Коротко

Новости

Подробно

Фото: Фото из личного архива Д. Губина

По всей гибкости закона

Дмитрий Губин: чем чревата защита чувств верующих

Журнал "Огонёк" от , стр. 34

Вступивший 1 июля в силу закон об оскорблении чувств верующих некоторыми уже отнесен к разряду "резиновых", то есть тех, которые будут применяться выборочно, растяжимо, по ситуации. Обозреватель "Огонька" прикинул, сколько лет кто может схлопотать


Дмитрий Губин


Известие о подписании закона я получил, когда перечитывал 42-ю лекцию по русской истории Ключевского. Отошли в мир иной и жуткий царь Иван, и слабый умом Федор, и себе на уме Борис, а пришедшие и Дмитрий, и особенно Василий Шуйский с его "подкрестными" грамотами знаменовали поворот в истории: русскому царю теперь править по закону, а не по произволу. И боярство с дворянством отирало пот: натерпелись! Ну, а потом выяснилось, что дух переводили рано. Каждый раз попытка поставить закон над троном в русской истории оканчивалась пфуком.

Так что новый закон я прочитал. Меня интересовало, чем он грозит тем, кто чувства верующих оскорбляет, учитывается ли мотив оскорбления и дано ли определение оскорбленности. Иными словами, меня интересовала собственная судьба. Я, видите ли, атеист, а сам факт существования человека, не нуждающего в концепции бога, он для многих оскорбителен.

Но для начала я решил посмотреть, что будет не с атеистами, а с верующими, которые, допустим, возмутятся деятельностью церкви, погрязшей, с их точки зрения, в сребролюбии, торгашестве и т.д. Предположим, ворвется такой человек в храм, выгонит оттуда всех продающих и покупающих, опрокинет столы...

Полагаете, он чувства верующих тем самым оскорбит?

Вот и я так думаю.

А как вы думаете, что ему теперь будет?

Статья 148 УК РФ "Нарушение права на свободу совести и вероисповеданий", часть 2, в новой редакции за "публичные действия, выражающие явное неуважение к обществу и совершенные в целях оскорбления чувств верующих... в местах, специально предназначенных для совершения богослужений, других религиозных обрядов и церемоний", предусматривает наказание в виде штрафа (до 500 тысяч рублей) или даже лишения свободы (до 3 лет).

И не надо возражать, что закон касается только тех, кто имел целью именно оскорбление чувств! Во-первых, бог его знает, каковы эти чувства и чем они оскорбляются. В храме Гроба Господня в Иерусалиме каждую Пасху, когда там чудесным образом зажигается благодатный огонь, выделяется группа молодых православных арабов, танцующих, орущих и бьющих в барабаны. Как вы думаете, вправе ли охранник, следователь или судья заподозрить у них умысел в намеренном оскорблении чувств прочих верующих? Вы угадали! В Израиле, во всяком случае, их однажды повязали и из храма вышвырнули, после чего...

Но тут я пока остановлюсь.

Продолжу о законе. В общем, часть 2 статьи 148 мне понятна: не лезь туда, где собираются верующие, если не хочешь загреметь со своим уставом в тюрьму. Но у статьи 148 есть и часть 1. Она про те же "публичные действия, выражающие явное неуважение...", только без указания территории, на которой совершаются. До 300 тысяч рублей либо до года тюрьмы. И вот тут меня прошибает пот. Потому что данная статья в "Огоньке" — это ведь публичное действие, не так ли? В тюрьму теперь только меня или еще и главреда? А нашумевшая выставка Гельмана Icons, оскорбившая тьму людей (этой выставки, правда, в глаза не видевших),— так как, Гельмана штрафуем или сажаем? Штрафуем ли издателя, переиздавшего "Забавную Библию" и "Забавное Евангелие" Лео Таксиля? Или даже "Почему я не христианин" Бертрана Рассела или "Бог как иллюзия" Ричарда Докинза? Попадает ли под статью об оскорблении чувств преподаватель теории эволюции, публично заявляющий, что допущение бытия божьего ни на чем не зиждется, кроме фольклорных текстов да страха смерти?

Знаете, меня та часть закона, по которой можно схлопотать 3 года, так не пугает, как та часть, по которой дают год. Это реально резиновый закон. И не потому, что не определяет "чувства" и "оскорбление" как юридические понятия, а потому, что не содержит разграничения территорий.

Вера держится на незыблемой догме. На том, что Господь создал мир за 6 дней и что сотворил Адама и Еву. Что дева, жена плотника, непорочно зачала и родила Сына Господня. Догмат нельзя трогать — иначе посыплется и все остальное. Вот почему какая-нибудь (на взгляд стороннего наблюдателя) мелочь, типа филиокве, разводит людей в разные станы и превращает во врагов. Хотя, казалось бы, велика ли разница — исходит дух святой только от Бога-отца или еще и от его Сына?

А наука и творчество имеют мотором постоянное отрицание прежних теорий и концепций. Наука и искусство движутся отрицаниями отрицаний, и плох тот академик, кто не был когда-то бунтарем. Догма — это смерть и для науки, и для искусства, что подтвердит и фон Триер, сперва создавший "Догму" как киноплатформу, а потом от нее же отрекшийся.

Столкновение между, скажем так, профессиональными догматиками и профессиональными ниспровергателями неизбежно, вот почему нужно договариваться о разграничении территорий присутствия. Внесенный в церковь прибитый к кресту Микки-Маус — хулиганство. Тот же распятый Микки-Маус в галерее — художественный акт, протестующий против создания культа в масс-арте.

Но статья 148 подстрекает к столкновению, потому что единственный шанс под нее не попасть — это заткнуться и не вякать. У этой статьи, кстати, есть и части 3 и 4 — про воспрепятствование совершению религиозных обрядов. Это значит, что, если завтра начальник запретит подчиненному вставать в офисе на молельный коврик, петь омманипадмехум или класть поклоны перед иконой, ему на полном серьезе грозит год в заключении. Потому что в этих частях тоже ни слова нет про разграничение территорий, присутствий, зон обитания.

Что делать в такой ситуации, я, если честно, не знаю. Поэтому вместо морали расскажу одну историю. В далеком 1997 году я приехал в Белый дом брать интервью у крупного чиновника Себенцова, принимавшего участие в подготовке закона "О свободе совести и о религиозных объединениях", активно лоббировавшегося РПЦ. Себенцов, сразу скажу, оказался феерическим бюрократом, невозмутимым, но сбрасывающим массу информации одной интонацией. То есть так, что не придраться. Он топил в законодательной казуистике все каравеллы моих вопросов. Пока я не спросил его, что случится, в соответствии с этим законом, в России с молодым иностранным проповедником 33 лет, не вполне согласным с практикой и догматикой официального православия. "А откуда этот ваш мужчина появится?" — вдруг оживился Себенцов. "Понятно, откуда. Из Израиля".— "Нет, деятельность иностранных проповедников в соответствии с принятым законом на территории Российской Федерации категорически запрещена, так что никто его сюда не пустит..." — "А если он без разрешения?" — "То оштрафуют и депортируют..."

Привожу эту давнюю историю в посрамление тех скептиков, которые считают, что в мире никакого прогресса нет. Как видите, есть. У нас вот на смену произволу приходит пусть и "резиновый", но закон. И санкции по этому закону не "вышечка", а всего лишь "трешечка". Да и Иисусу это вряд ли грозит, поскольку его второе пришествие остановят еще на дальних подступах.

Кстати, в тот год, когда в Иерусалиме на Пасху охрана выгнала вон из храма орущих и вопящих молодых кощунников, благодатный огонь взял да и не зажегся. И не зажигался тех пор, пока нарушителей тишины все же не пустили в храм...


Комментарии
Профиль пользователя