Коротко

Новости

Подробно

Гюльчатай без лица

"Fascinans and tremendum" Айдан Салаховой в Московском музее современного искусства

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 14

Выставка современное искусство

Весной этого года Айдан Салахова превратила свою галерею на "Винзаводе" в мастерскую для себя и своих студентов из Академии художеств, а заодно объявила о том, что собирается сфокусироваться на творческой деятельности. Выставка скульптур, видео, живописи и графики в ММСИ убедила ВАЛЕНТИНА ДЬЯКОНОВА в том, что это был верный шаг.


Название выставки взято из фразы немецкого теолога Рудольфа Отто "Mysterium fascinans et tremendum" ("тайна восхитительная и ужасающая"), которой он описывал общий для всех религий мира душевный аффект от соприкосновения с потусторонним миром. В случае Айдан речь идет о темной стороне женщины и страхах, которые порождает встреча с изменчивой женской сущностью, способной обернуться и "черной вдовой", и птицей, и рыбой, и зубастой вагиной, как в мифах индейцев. Куратор выставки турчанка Берал Мадра снабдила этот ряд ассоциаций цитатами из американских феминисток, рассказывающих о безграничных способностях женщин к конструированию собственного имиджа. Рядом с искусством Айдан, однако, резкий стиль заокеанских мыслителей немного ножом по стеклу. Айдан ни на секунду не забывает об аудитории и делает вещи достаточно глянцевые и гладкие, чтобы свести их к популярной в советское время сентенции "должна быть в женщине какая-то загадка". Или к афоризму Оскара Уайльда, сравнивающего слабый пол со сфинксом, но без загадки. С другой стороны, в них сочетается грация дорогих аксессуаров и отсылки к религиозной иконографии — смесь не менее взрывчатая, чем иной концерт Мадонны.

Работы для "Fascinans and tremendum" Айдан делала три года. Самая впечатляющая часть проекта, что неудивительно, скульптуры из каррарского мрамора. Пару скульптур зрители не увидели в павильоне Азербайджана на Венецианском биеннале прошлого года: официальная делегация республики возмутилась то ли излишней сексуальностью, то ли, наоборот, религиозностью работ. Их пришлось закрыть белым полотном, и акт цензуры вписался в изначальную идею: для Айдан скрытое не менее важно, чем видимое. Собственно, в этом ее главное отличие от иранки Ширин Нешат, коллеги по современному искусству с восточным колоритом. Нешат предъявляет женские лица, переводя скрытое на язык западной фотографии с базовым для личности правом на психологию и внутренний мир. Для Айдан женское (реже — мужское) тело никогда не открывается полностью. Из черной тьмы выплывают фрагменты, чаще всего руки. Иногда тьма становится текучей, как вредоносные жидкости из фильмов ужасов. Но заглянуть в глаза персонажам Айдан зрителю не удастся.

Контраст черного и белого мрамора напоминает обо всем и сразу, от квадрата Малевича до порнокабинок в странах развитой демократии — темных помещений с обязательными салфетками для тех, кто уже освободился от бремени собственной сексуальности. Айдан, правда, тему соблазна не педалирует. Коллекция жестов ее персонажей может быть понята как заигрывание только оптимистами. Скорее работы Айдан про дистанцию и дисциплину, напоминание о том, что мужчинам не стоит с упорством барана лезть в душу или под юбку: там может оказаться стихия невероятной силы, которой безопаснее восхищаться издалека.

Комментарии
Профиль пользователя