнейшие сведения из... газет, а то и вовсе из кратких обзоров статей и телепередач. В полном соответствии со своим интеллектуальным и профессиональным уровнем.

Александр НАДЖАРОВ

ДЕТИ ПОДЗЕМЕЛЬЯ

Политика — грязная штука. Компромат в ней — лишь один из инструментов достижения результата. Но человеческая мораль все же более универсальна, чем политическая. И однажды приходит пора спросить о цене, которую платит общество за победу тех, кто изначально боролся за нее грязными средствами.


Примерно в таких выражениях объяснил свое согласие поделиться некоторыми тайнами ремесла «человек пи-ар», как он себя назвал. «Пи-ар» — это Public Relations. Говоря по-русски, это подразделение, лицо или группа лиц, отвечающих за отношения своей фирмы, организации или государственного органа с общественностью.

«Человек пи-ар» в свое время работал в нескольких подобных подразделениях и с законной профессиональной гордостью назвал некоторые проявления великой «подземной деятельности» малоизвестных людей, в результате которых в нашей жизни происходили довольно примечательные события. Скажем, не перерос — а мог — в серьезную войну «холодный мир» между премьером и людьми, которых называют «молодыми реформаторами». Или появлялись и исчезали политические союзники у Александра Лебедя. Или из-под Травкина забирали выпестованную им партию и благополучно ее разваливали.

Собственно, и сегодня мой собеседник подвизается на той же ниве.


«Исходники»

— Сначала определяется в принципе, — говорит «дитя подземелья», — что на данный момент является компрометирующим обстоятельством. Скажем, если раньше богатство или принадлежность к классу предпринимателей были для политика отягощающим обстоятельством, то теперь это не так. «Ветераны сидят голодные, а он на «Мерсе» разъезжает!» — этот довод уже не работает. Чего, кстати, и не учел Немцов, пересадив чиновников с иномарок.

Вспоминаю, например, как мы работали на местных выборах против одного известного «пирамидальщика». Казалось бы, очевидные вещи говорили: в депутаты человек идет, чтобы уйти от следствия, что никому он ничем не поможет, поскольку находится на подозрении... Но славный наш народ с остервенением твердил: «Если мы его выберем, он нам деньги отдаст». Результат тебе известен...

Но в любом случае, конечно, основными деликтами для публики остаются воровство, уголовка и причастность к «партии власти». Как ни странно, к личной жизни политиков у нашего общества интерес маленький. То, что банькой и девушками свалили министра юстиции, — факт нехарактерный. Просто хорошо организованная кем-то случайность.


«Бороться и искать, найти и перепрятать!»

Определился с тем, что может вызвать осуждение сограждан, — начинай работать уже ногами. То есть необходимо этот самый компромат еще найти.

Если человек хоть раз в жизни вел хозяйственную деятельность — значит, ты неизбежно найдешь в ней огрехи. Как минимум укрытие доходов от налогообложения.

Финансовые компроматы по технологии не очень сложные. Работа требует лишь усидчивости и некоторого количества денег на подкуп тех, кто может предоставить нужные документы: милиция, прокуратура, налоговые службы, бухгалтерии. Но доказательный документ в этой сфере, как правило, очень сложен, и широкой публике, следовательно, неинтересен.

Более эффективна другая метода: поиск и опрос прежних знакомых. Совсем честного бизнеса у нас не бывает, так что недовольные всегда будут. Вспоминаю, как один предприниматель своего собственного друга приветил, взял на работу, стал платить хорошие деньги — а тот тайком «свистнул» у него печать и от имени фирмы растаможил какую-то контрабанду. Попался, но виноват по-любому остался его босс: у них сегмент бизнеса узкий, предприниматели друг друга знают — и теперь про него так и ходит слух, что то ли он дурак, у которого печать может украсть любой, то ли вор, но партнер в любом случае ненадежный. А распускает большую часть этих слухов тот самый его благодарный друг.

А вот наиболее действенная компра — высказывания. За стариков выступает? Надо найти, где он на них нажился. За чистоту рук? Найти, где к его рукам что-то прилипало. За справедливость? Найти, где он сам у общества урвал. Обрати внимание: как только Немцов четко проявил себя на одной из сторон в конфликте вокруг «Связьинвеста» — тут же выплыли материалы, что сам он не так чист, как доказывает. Квартира служебная? Порыщем в прошлом: не может быть, чтобы где-то что-то не приватизировал с нарушениями. Декларации о доходах ввел? Отыщем бумажки, где он что-то с гонорарами выкручивал. На честность бьет? Так у него давно в Нижнем личный враг сидит, которого так ловко можно вытащить...

И главное — при этом методе сливать можно все, что угодно.

Карикатура

Кто он у нас, ведущий «НТВэшник»-демократ? Скажем, что он платный агент КГБ — и все. Спекся. А там доказывай, что не ты шубу украл...

Причем исключений крайне мало. Казалось бы, — Ленин. Ан стоило появиться данным о миллионах золотых рейхсмарок, полученных Ульяновым «за пропаганду мира по ордеру Имперского Банка за № 2754» от врага, с которым воевала его родина, — и у самого забубенного большевика это сразу отложилось. На высокоморальном облике вождя появилось пятно.

Но «клиента» могут взять и в настоящую серьезную разработку. Со слежкой, «подставой» девушек, использованием электронных средств наблюдения и так далее.


«Слив»

Последний этап — «слив» компромата.

Вовсе не пресса здесь главное. Нередко достаточно сигнала самому «объекту» — и он затихает. Сильным ходом является передача компромата спецслужбам, в том числе и иностранным. Человека просто не пускают в страну — и никакой судебной перспективы: спецслужбы ссылаются на оперативную тайну. А «клиент» запачкан. Иностранцы в этом смысле люди очень пугливые, и «русская мафия» их сильно нервирует.

Если надо не блокировать, а по-настоящему «загасить» определенную фигуру, то подключают прессу. Формы проталкивания материалов могут быть очень разными. Дружба с главным редактором. Дружба с авторитетным журналистом. Прямая и косвенная оплата за поставленный на полосу или в программу материал. Найм целой «комплексной бригады», включающей представителей различных изданий. Самое невинное — пресс-конференция, но надо на нее нести совсем серьезную убоину, иначе ничего не сработает.

Словом, технологии убивания политических и прочих репутаций сегодня придуманы самые разные. Главное — цель. Те, кто действует наиболее целесообразно, пойдут далеко. Особенно далеко пойдут те, кто добивается стопроцентной «целесообразности», переступая через любые — особенно этические — препятствия.

А с другой-то стороны — именно в такой вот мясорубке и отсеиваются люди с пятнами на репутации. Останутся, получается, чистые.

Но беспринципные.

Александр ПЕРЕСВЕТ

ТАК КАКОВА ЖЕ ЦЕНА НЕПРОВЕРЕННОЙ СЕНСАЦИИ

Руководители ряда крупнейших изданий и журналистских организаций выступили 31 июля с этим заявлением:


«Журналистское сообщество тревожит то, что одним из основных жанров современной публицистики становится публикация компрометирующих материалов, полученных, как правило, из неоглашенных источников. Особенно это проявляется в последние дни. Журналист должен сознавать, что, используя информацию «из конфиденциальных источников», слепо исполняя волю своих «хозяев», он становится заложником в игре не зависимых от него интересов. Цена за использование непроверенного компромата — это потеря уважения читателя, авторитета издания, потеря возможности влиять на процесс демократизации общества.

Мы считаем, что и власть провоцирует появление подобных публикаций, так как на протяжении последних лет не было ни одного случая подлинной реакции на публично предъявленное обвинение. Отсутствие эффективного, полного расследования и предания гласности его результатов воспитывает, среди прочего, и чувство безответственности у самих журналистов.

Дело чести каждого журналиста — не публиковать за своей подписью подобных материалов, если он не может проверить объективность информации.

Мы считаем, что честная журналистика не может позволить себе стать только орудием в борьбе политических, экономических или криминальных структур. Это унижает не только журналистов, но и само общество».

Заявление подписали: председатель Союза журналистов России Всеволод Богданов, генеральный директор ИТАР-ТАСС Виталий Игнатенко, главный редактор журнала «Огонек» Лев Гущин, президент Ассоциации издателей и главных редакторов газет Юрий Якутин, главный редактор «Московского комсомольца» Павел Гусев, профессор, декан факультета журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова Ясен Засурский, председатель Комитета по защите свободы слова и прав журналистов Павел Гутионтов, президент гильдии парламентских журналистов Анатолий Степовой.

Иллюстрации А. Орлова

Журнал "Огонёк" от 17.08.1997, стр. 23
Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

Социальные сети

обсуждение