Коротко

Новости

Подробно

Общий язык

Журнал "Коммерсантъ Секрет Фирмы" от , стр. 92

Когда Марина Бакулина выяснила, что каждый второй ребенок в России нуждается в помощи логопеда, она построила первый в родной Тюмени развивающий центр для детей. Но потом чуть не потеряла его, перейдя границу между благотворительностью и бизнесом.


Текст: Ксения Леонова


"Делай что хочешь, но деньги из семейного бюджета не тяни",— поставил условие Марине Бакулиной муж. Он не тиран. Просто Бакулиной, чей бизнес имеет отношение к детям с отклонениями в развитии, бывает сложно удержать баланс между благотворительностью и предпринимательством.

Бакулина создала первый в Тюмени центр для детей с нарушениями в речевом развитии "Ступеньки", где все предметы преподают профессиональные логопеды. Благодаря новомодным методикам меньше чем за четыре года Бакулина увеличила выручку своей компании до 3 млн руб. (по итогам 2007 года). Однако увлекшись этими методиками и попытавшись по одной из них ввести инклюзивное образование, чуть не потеряла весь бизнес.

Когда 17-летняя Бакулина, мечтавшая стать великим литератором, поступала на филологический факультет Тюменского государственного университета, она и подумать не могла, что будет работать с детьми. Но уже на первом курсе стало ясно: литератор, еще не получивший статус великого, должен чем-то зарабатывать себе на жизнь. Типичным заработком для студентов филфака — будущих учителей русского языка и литературы — считалось репетиторство, которое Бакулиной казалось слишком скучным. Поэтому, обнаружив объявление о наборе пионервожатых, она стрелой полетела на собеседование. Точно так же туда полетела еще сотня кандидатов-конкурентов. Чтобы получить работу, Бакулиной пришлось вспомнить детские песни на гитаре и станцевать лезгинку под песню "Вот оно какое, наше лето". В результате следующие несколько лет до окончания университета в 2001 году Бакулина проработала вожатой. После этого уже без всякого страха перед детьми и даже с радостью отправилась преподавать в школу.

Школьная атмосфера показалась Бакулиной, привыкшей в лагерях наблюдать детей открытыми и расслабленными, больше всего похожей на тюремную. Школьные программы Бакулиной тоже не понравились, и она взялась вводить новшества. Упор делала на этимологию, рассказывая, например, о древнеславянских корнях полногласного слова "ворота" и неполногласного "врата". Кроме того, Бакулина обнаружила, что в младших классах многие дети допускают орфографические ошибки потому, что у них не развит фонематический слух, то есть они неправильно различают звуки. Бакулина начала выполнять с детьми специальные упражнения. Но из-за новшеств она отклонилась от программы, и это не понравилось руководству школы ("У нас ведь в школах шаг влево, шаг вправо — расстрел"), которое стало присылать чуть ли не на каждый урок молодой учительницы проверки. Спустя год ожесточенной битвы с системой Бакулина из школы ушла и пару лет работала на телевидении и в одной из "дочек" "Билайна". Но работать на кого-то Бакулиной надоело, она вспомнила о своей мечте стать литератором и решила, совместив ее с новым увлечением — кулинарией,— открыть кафе.

От ноля до восьмиИзначально "Ступеньки" принимали трехлетних детей, но затем расширили возрастные рамки

От ноля до восьмиИзначально "Ступеньки" принимали трехлетних детей, но затем расширили возрастные рамки

Фото: Марат Губайдуллин, Коммерсантъ

Логопедия вместо общепита


На дворе стоял 2004 год. Кредиты на открытие бизнеса банки не давали. Так что Бакулина взяла кредит якобы на ремонт квартиры. Взять удалось 200 тыс. руб. Но на открытие кафе требовалось не меньше 700 тыс. руб. Бакулина пришла к матери. "А ты делай что умеешь",— сказала та. И тут Бакулина поняла, что лучше всего она умеет работать с детьми. Она поговорила с сестрой, работавшей логопедом в муниципальном детском саду. Та рассказала, что в садах проблема та же, что и в школах: все слишком стандартизировано, детям уделяется очень мало внимания. И вспомнила статистику — каждый второй ребенок в России нуждается в помощи логопеда.

"Так откроем аналог дома творчества для дошкольников — с логопедическим уклоном!" — решила Бакулина. На это требовалось вдвое меньше денег, чем на кафе. Следующий месяц ушел на поиск помещения (в результате сняли три комнаты в дореволюционном особняке в центре Тюмени), мебели (купили подержанные детские столики и стульчики) и логопедов (наняли сестру и двух ее коллег). Еще месяц ушел на разработку программы занятий и поиск клиентов. Программы Бакулина с сестрой писали сами — специально для этого заказали из Москвы пособия Николая Зайцева, педагога, разработавшего методику обучения письму и счету с помощью кубиков. "На рекламе решили не экономить",— смеется Бакулина. Листовки печатали в типографии. Их дизайн предпринимательница придумала сама ("Как вспомню сейчас, что получилось,— мурашки по коже, но тогда казалось красотой"). Однако этот способ оказался неэффективным. Звонили многие родители, но все они, услышав, что месяц занятий стоит от 1500 руб. за один предмет, отказывались — в домах творчества можно было заниматься за 300 руб. ежемесячно. Куда эффективнее сработало сарафанное радио. Так, первая трехлетняя ученица неделю занималась в одиночестве, а потом уже ее мама привела в "Ступеньки" своих знакомых.

Бакулина была поражена. Она открывала свой центр изначально для детей с нарушениями в речевом развитии, но из семи ее клиентов нарушения были лишь у четырех, а оставшиеся приходили просто потому, что в Тюмени не было хороших частных детских садов — в муниципальные посетители "Ступенек" не ходили. "В муниципальных детских садиках 30-40 человек занимается, а в частных 5-15. Сами посудите, куда вы отведете ребенка, если вам позволяют средства?" — говорит Полина Квитковских, она одна из первых привела свою дочь в "Ступеньки".

Бакулина не растерялась. Изначально она открывала группу для трехлетних детей, причем приводить их можно было лишь на 45 минут. Но поняв, что родители хотят не только логопедической помощи, открыла группы длительного пребывания. Получался аналог детского сада, в котором, правда, нельзя было обедать и спать. Кроме того, предпринимательница расширила возраст клиентов: с шести месяцев до восьми лет.

В итоге уже к концу 2007-го в центр ходило около сотни детей. А годовой оборот составлял примерно 3 млн руб. Правда, прибыль росла не столь быстрыми темпами, потому что изначально, определяя цены на услуги центра, Бакулина здорово просчиталась. Она предполагала, что клиентами должны стать семьи с доходом от 45 тыс. руб., которые будут платить за занятия не больше 6 тыс. руб. Но оказалось, что такие цены приносят центру одни убытки. Стоимость пришлось поднять в полтора раза.

Другая планетаНе все родители оказались готовы к тому, чтобы их дети обучались в группе со сверстниками, имеющими отклонения в развитии

Другая планетаНе все родители оказались готовы к тому, чтобы их дети обучались в группе со сверстниками, имеющими отклонения в развитии

Фото: Марат Губайдуллин, Коммерсантъ

Иллюзия инклюзии


Однажды Бакулина поехала в зимний детский лагерь, где оказалось очень много глухих и слабовидящих детей. Бакулина была так впечатлена, что решила работать с такими ребятами. Вскоре после поездки она прочитала об инклюзивном, или смешанном, образовании — когда дети с серьезными отклонениями в развитии и обычные дети занимаются вместе. Вот было бы здорово сделать такое у нас, подумала Бакулина. Однако большинство родителей детей с особенностями в развитии вряд ли смогли бы оплатить занятия в частном центре. Тогда Бакулина решила обратиться к благотворителям.

Оказалось, что один из крупнейших областных фондов — Благотворительный фонд развития города Тюмени — как раз проводит серию тендеров на гранты для работу с детьми, страдающими ДЦП (детским церебральным параличом). Бакулина конкурс выиграла. "Он был посвящен не инклюзивному образованию, а просто образовательным программам для детей с отклонениями в развитии,— вспоминает руководитель грантового отдела Фонда развития Тюмени Светлана Дремлюга.— И тот факт, что "Ступеньки" предложили программу инклюзивного образования, стал их ключевым конкурентным преимуществом".

Бакулина и ее сестра стали писать программы для детей с отклонениями в развитии и брать таких детей на обучение за счет благотворителей в общие группы. Получилось так, что в каждой группе из 10 человек было по одному-два ребенка с ДЦП. "Мы не очень много общались с теми, кто приводил детей в "Ступеньки" за деньги, но то, что все это пошло на пользу нам,— факт. Наша девочка научилась общаться с другими детьми, играть на музыкальных инструментах, стала более открытой. Были там и дети, научившиеся ходить по стеночке и даже разговаривать",— рассказывает Елизавета Алексеевна, водившая в центр свою трехлетнюю дочь с ДЦП. Но Бакулина вспоминает: "Половина клиентов от нас ушла. Дети с ДЦП, понимаете, немного заторможены, у них тонкие ножки, косоглазие, не все родители здоровых детей были готовы к этому".

Детский сад какой-тоБлагодаря бизнесу Марина Бакулина (справа) стала звездой и даже выступала с докладом о детсадах перед Дмитрием Медведевым

Детский сад какой-тоБлагодаря бизнесу Марина Бакулина (справа) стала звездой и даже выступала с докладом о детсадах перед Дмитрием Медведевым

Фото: Марат Губайдуллин, Коммерсантъ

Уход половины клиентов был более чем критичен для "Ступенек". Гранты, которые Бакулина получила на 2008 и 2009 год, давали по 50 тыс. руб. в год на ребенка. Всего в центр пришли 10 детей с ДЦП. А ушли 50 детей, каждый из которых приносил по 300 тыс. руб. в год. Бакулина, слишком увлекшаяся благотворительностью, поняла масштаб проблемы лишь в 2009 году. В результате она вынуждена была свернуть инклюзивное обучение и создать отдельные группы для детей с ДЦП, занимавшиеся в самое непопулярное обеденное время. По желанию в этих группах могли заниматься и обычные дети. Желающих, правда, не нашлось.

Зато вся эта история обеспечила Бакулиной неожиданную рекламу. У нее сложилась репутация одного из главных инноваторов в области образования в регионе. Репутация настолько прочная, что главный любитель слова "инновации" — экс-президент России Дмитрий Медведев — пригласил Бакулину в Москву выступить на съезде "Единой России" (о чем сообщили все тюменские СМИ), а благотворительный фонд Вагита Алекперова "Наше будущее" вручил ей приз как одному из главных "социальных предпринимателей" России.

Какую выгоду получил от этого бизнес? Появились новые клиенты, а занимавший тогда пост мэра Тюмени Евгений Куйвашев выделил Бакулиной помещение — правда, в спальном районе, зато по льготной арендной ставке. Выручка почти вернулась на прежний уровень: в 2011 году она составила 2 млн руб. Прибыль же предприятия благодаря льготному помещению выросла на 20%. Теперь Бакулина мечтает уже не о книге, а о собственной школе. Частной.

Эксперт


Александр Смирнов, первый вице-президент ФК "Уралсиб"

О нравственности общества судят по тому, как оно относится к детям, старикам и инвалидам. Долгое время в России существовало негласное табу на освещение проблем детей с психофизическими отклонениями. Сегодня отношение к ним стало меняться в лучшую сторону. Всевозможные фонды, общественные организации и объединения готовы поддерживать разнообразные формы обучения, направленные на улучшение условий реабилитации и адаптации таких детей.

Проблема, однако, по-прежнему остается сложной. Существует барьерная среда, отталкивающая "неординарных" детей. Родители здоровых учеников опасаются, что присутствие детей с ограниченными возможностями, требующих особого внимания, может задерживать развитие или отрицательно сказываться на психике остальных детей. Однако опыт педагогов и психологов показывает, что совместное обучение помогает в том числе и здоровым детям стать добрее, терпимее, что особенно актуально для нашего общества с его крайне низким уровнем толерантности. Любой человек, имеющий дефект развития, может при соответствующих условиях стать полноценной личностью, развиваться духовно и быть полезным обществу.

Опыт Марины Бакулиной показал, что коммерция может сочетаться с социальными задачами. Марина заслуженно одержала победу в двух всероссийских конкурсах в номинациях "Социально ответственный бизнес" и "Лучший частный детский сад", организованных фондом региональных социальных программ "Наше будущее".

В России существует большой потенциал для развития социального предпринимательства. И, что очень важно, социальные предприниматели сегодня становятся проводниками значительных положительных изменений в обществе, вносят реальный вклад в развитие своего района, города, области.

Комментарии
Профиль пользователя