Коротко

Новости

Подробно

Одним махом хорошо

Лиза Биргер о книге Роба Буйе "Все из-за мистера Террапта"

Журнал "Коммерсантъ Weekend" от , стр. 59

"Нам не повезло: на свете существуют учителя" — с этих слов начинается "Все из-за мистера Террапта", книга о том, как нам повезло, что в мире учителя все еще есть. И написал ее учитель — Роб Буйе, преподаватель математики и физкультуры из Массачусетса. Повесть о том, как новый учитель за год меняет вверенных ему пятиклассников, вышла в 2008 году, получила медаль Ньюбери и множество благодарных отзывов. Пишут эти отзывы по большей части учителя, говоря — вот каким учителем я хотел бы стать.

За книги о хороших учителях глаз вообще цепляется почти всегда, поскольку их ощутимо не хватает. Как и самих учителей. Хорошая школьная история — это что-то вроде любовного романа, где после невероятным образом случившейся счастливой встречи все идет как по накатанному и только пару раз герои сталкиваются с незначительными сложностями перед счастливым финалом. Так оно, во всяком случае, происходит в "Мистере Террапте" — это такая книга, где все в итоге получается наилучшим образом, пусть сам главный герой пребывает в тени. Мы не узнаем о нем практически ничего, кроме того, что он раньше занимался борьбой, не носит обручального кольца и у него всегда есть правильные ответы на сложные вопросы.

Рассказ ведут семеро пятиклассников, каждого из которых новый учитель мистер Террапт подкупает буквально одним приемом. Девочке, которая третирует всех кругом, учитель один раз говорит в коридоре: "Ты же хорошая". Зануде-ботанику придумывает интересные задания. Тихоню преображает поход в класс к необычным детям — мальчик-аутист с математическими сверхспособностями напоминает ему о покойном брате. Любая затея мистера Террапта оказывается к добру: он объединяет своих пятиклассников в группы, придумывает им задания и не устает говорить им, какие они хорошие дети. И волшебной реакцией на все его действия становится "хорошее чувство". Даже когда мистер Террапт, не без помощи своих учеников, впадает в кому, "хорошее чувство" еще больше объединяет его класс.

Это "хорошее чувство", у Буйе возникающее даже не всегда к месту, представляется решающим для американской литературы вообще. Нельзя сказать, что эта литература не обращает внимания на детские проблемы, проблем тут достаточно. Тут есть и одинокие дети, и непонятые дети, и те, кто задирается, чтобы их заметили, и затравленные тихони. Но автор верит, а вслед за ним и читатели, что все эти подростковые кризисы можно решить, если разок погладить ребенка по голове и сказать ему, что он хороший. Чудесная американская наивность, которая все же кажется очень убедительной, пока не закроешь книгу.

С другой стороны — ну что мы ей можем противопоставить? Северноевропейскую литературу, в которой дети, как маленькие Гарри Гудини, вынуждены выпутываться из все более и более невозможных ситуаций? Или нашу собственную, в которой мы предпочитаем делать вид, что у подростков и вовсе не бывает проблем, одна бодрая пионерия. И ведь американская литература тоже не всегда бывает такой сусальной — вспомним "Шоколадную войну" Роберта Кормье. Не сказать, что Буйе невнимателен к сложному миру подростка — напротив, очень внимателен. Просто он считает, что эту сложность можно одним приемом сделать простой. Ну кто знает — может, у кого и получится.

М.: Розовый жираф, 2013

Комментарии

обсуждение

Профиль пользователя