Коротко

Новости

Подробно

4

Фото: Владислав Данилов / Коммерсантъ   |  купить фото

Иконописьменные образы

Выставка "В начале было Слово..." в Братиславе

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 11

Выставка история

Выставка икон из собрания московского частного Музея русской иконы открылась в Братиславе. На горе в центре города, в историческом Граде, показано около ста икон, посвященных 1150-летию моравской миссии Кирилла и Мефодия, и образов, в которых важное место отведено тому, в чем, собственно, и заключалась их миссия: слову. Из Братиславы — ТАТЬЯНА МАРКИНА.


Выставка, занявшая две анфилады братиславского Града, делится на две части. Одна — собственно иконы с изображением святых Кирилла и Мефодия, старопечатные книги, реконструкция рабочего места писца. Вторая — иконы, служащие условным оммажем создателям славянской грамотности, на них изображены тексты — свитки, раскрытые евангелия, строчки из житий. Подавляющее число икон из собрания частного московского Музея русской иконы, то есть из коллекции его основателя Михаила Абрамова, еще часть дали Археологический кабинет Московской духовной академии и частные коллекционеры. Партнером выставки в Словакии стал Российский центр науки и культуры в Братиславе. В последние годы это чуть ли не единственная организация, связывающая культуры Словакии и России, никакого культурного обмена на государственном уровне уже лет десять не наблюдается.

В Словакии о Кирилле и Мефодии и значении содеянного ими знает каждый, юбилею этого события посвящен текущий 2013 год. Кирилл и Мефодий здесь — это одни из фигур, вокруг которых формируется национальное самосознание. Посвященный им праздник День славянской письменности (24 мая) имеет статус государственного и является выходным.

Более тысячи лет назад два брата, ученые греки, по приглашению моравского князя Ростислава отправились на территорию современной Словакии, чтобы перевести богослужебные книги на славянский язык. Акция была чисто политической: Ростиславу хотелось стать менее зависимым от германцев, заправлявших службой на латыни. У Кирилла (тогда еще бывшего Константином) письменный язык, позволявший уложить на пергамент странные шипящие славянской речи, глаголица, уже был готов.

Спустя три года Святое Писание было переведено и записано, ученики воспитаны, и братья-просветители отправились за легализацией нового письменного языка в Рим. Там папа лично освятил книги. Мир изменился: к трем "священным языкам", древнееврейскому, латыни и греческому, на которых могло быть записано Священное Писание, прибавился новый — славянский. В Риме Константин заболел и умер, приняв перед этим схиму и имя Кирилл. Мефодий вернулся в моравские земли архиепископом. Но пристрастия владык переменчивы: Мефодий и его ученики попали в опалу, последние бежали в Болгарию, где был широко распространен греческий. В результате красивую, витиевато-сложную глаголицу заменили рубленой графикой греческого, позаимствовав из глаголицы идею, да и написание, недостающих букв для специфических звуков славянской речи. Получилась кириллица — в каком виде ее и восприняла Русь.

В России о Кирилле и Мефодии вспомнили только в середине XIX века, и тоже по социально-политическим причинам — в связи с празднованием 1000-летия России в 1862 году. В славянофильствующих ученых кругах была разработана иконография не существовавшего прежде образа святых первоучителей: средовек Кирилл в монашеском одеянии, старец Мефодий — в священническом. Специально для выставки Музей русской иконы провел большую научную работу, установив источники новой иконографии — скульптурную группу из Праги, рисунки Михаила Микешина и Федора Солнцева. Писанных на досках образов святых Кирилла и Мефодия очень мало (в Третьяковской галерее — ни одного, только в составе миней). Хотя их изображение в литографированном виде было широко распространено и украшало буквари и похвальные листы учащимся. Монументального размера образ вообще нашелся всего один — его временно выдал на выставку уголовный розыск, так как эту икону только что нашли после кражи из церкви. Раздел, посвященный просветителям, дополнен книгами, старопечатными и более поздними, азбуками, а также предметами, окружавшими "человек пишущего",— чернильницами, писалами, песочницами, книжными закладками и замками для переплетов (из коллекции Сергея Нелюбова). Ордена и медали в честь Кирилла и Мефодия попали на выставку из собрания Виктора Петракова.

Однако всего этого уникального по составу, но камерного по виду материала было недостаточно для масштабной выставки. Тогда куратор Ирина Шалина придумала умозрительный, но давший богатые плоды ход. В экспозицию были включены иконы, в которых важной частью изображения являются надписи. Образ в православной традиции невозможен без слова, обозначающего божественную сущность. Любое изображение на иконе подписывается: не потому что верующий не может отличить Богородицу от святой Анны, а потому что образ и слово тождественны и взаимозаменяемы. А так как представлены русские иконы, на свитках и евангелиях, в житийных подписях и строках молитв мы видим начертанными те самые буквы, изобретением которых обязаны Кириллу и Мефодию. Эта кураторская идея позволила выбрать из богатого собрания Музея русской иконы роскошные образцы русской иконописи начиная с XV по XX век: "Пророк Гедеон" второй четверти XV века со свитком, красивейший "Спас в силах" и яркая "Великомученица Параскева Пятница" XVI века, большие иконы из пророческого чина иконостаса костромских мастеров около 1700 года.

Выставка была открыта на высоком уровне — приехал глава Государственной думы России Евгений Нарышкин, его встречали председатель Парламента Словакии Павол Пашка и словацкий министр культуры. Не исключено, что фигуры Кирилла и Мефодия, более тысячи лет назад давшие славянскому миру единую письменность, снова превращаются в символ духовной близости между странами, расколотыми историей.

Комментарии
Профиль пользователя