Владимир Квачков наподрывался как следует
64-летний полковник получил 13 лет
Вчера Мосгорсуд приговорил к 13-летнему заключению в колонии строгого режима полковника ГРУ в отставке Владимира Квачкова. Суд вслед за ФСБ признал 64-летнего ветерана войны в Афганистане и двух чеченских кампаний Квачкова организатором заговора с целью захвата госвласти. По версии следствия, Квачков рассчитывал, что летом 2010 года около тысячи его сторонников нападут на учебную военную часть во Владимирской области, захватят "инструмент" (стрелковое оружие), "газонокосилки" (бронетехнику) и отправятся в поход на столицу. Аналогичные мятежи для установления "русской национальной власти" готовились в Санкт-Петербурге, Екатеринбурге и других городах. При этом связным между заговорщиками выступал душевнобольной.
Поход на власть
Несмотря на то что для оглашения приговора лидеру "Народного ополчения имени Минина и Пожарского" (НОМП) Квачкову и его 60-летнему стороннику ветерану МВД Александру Киселеву был выделен самый вместительный зал Мосгорсуда, попали в него далеко не все желающие. Вначале в зал завели журналистов и лишь затем сторонников подсудимых. Поскольку последних было в разы больше, многим из них не хватило мест. Пока председательствующий судебной тройки Павел Мелехин оглашал приговор, сторонники обвиняемых, в основном пенсионеры, возмущались за дверями, да так, что иногда заглушали самого судью.
В самом начале своего выступления господин Мелехин признал отставных полковника Квачкова и капитана Киселева виновными в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 30 и ст. 279 УК РФ (покушение на организацию вооруженного мятежа), а также ч. 1 ст. 205.1 УК РФ (вербовка или вовлечение лиц в террористическую деятельность). Персонально Александра Киселева судья признал хранителем оружия и боеприпасов (ст. 222 УК РФ).
Из текста приговора следовало, что полковник Квачков, будучи избранным 21 февраля 2009 года Общероссийским офицерским собранием начальником штаба НОМП, сразу "приступил к реализации преступного умысла, направленного на организацию вооруженного мятежа с целью свержения конституционного строя Российской Федерации". В Москве, Санкт-Петербурге, Владивостоке, Екатеринбурге и Самаре полковник, встречаясь со своими сторонниками, параллельно пытался сформировать из них боевые отряды. Один из таких отрядов для мятежа в Санкт-Петербурге возглавил Александр Киселев. У него дома сотрудники ФСБ в день задержания, 20 июля 2010 года, изъяли автомат, более 4 тыс. патронов, гранаты и 2,5 кг тротила.
Начало мятежа участниками НОМП, по версии ФСБ, было запланировано на конец июля — начало августа 2010 года. За неделю до выступления сторонники НОМП из различных регионов должны были под видом туристов прибыть в лесной массив у окружного военного учебного центра N467 в городе Коврове Владимирской области. Там предполагалось собрать до тысячи человек, которые должны были быть разбиты на пять групп — "Центр", "Запад", "Юг", "Восток" и "Север" — в зависимости от регионов, откуда они приехали.
Ополченцы могли иметь с собой только разрешенное охотничье и травматическое оружие, а также портативные рации. Применять оружие им разрешалось только в случае вооруженного сопротивления. Перед нападением на центр боевики планировали взорвать вышки сотовой связи, а также "подавить радиосигналы путем постановки помех", затем блокировать здания, занимаемые местными подразделениями ФСБ, МВД и МЧС.
Проникнуть на территорию учебного центра для захвата "инструмента" (такое кодовое обозначение в НОМП было введено для стрелкового оружия) и "газонокосилок" (бронетехники) не составляло труда, так как во многих местах у него даже не было ограды. В учебной части боевики, по версии следствия, рассчитывали как следует вооружиться. По показаниям свидетелей-военных, в центре хранились не только автоматы и пулеметы, но даже ПТРК "Фагот", ПЗРК "Игла", танковые пушки и зенитно-пулеметные установки калибра 14,5 мм. Проблема состояла лишь в том, что боеприпасы ко всему этому арсеналу находились не в самом центре, а на складе в военном городке.
Тем не менее, вооружившись, ополченцы рассчитывали отправиться в поход на Москву по Горьковскому шоссе. Одновременно своими выступлениями их должны были поддержать заговорщики в Санкт-Петербурге, Воронеже, Уфе и Екатеринбурге.
Лидером последних, по версии ФСБ, являлся бывший командир десантно-штурмового батальона в Афганистане Леонид Хабаров, которому 18 февраля Свердловским областным судом должен быть вынесен приговор за подготовку мятежа. Правда, операцию "Рассвет" местные ополченцы из-за ареста Владимира Квачкова перенесли на 2 августа (День ВДВ) 2011 года. А показания о том, что полковник Хабаров подчинялся полковнику Квачкову, дал ФСБ один из свердловских заговорщиков Александр Ермаков, признанный психически невменяемым и направленный судом на принудительное лечение. Тем не менее ветерану Хабарову также грозит длительный срок — на прениях гособвинение потребовало для него 11 лет колонии строгого режима.
Осужденным сохранили прошлые заслуги
Выступление боевиков не состоялось: накануне предстоящего восстания у его участников, в том числе Владимира Квачкова, сотрудниками ФСБ были проведены обыски. А 23 декабря того же 2010 года, на следующий день после того, как Верховный суд России оставил в силе оправдательный приговор по делу о покушении на Анатолия Чубайса, лидер НОМП был задержан, а потом и арестован решением Лефортовского суда. Рядовые заговорщики, среди которых оказались агенты ФСБ, пошли свидетелями по делу.
Свою вину подсудимые Квачков и Киселев не признали, заявив, что восстания никто не планировал, а отряды, которые они формировали, были не боевыми, а военно-спортивными. Навыки же партизанской борьбы их участники, по версии подсудимых, отрабатывали на случай нападения на Россию сил НАТО. Оружие ветеран Киселев, по его словам, нашел и собирался сдать в полицию. Но процесс сдачи затянулся, так как правоохранительным органам, в которых якобы служит много оборотней в погонах, он не доверял. В свою очередь, судья посчитал версию подсудимых не более чем попыткой "уйти от наказания".
В ходе прений прокурор потребовал приговорить Владимира Квачкова к 14 годам, а Александра Киселева к 12 годам колонии строгого режима. Суд, вняв доводам обвинения, назначил им 13 и 11 лет соответственно. При этом судья сохранил за осужденными их звания и награды: Владимир Квачков был награжден за войну в Афганистане Красной Звездой, а за две чеченские кампании — двумя орденами Мужества. Последний, в апреле 2000 года, как говорят, он получил как разработчик операции "Охота на волков", в ходе которой подорвавшийся на мине Шамиль Басаев потерял ногу, а десятки боевиков погибли. Кроме того, судья распорядился вернуть семье Владимира Квачкова изъятые у него при обыске деньги — следствие, кстати, полагало, что это был общак заговорщиков.
Когда голос судьи смолк, присутствовавших в зале сторонников Владимира Квачкова, что называется, прорвало:
— Слава героям! Держитесь!
— Позор суду! Народный трибунал еще с вами разберется!
Дольше всех, правда, сторонники скандировали слово "позор", которое адресовали судебной тройке, рассматривавшей громкое дело. В итоге спецназовцам и приставам пришлось выставить сторонников осужденных из зала. Объединившись с не попавшей в зал группой поддержки, они устроили импровизированный митинг.
"Состоявшийся приговор я считаю местью Анатолия Чубайса за два оправдательных приговора по делу о покушении,— заявила "Ъ" адвокат Оксана Михалкина.— Мы ожидали такого исхода, как и наш подзащитный, который понимал, что имеет дело с карательной машиной государства. Но несмотря на это, мы не теряем надежды на справедливость и в понедельник подадим жалобу на приговор".
"Утверждения Владимира Квачкова о моей причастности к приговору свидетельствуют лишь о его неадекватности,— заявил в своем блоге Анатолий Чубайс.— Никакого отношения ни к следствию, ни к суду я, разумеется, не имел, да и не особенно интересовался этим процессом. У меня в жизни хватает и своих дел". При этом господин Чубайс отметил, что "не держит зла" на Владимира Квачкова, и выразил надежду, что "суд был справедливым, что при вынесении приговора были учтены и возраст обвиняемого, и его прошлые заслуги"