Маша Любич, 7 лет, детский церебральный паралич, требуется продолжить курс лечения. 48 493 грн.
Спасибо всем добрым людям, которые год назад помогли нам оплатить целых четыре курса лечения моей внучки в московском Институте медицинских технологий! Вы не представляете, как изменилась за это время наша Машенька. Она стала сама садиться и приподниматься, научилась пить из чашки, берет ручками мелкие предметы. А главное, начала говорить! Называет близких людей по именам. Врачи говорят, надо обязательно лечить Машу и дальше. Но нам это не по силам, не по средствам. Ведь я являюсь опекуном не только Машеньки, но и еще трех моих внуков — Егора, Кирилла и Вани. А все наши доходы — наши с мужем пенсии и пособия на ребятишек, так разве этого хватит еще и на лечение! Пожалуйста, помогите нам продолжить лечение внучки в Москве. Ирина Алексеева, Луганская область.
Невролог Института медицинских технологий Ольга Рымарева (Москва): "После проведения четырех курсов терапии у ребенка заметная положительная динамика. Необходимо научить Машу самостоятельно ходить, дать возможность обучения по программе коррекционной школы".
Вероника Вовченко, 14 лет, хронический остеомиелит нижней челюсти, требуется операция. 44 612 грн.
Внимание! Цена лечения 64 753 грн. Общество помощи русским детям (США) внесло 20 141 грн. Не хватает 44 612 грн.
Вот уже восемь лет украинские врачи пытаются вылечить нашу дочь. Она перенесла три операции и во время третьей едва вышла из наркоза. А болезнь все прогрессирует, у дочки постоянные сильные боли, она с трудом ест, ей больно жевать. Деформирована щека, а вы ведь понимаете, что это такое для девочки! Вероника хочет заниматься танцами, но ей это, как и многое другое, противопоказано. Да и стесняется она выходить из дома из-за своего внешнего вида. Информацию о московском центре профессора Рогинского я нашла в интернете. Москвичи готовы взяться за лечение дочери, но средств у нас уже нет. Мы с мужем вместе получаем около 6000 грн, с нами живет еще мама мужа, пенсия у нее небольшая. Помогите нам вылечить дочку! Наталья Вовченко, Киевская область.
Руководитель Центра челюстно-лицевой хирургии Виталий Рогинский (Москва): "Диагноз следует уточнить. В любом случае лечение предстоит сложное и длительное, это и оперативное вмешательство, и терапия. Надежда на излечение есть".
Ульяна Бурмага, 2 года, в результате несчастного случая ампутирован указательный палец правой руки, требуется хирургическое лечение. 77 228 грн.
В феврале этого года у нас случилось несчастье: младшая дочка Ульяна, которой тогда было два с половиной года, засунула руку в мясорубку. Скорая увезла нас в Харьковскую облбольницу, где дочке ампутировали указательный палец на правой руке. Врачи посоветовали обратиться в ярославскую больницу им. Соловьева. Мне удалось через интернет получить консультацию тамошнего хирурга Голубева. Он сказал, что можно пересадить пальчик со стопы на кисть руки. Но операция в России для нас платная. А как тут заплатишь? Ведь я одна воспитываю двух дочек. Старшая учится в медицинском колледже, а я пока в декретном отпуске. На пособие и декретные прожить хоть как-то можно, но уж заплатить за операцию — нечего и мечтать. Неужели из-за этого моя дочка останется калекой? Пожалуйста, помогите нам! Елена Бурмага, Харьковская область.
Заместитель главного врача больницы им. Соловьева Юрий Филимендиков (Ярославль, Россия): "Для Ульяны возможно оперативное лечение: пересадка пальца со стопы на кисть. Это приведет не только к улучшению вида кисти в эстетическом отношении, но и к восстановлению функций руки".
Игорь Чалый, 14 лет, врожденный порок сердца, спасет эндоваскулярная операция. 14 210 грн.
Внимание! Стоимость операции 28 420 грн. Сообщество клиентов ПриватБанка внесло 14 210 грн. Не хватает 14 210 грн.
Только в прошлом году у нашего сына проявился врожденный порок сердца. Он неожиданно потерял сознание, после обследования в Институте им. Амосова и был поставлен этот диагноз. А ведь до этого Игорь казался здоровым, успешно занимался спортом, у него есть награды в соревнованиях по тхеквондо. Врачи успокоили нас тем, что дефект межпредсердной перегородки можно исправить, причем даже без разреза, эндоваскулярным способом. Беда только в том, что операция эта платная, а для нас ее стоимость неподъемна. Я работаю медсестрой, муж — кладовщиком. Чтобы оплатить лечение, наши обе зарплаты надо целиком откладывать полгода. Но ведь это невозможно, как же тогда жить? Помогите нам, пожалуйста! Елена Чалая, Киев.
Заведующий отделением Национального института сердечно-сосудистой хирургии имени Н. М. Амосова Юрий Паничкин: "У Игоря дефект межпредсердной перегородки. Наиболее безопасный вид лечения этого порока в данном возрасте — эндоваскулярное закрытие дефекта окклюдером".
Реквизиты для помощи есть в фонде. Возможны электронные пожертвования (подробности на ufond.ua)