Успех рисованного предприятия

Лиза Биргер о главных достижениях графического романа с 1929 года до наших дней

В 2012 году в шорт-листе литературной премии Costa впервые оказалось сразу два графических романа. Поклонники этого подвида комиксов отмечают его окончательную победу над историями о супергероях. Поклонники традиционных комиксов все так же считают "графический роман" не более чем длинным комиксом в твердой обложке. Weekend проследил, как графический роман выбрался из самиздата в топ-листы литературных премий и стал самостоятельным жанром

Первый графический роман

"Божий человек" Уорда Линда
1929

Американский художник Уорд Линд называл "графическими романами" свои книги без слов с полосными иллюстрациями в технике ксилографии. Это совсем не похоже на комикс (никаких баблов и подписей) и вообще скорее альбом графики, чем книга. Что не отменяет значения Линда в истории графического романа — под его влиянием позже оказались и Уилл Айснер, и Арт Шпигельман.

Первый графический нон-фикшн

"The Medium Is The Massage" Маршалла Маклюэна и Квентина Фиоре
1967

Яркие черно-белые иллюстрации и фотографии Квентина Фиоре сопровождают основные идеи теории коммуникации Маршалла Маклюэна, изложенные плакатным и газетным языком. Название "The Medium Is The Massage" перевести довольно сложно: здесь не только обыгрывается афоризм Маклюэна "the medium is the message" (средство коммуникации является сообщением), но и появляющееся в результате замены буквы слово "massage" (массаж) может быть прочитано еще и как "mass age" (век масс). Именно эта книга 1967 года стала главным маклюэновским бестселлером, разошлась более чем миллионом экземпляров, предвосхитила сегодняшнюю инфографику; и именно ее можно считать первым графическим нон-фикшном.

Первая графическая автобиография

"Бинки Браун встречает Деву Марию" Джастина Грина
1972

"История Бинки Брауна не предназначена только для вашего развлечения",— начинает свою автобиографию Джастин Грин. В ней, в "непростом для понимания комиксовом формате" художник рассказывает о своем детстве, борьбе с обсессивно-компульсивным расстройством и отношениях с католицизмом. Здесь впервые опробован формат комикса как попытки разговора о личной травме. Книга Грина вышла самиздатом, повлияла абсолютно на всех лучших художников жанра и недавно была переиздана уже в статусе классики. "Нет чтения для меня приятнее,— признавался ей в любви корифей графического романа Роберт Крамб, свои личные отношения с католицизмом выяснивший, переложив в комиксы Библию,— чем откровения измученной души".

Первое упоминание графического романа на обложке

"Контракт с Богом" Уилла Айснера
1978

Уилл Айснер немало сделал для популяризации комикса, каким мы знаем его сегодня,— его именем названа теперь главная комиксовая премия Америки. Но термин "графический роман" принадлежит не ему, и уж тем более не он был первым, кто рисовал длинные истории в картинках. В 70-х слово уже прозвучало, его обыкновенно использовали для слишком длинных комиксов, графических мемуаров или нескольких историй, объединенных под одной обложкой. Все, что сделал Айснер,— поставил эти слова на обложку своего сборника историй из жизни еврейского гетто, чтобы подчеркнуть — это не тот комикс, к которому вы привыкли. Никаких супергероев, и только правдивые истории внутри.

Первый графический роман, оказавшийся в списке бестселлеров The New York Times

"Хранители" Алана Мура
1985

Там, где заканчиваются супергерои, начинаются "Хранители" — графический роман (справедливости ради стоит сказать, что и он сначала был опубликован в отдельных выпусках) о супергероях, которые не смогли изменить мир. Писатель Алан Мур поверил в способность комикса поднимать сложные темы о природе человека или политическом устройстве мира. А DC Comics поверили в графический роман и стали использовать это словосочетание, чтобы продавать свои неформатные комиксы.

Фото: AFP / The Kobal Collection

Первый фильм на основе графического романа

"Бэтмен" Тима Бертона
1989

Пусть "Бэтмен" Тима Бертона не является буквально экранизацией конкретного комикса — источником вдохновения фильма послужили две графические истории, сочиненные для традиционного героя комикса: "Возвращение темного рыцаря" Фрэнка Миллера (1986) и "Бэтмен: убийственная шутка" Алана Мура (1988). Его неожиданный успех — и коммерческий, и "Оскар" за работу постановщика — убедил студии, что из андерграундных комиксов стоит делать большое кино.

Первый графический роман, получивший Всемирную премию фэнтези

"Песочный человек" Нила Геймана
1991

С 1989 по 1996 годы Нил Гейман написал 75 выпусков комикса "Песочный человек", сегодня они объединены в серию из десяти графических романов — каждый с законченным сюжетом. В 1991 году "Песочный человек" стал первым — и пока единственным — комиксом, получившим премию World Fantasy Award. Существует легенда, что после этого случая правила премии были изменены, чтобы впредь она никогда не досталась комиксу. Это легенда.

Первый репортаж в жанре графического романа

"Палестина" Джо Сакко
1991-1992

В январе 1991 года американский художник Джо Сакко отправился на два месяца в Палестину и записал историю своего путешествия в комиксовой форме: что видел, куда ходил, с кем встречался. История подчеркнуто необъективна — Сакко и сам говорит, что стремился к тому, чтобы читатель увидел Палестину глазами непредвзятого путешественника. В 1992 году художник получил за книгу Американскую книжную премию, а позже повторил опыт, отправившись в Сараево ("Конец войны" вышел в 2005 году).

Первый графический роман, получивший Пулитцеровскую премию

"Маус: рассказ выжившего" Арта Шпигельмана
1992

Историю своего отца, прошедшего через холокост, художник Арт Шпигельман сумел рассказать в картинках, превратив всех фигурантов в животных: евреи стали мышами, немцы — собаками, а поляки — свиньями. Превращение недавней еще истории в сказку о животных как будто бы должно помочь читателю воспринимать ее отстраненно, на деле же, напротив, вызывает эффект присутствия — во многом благодаря точной прорисовке всех деталей, ну и к тому же у евреев, превращенных в мышей, не остается здесь ни малейшего шанса. В Америке книгу изучают в школах, в Европе она входит в обязательную программу каждого университетского семинара о холокосте, у нас она даже не переведена. Надо сказать, что Шпигельман не единственный, кто переложил в комикс травматическую историю XX века. Он и сам не отрицает, что рисовал "Маус" под впечатлением от манги Кэйдзи Накадзавы "Босоногий Гэн" (1973-1974 годы) о жизни мальчика Гэна и его семьи до, во время и после Хиросимы.

Фото: AFP / The Kobal Collection

Самый крупный провал в прокате экранизации графического романа

"Бэтмен и Робин" Джоэля Шумахера
1997

Провал в прокате "Бэтмена и Робин" Джоэля Шумахера и последующее решение Warner Bros. об отмене франшизы кажутся концом экранизаций графических романов. Клуни в маске, Ума Турман в трико, Шварценеггер в роли главного злодея — Шумахер смело превратил мрачную графическую сагу в детское кино, и его за это не простили. "Джордж Клуни убил экранизации комиксов",— мрачно суммировал Фрэнк Миллер, и казалось, что это навсегда.

Фото: AFP / The Kobal Collection

Первый фильм по графическому роману, номинированный на "Оскар" за лучший сценарий

"Мир призраков" Терри Цвигоффа
2001

Дэниэл Клоуз, один из самых успешных независимых авторов комиксов, рисовал "Мир призраков" с 1993-го по 1997 год, публикуя в собственном альманахе. В истории своего отрочества главными героинями он сделал двух ироничных девчонок, глядящих на мир с вполне мальчишеским скепсисом. Затем издал отдельной книгой, более проработанной в деталях и тоже вполне себе революционной — это первый роман воспитания в форме графического романа. В 1997 году он вышел отдельной книгой, став совершенным хитом, и не только в среде ироничных тинейджеров. Фильм Терри Цвигоффа 2001 года коммерческого успеха добиться не смог, но, во-первых, принес Дэниэлу Клоузу номинацию на "Оскар" за лучший сценарий, а во-вторых, ввел в голливудский обиход комикс без супергероев. Ну и шестнадцатилетнюю Скарлетт Йоханссон. Позже Клоуз нарисовал, а Цвигофф экранизировал еще один графический роман воспитания — "Тайны школы искусств" (2006).

Первый графический роман, получивший премию газеты The Guardian

"Джима Корриган, самый умный ребенок в мире" Криса Уэра
2001

Одинокий лузер Джимми Корриган переживает кризис среднего возраста и в своих фантазиях воображает себя самым умным ребенком в мире. Но в жизни его внезапно — и, увы, ненадолго — появляется отец, которого он никогда не знал. Можете считать это автобиографией — автор говорит, что и своего отца в жизни видел не больше трех-четырех часов, примерно столько, сколько займет у читателя его книга. Немаленький том очаровывает четкой, "тинтиновской" линией и винтажной блеклостью красок, выделявшими его на фоне экспрессивных американских графических романов тех лет. А еще это общечеловеческая история о безотцовщине, где так же брошены и одиноки оказываются и отец Корригана, и дед, и прадед.

Первая экранизация графического романа, получившая приз жюри Каннского фестиваля

"Персеполис" Маржан Сатрапи и Венсана Паронно
2007

Графический роман Маржан Сатрапи стал в первую очередь известен как ею же поставленный мультфильм. Черно-белые воспоминания о жизни девочки-подростка в шахском Иране не поражают красотой рисунка. Хотя Сатрапи признается, что на нее немало повлияли мастера как французского, так и американского комикса, она в то же время говорит, что ее книга не воспринимается как комикс, а читается как роман — а это еще лучше.

Самый успешный сериал по графическому роману

"Ходячие мертвецы" Фрэнка Дарабонта
2010

Комикс писателя Роберта Киркмана и художников Тони Мура и Чарли Адларда о тревожном будущем захваченной зомбаками земли можно считать графическим романом только с очень большой натяжкой — просто тетрадки в какой-то момент издали в твердой обложке, и под видом графического романа они попали в список бестселлеров The New York Times. Соответственно, и сериал Фрэнка Дарабонта нельзя назвать первым успешным сериалом по графическому роману, но и триумф его нельзя оспорить: он был включен во все списки лучших сериалов года, номинирован на все премии, получив "Эмми" за лучший грим и награду Американского института кино как лучшая телепередача года, и набрал аудиторию в 5 млн человек, ко второму сезону увеличив ее до 6 млн. Это только начало, и слухи ходят разные. В частности, не первый год уже возрождается и снова умирает проект телевизионной экранизации геймановского "Песочного человека" — а ведь могла бы быть еще одна "Игра престолов".

Первые графические романы, номинированные на английскую литературную премию Costa

"Dotter Of Her Father's Eyes" Мэри и Брайана Тальбот и "Дни лета Баньольдов" Джеффа Уинтерхарта
2012

В шорт-листе популярной английской премии Costa независимо друг от друга оказалось сразу два графических романа. Причем новая книга знаменитого художника Брайана Тальбота скромно проходит по линии биографий. "Dotter Of Her Father's Eyes" — это история жены Тальбота Мэри, дочери одного из ведущих британских джойсоведов, а заодно история и дочери самого Джойса, которая последние 30 лет своей жизни провела в психиатрической клинике. А за звание лучшего романа с букеровской лауреаткой Хилари Мантел соревнуется Джефф Уинтерхарт с историей отношений мамы-библиотекарши и ее подростка-сына. "Графические романы трагически недооценены,— объяснила член романного жюри писательница Венди Холден,— а книга Уинтерхарта — жемчужина среди них".

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...