Коротко

Новости

Подробно

Фото: AP

Взрыв в спину

Евгений Пахомов и Александр Аничкин — о реакции Пакистана и Британии на бостонский теракт

Журнал "Огонёк" от , стр. 8

Два взрыва в Бостоне на финишной прямой старейшего (с 1897 года) марафона в мире — самое громкое событие минувшей недели. Это первый теракт в США после трагедии 11 сентября 2001-го


Евгений Пахомов, РИА-Новости, Исламабад--Москва;  Александр Аничкин, Лондон


Власти квалифицировали случившееся как "скоординированную террористическую атаку", и хотя погибло в ней всего три человека (раненых свыше 140), главный эффект тот же, что и от сентябрьских событий 12 лет назад: Америка опять не чувствует себя в безопасности и снова ищет врага.

Увы, враг этот, взрывающий начиненные гвоздями скороварки в толпе, похоже, снова невидим. От следствия исходят противоречивые сигналы. Население все решительнее призывают к охоте на подозрительных. А пресса выдает версии в диапазоне от ожившей "Аль-Каиды" до белых радикалов, которые сражаются за свои фундаментальные ценности. "Мы из этого выберемся,— обещает землякам "Бостон Глоб".— Но — другими. И — какой ценой?"

Бостонские взрывы, между тем, громким эхом отозвались в мире.

Талибский рикошет


"Везде, где мы находим американцев, мы убиваем их. Но вот к взрывам в Бостоне непричастны",— это краткое заявление так называемого официального представителя пакистанских талибов Эхсануллы Эхсана прозвучало менее чем через день после бостонской трагедии.

Почему талибы первыми заверили мир в своей непричастности? Да так оперативно, что многие заподозрили тут подвох — обычно угрожают, а тут оправдываются.

— Скорее всего дело в том, что столь громкий теракт сейчас им просто не на руку,— говорит "Огоньку" пакистанский журналист Аяз Мухаммад.— Идет очень сложная игра вокруг Афганистана в связи с выводом оттуда американских и натовских войск. Накануне этого талибы, как афганские, так и пакистанские, а также прочие силы, энергично контактируют между собой, ведут переговоры, торгуются, пытаются договориться о будущем. Такой громкий теракт сейчас может резко ослабить чьи-то позиции.

Впрочем, господин Мухаммад напомнил и о другом: несколько лет назад талибы так же решительно опровергали свою причастность к убийству известной в Пакистане исполнительницы пуштунских народных танцев по имени Шабана. А потом кто-то из их полевых командиров взял и признался: мол, "танцующую девушку" убили его люди.

— Куда показательнее была бы реакция из "Аль-Каиды",— считает Аяз Мухаммад.— Но ее представители, которые много говорят то про Ливию, то про Мали, пока по Бостону не выступали.

Тем не менее не стоит забывать, что 2 мая — вторая годовщина убийства исторического лидера этой грозной организации американским спецназом на севере Пакистана. А пришедший на смену бен Ладену Айман аз-Завахири призвал к индивидуальному террору. И дал пояснения: "Правоверные отряды" (ячейки "Аль-Каиды" в разных странах) должны действовать самостоятельно, без согласования с центром — так безопаснее. Словом, таким одиночкам вполне могло прийти в голову атаковать марафонцев в Бостоне, о чем тот же аз-Завахири мог и не знать.

Впрочем, кто бы ни стоял за терактом, на организаторов взрывов могла повлиять тактика "слепых терактов" на массовых мероприятиях, отработанная талибами в Пакистане и Афганистане.

Сами по себе атаки боевиков по ходу спортивных мероприятий не новость с мюнхенской Олимпиады 1972 года (на ней палестинцы убили 11 членов сборной Израиля). Другое дело, что обычно террористы выдвигали какие-то требования, делали заявления. А вот в Пакистане в терактах было убито свыше 4,5 тысячи человек без всяких требований и заявлений. Смертники и адские машины взрывались в толпе, гибли обычные люди, а вопросы "почему?" и "за что?" очень долго оставались без ответа. Пока не стало ясно, что цель — это сам страх. За несколько лет постоянного террора Пакистан резко изменился. Массовые мероприятия в стране сведены к минимуму — отменяют не только концерты или шествия, но даже военные парады. Столица Исламабад напоминает осажденный город — всюду блокпосты, бетонные змейки на дорогах, вооруженные полицейские, проверки документов...

При этом самые кровавые теракты — это не захват казарм или подрыв официальных зданий, а взрывы, как в Бостоне, или стрельба в толпе. Один из самых известных произошел в октябре 2007-го: две адские машины рванули на запруженных людьми улицах Карачи, когда в страну вернулась популярный политик Беназир Бхутто. Погибло 140 человек, более 500 были ранены. Бхутто серьезно не пострадала, но ее убили через два месяца, когда смертник взорвал себя рядом с ее машиной — тоже в толпе, тоже на массовом митинге.

Есть у местных талибов и опыт борьбы со спортсменами. В мае 2002-го смертник взорвался в Карачи у гостиницы, где остановилась сборная Новой Зеландии по крикету. Погибло 14 человек, спортсмены не пострадали, но страну покинули тут же. В марте 2009-го был обстрелян автобус с крикетистами из Шри-Ланки. Погибли пять охранников, ранены семь игроков и помощник тренера. При этом крикет — это для нас экзотика, в Пакистане, да и во всей Южной Азии, это все равно, что для нас футбол — самый популярный вид спорта. Поэтому удар и оказался болезненным: страна на годы лишились международных соревнований. Причем не только по крикету.

Что касается марафонов, то и по ним тоже имеются наработки. В 2005-м власти культурной столицы Пакистана, Лахора, тоже объявили о намерении проводить ежегодный международный марафон. Исламисты отреагировали разъяснением: спортивные соревнования, при которых "нескромно одетые женщины и мужчины бегают вместе по улицам" — это грех. До взрывов не дошло (власти ввели драконовские меры безопасности), но на бегунов напустили группы радикально настроенной молодежи — они перегораживали маршруты и устраивали беспорядки до тех пор, пока не отказались от западного нововведения. Последний забег состоялся в 2007 году.

Британский ответ


В Великобритании подчеркивают: главной данью памяти трем погибшим и полутора сотням пострадавших от взрывов самодельных бомб в США было решение не отменять традиционный (он проводится каждую весну с 1981 года) и едва не самый престижный из массовых забегов в мире Лондонский марафон. Хотя таких предложений звучало немало, организаторы подтвердили: мероприятие, намеченное на 21 апреля, состоится. И пообещали вместе со Скотленд-Ярдом еще раз внимательно изучить его организацию с точки зрения безопасности.

Незапланированным тренингом стали похороны Маргарет Тэтчер в минувшую среду. Тоже большое "уличное" событие — с торжественностью, но и с протестами. Одни бросали цветы под орудийный лафет, другие — поворачивались к нему спиной. Обошлось тем не менее без серьезных происшествий. И все же взрывы в Бостоне заставили нервничать. Специалисты знают: теракты нередко происходят сериями, а бывает, что кому-то приходит в голову их скопировать. Работали поэтому серьезно.

В деталях свои меры полиция и спецслужбы, естественно, не раскрывали. Но некоторые уже к моменту сдачи материала в печать просматривались. В частности, предполагалась усиленная проверка трассы марафона, в том числе со специально натренированными на взрывчатку собаками. Были заготовлены — на случай неожиданностей — и варианты изменения маршрута буквально в течение минут: это чтобы бегуны и зрители могли обойти опасную зону, но сам марафон при этом не прерывался.

Разумеется, вспомнили опыт летней Олимпиады прошлого года, прошедшей без инцидентов. Олимпийский марафон тогда лишь частично проходил по маршруту ежегодного городского. Чтобы обезопасить спортсменов летом, вместо 42-километровой змейки по всему Лондону олимпийский марафон закольцевали 8-километровыми кругами. Логика понятна: раз ограниченна зона события, значит, ограничен и доступ, а контроль легче.

Однако на этот раз менять устоявшийся за 30 лет маршрут массового марафона не стали: все-таки олимпийский забег спортсменов-профессионалов принципиально отличается от городского, который открыт всем желающим. Зато стали считать. И высчитали: когда в Бостоне рвануло, на табло над финишем было 4:09 — четыре часа девять минут с начала пробега. Самое столпотворение. Профессионалы к этому моменту уже давно бег свой закончили, но примерно две трети бегунов-любителей финишируют именно между четырьмя и пятью часами. Я свой первый Лондонский марафон, помнится, закончил за 4:15.

Это — важный рубеж. Родные, друзья подтягиваются к финишу, чтобы подбодрить мам и пап, братьев и сестер, друзей, заранее зная расчетное время их финиша. Когда заполняешь заявку на участие в массовом марафоне, это личное расчетное время просят честно декларировать. Проверять никто, конечно, не проверяет, но именно в соответствии с ним тебе дают нагрудный номер и помещают в соответствующее стартовое гнездо. Чтобы во время бега не давились и не мешали друг другу. Кто участвовал в такого рода соревнованиях, знает, почему это важно. Отсюда же следует и особая подлость теракта в Бостоне: били без разбору, по всем — так, чтобы как можно больше людей задело.

Главная проблема состоит в том, что на массовых городских марафонах практически невозможен контроль служб безопасности по всему маршруту: за всем и за всеми не уследишь. Для этого, как объяснил тренер легкоатлетического клуба Большого Бостона, автор книги о Бостонском марафоне Том Дердерян, "на 42 км пробега нужно обезопасить обе стороны улицы, то есть 84 километра. И как? Всех пропускать через металлические детекторы просто невозможно".

Английская бегунья Пола Радклифф, обладательница рекорда мира (2 часа 15 минут), установленного, кстати, на Лондонском марафоне, признается: "Трудно себе представить ситуацию, ужасней той, чем когда на окружающих приходится смотреть с подозрением. Как мать, я бы хорошо подумала, прежде чем пойти к финишу всей семьей. Но с другой стороны, если отказаться — значит дать террористам победить".

Организаторы марафона и власти Лондона придерживаются того же подхода. Они подчеркивают: главная мера безопасности — не поддаваться страху. "Нужно быть начеку, сообщать обо всем подозрительном, но приходить, участвовать,— говорит заместитель мэра Лондона по охране порядка Стивен Гринхалдж.— Самое худшее — это менять наш образ жизни и не прийти на пробег. Изменить себе — это уступить террористам".

В этом году о намерении участвовать в пробеге заявило около 35 тысяч человек.

А если у кого есть вопрос, что тянет на это зрелище, объясню: массовый открытый марафон — это настоящий праздник, когда чувство всеобщей радости, единения, исключительно редкое в больших городах, охватывает почти всех. Не случайно и по сумме благотворительных поступлений Лондонский марафон — на первом месте и держит рекорд, зафиксированный в Книге рекордов Гиннесса. С 1981 года бегуны собрали в пользу избранных ими организаций 450 млн фунтов (21,4 млрд рублей).

Техасский шок

Контекст

Через трое суток после террористической атаки в Бостоне грандиозный по силе взрыв разнес десятки домов в техасском городе Уэст. Первая реакция на это ЧП была панической: Америка под массированным ударом враждебных сил — техасский взрыв молва мгновенно увязала с трагедией в Бостоне


К счастью, паника была кратковременной и уже к вечеру первого дня утвердилась другая версия — в Уэсте произошла техногенная катастрофа на заводе минеральных удобрений.

Сначала говорили о взорвавшейся цистерне с аммиаком, потом о детонации неких взрывчатых веществ. По самой распространенной версии, в Уэсте произошел взрыв нитрата аммония (аммиачной селитры). Подобные инциденты в Техасе уже бывали (в 1947 году погибло свыше 500 человек при нарушении правил погрузки этой опасной смеси). Впрочем, не только там: 21 сентября 2001 года взрыв этого же вещества на заводе во французской Тулузе унес жизни 30 человек.

Сколько жизней унесла нынешняя техасская катастрофа, в точности неизвестно: к вечеру 18 апреля полиция подтверждала гибель от пяти до 15 человек, оговариваясь при этом, что работа по разбору разрушенных вокруг завода жилых домов и завалов еще не завершена. Больше ста раненых оставались в госпиталях, состояние некоторых пострадавших тяжелое. Сохранялась и опасность химического заражения — ядовитый дым над заводом рассеивался туго, выбросы представляли угрозу и для жилой зоны.

ЧП в Уэсте, хоть и получило детальное объяснение, все равно породило шлейф домыслов, которые то и дело всплывают в СМИ. Вспоминают, например, о том, что по соседству находится город Уэйко, где ФБР при помощи танков пришлось штурмом брать ранчо членов тоталитарной секты "Ветвь Давидова". Тогда погибло 79 человек, а произошло это ровно 20 лет назад — 19 апреля 1993 года...

Комментарии
Профиль пользователя