Коротко

Новости

Подробно

Кандидат на своем месте

На президентских выборах Геннадию Зюганову чужого не надо

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 4

"Хороший ты парень, но не орел". Эта фраза из популярного советского фильма точнее всего характеризует Геннадия Зюганова, который почти 20 лет возглавляет самую главную оппозиционную партию страны, но так и остается "номер два" по итогам каждой избирательной кампании.


Вечно второй


Личного рекорда Геннадий Зюганов добился в первой для себя кампании в 1996 году. В народе была еще свежа память об СССР. А разочарование в демократии было уже таким, что перебить его удалось лишь с помощью политтехнологий, которые в ту гонку впервые были применены в тотальном масштабе. В итоге Борис Ельцин смог сохранить должность лишь во втором туре, получив 53,8%, в то время как Геннадий Зюганов получил 40,3%. В первом туре Борис Ельцин собрал 35,8%, незначительно обойдя кандидата-коммуниста, за которого проголосовали 32,5%.

Но рекордная кампания стала для лидера КПРФ еще и роковой. Коммунисты до сих пор, вспоминая выборы-96, твердят как заклинание: "Зюганов тогда выиграл, это признали даже зарубежные эксперты". Но сам кандидат Зюганов после второго тура утром 4 июля 1996 года позвонил Борису Ельцину и поздравил его с победой. Доказывать факты фальсификаций партия не стала.

Но Геннадий Зюганов с тех пор обрел прочный имидж "вечно второго", а также самого удобного конкурента, которого всегда можно обыграть и он не станет упорствовать. Он и был вторым в 2000 году, собрав 29,21% (у победителя Владимира Путина было 59,94%), в 2008 году — 17,72% (у победителя Дмитрия Медведева 70,28%). В кампании-2004, которую выиграл Владимир Путин с 71,31%, Геннадий Зюганов не участвовал. Партию на выборах представлял тогда Николай Харитонов, который получил 13,74%.

Сейчас сторонники коммунистов при опросах "стали уходить в "несознанку"", заявил "Ъ" гендиректор ВЦИОМ Валерий Федоров. По его словам, этот контингент респондентов — "возрастной и социологов воспринимает как агентов КГБ". Поэтому либо отказываются отвечать, либо "врут, что будут голосовать за кого-то другого". Так что на самом деле сторонников больше, чем показывают опросы. "Но сверхмаксимум — это 25%",— уверен господин Федоров.

Аналитическая служба КПРФ еще не завершила собственных соцопросов. "Но рассчитываем на результат не меньше 20%",— заявил "Ъ" секретарь ЦК КПРФ, депутат Госдумы Сергей Обухов. То есть коммунисты исходят из собственного достижения на парламентских выборах-2011, на которых они собрали 19,19%.

Вечно вчерашний


В думскую кампанию за коммунистов голосовал и нетрадиционный для КПРФ электорат, в том числе либеральный, который не был уверен, что в Госдуму сможет пройти его партия (к примеру, "Яблоко"). Таким образом, либеральный избиратель голосовал против "Единой России", стараясь снизить ее представительство в Госдуме. В президентской же гонке победитель получает все, и второе место кандидата Зюганова ничем не помешает Владимиру Путину быть полноценным президентом. Поэтому прирост голосов за счет нетрадиционного избирателя у кандидата-коммуниста "будет минимальным и несущественным", прогнозирует Валерий Федоров. К тому же, по его мнению, идеологический аспект в нынешнюю кампанию не столь важен для избирателя.

Преобладающая установка — просто "требуем перемен". Поэтому самым востребованным будет "новичок", на что и рассчитывает Михаил Прохоров. КПРФ не выставила "нового лица", понизив шансы своего кандидата на выход во второй тур. Проверенный же кандидат явно не поспевает меняться, чтобы заинтересовать новое поколение, для которого СССР — это далекая и глубокая история.

С одной стороны, Геннадий Зюганов мастерски владеет цифрами и фактами для того, чтобы любую аудиторию убедить в том, что страна стоит на пороге катастрофы. Но как только он переходит к рецептам спасения, речь его способна убедить в основном того, кто самую бурная часть своей жизни прожил до горбачевской перестройки. Выясняется, к примеру, что развивать производство, рожать детей, поднимать образовательный и культурный уровень нужно в первую очередь только потому, что весь мир видит богатства России, алчет их и вот-вот присвоит. Какой-либо объемной и концептуальной картины будущего партия "светлого будущего" и ее лидер не предлагают.

С одной стороны, КПРФ с момента запрета КПСС остается самой крупной оппозиционной силой страны. Но это не мешает ее лидеру наравне с лидерами партии власти развенчивать "оранжевые революции", которые если и возникали, то исключительно из-за фальсификаций итогов выборов.

Вечно осторожный


О революциях Геннадий Зюганов вообще предпочитает говорить редко. Точнее, раз в год перед 7 ноября, когда он непременно заявляет об Октябрьской революции как о главном событии XX века. После чего в знак доказательства приводит в пример американского президента Рузвельта, который собрал самых богатых людей США и фактически приказал им пересмотреть взгляды на экономику и прибыль, чтобы не допустить повторения российского революционного сценария.

В этом смысле самый любимый исторический период в развитии России у господина Зюганова — смута, судя по настойчивости, с которой он регулярно в своих публичных выступлениях вспоминает подвиг Минина и Пожарского.

Эту историческую привязанность лидера многие в партии объясняют его личными качествами, отвергающими радикализм, нетерпение, противостояние. По их версии, Геннадий Зюганов в октябре 1993 года ушел из Белого дома не потому, что струсил, а потому, что не хотел кровопролития. Он уступил победу в 1996 году не потому, что побоялся власти. А потому, что не хотел противостояния с действующей властью, которое могло обернуться полномасштабной гражданской войной и развалом страны. Геннадий Зюганов до сих пор не требует отставки Владимира Путина, а всего лишь призывает его поменять команду: не потому, что "он пропутинский", а потому, что пытается не доводить страну до революции.

Вечно первый


Все эти почти пацифистские личные качества не прибавляют ему электоральной поддержки. Но позволяют возглавлять партию 20 лет. Геннадий Зюганов ни с кем не конфликтует, хотя в КПРФ есть как минимум три группировки, которые по-разному видят смысл работы Компартии и ее будущее. Лидер не примыкает ни к одной из них, но выстраивает систему сдержек и противовесов, наделяя полномочиями представителей каждой группировки. Эта система позволила Геннадию Зюганову не раз удерживаться на лидерском посту, невзирая на внутрипартийные конфликты. Для этого достаточно было вывести эти конфликты в публичное пространство. И тогда весь многочисленный ЦК по традиции, унаследованной от большевиков, вступался за "единство рядов партии" и за своего лидера, изгоняя из своих рядов "кротов" (2004-2005 годы), "неотроцкистов" (2007-2008 годы) и прочих инакомыслящих.

При этом КПРФ не превратилась в лидерскую партию. Она идеологическая, за счет чего сохранит свое единство даже при смене лидера. Впрочем, смена лидера у коммунистов пока не просматривается. На авторитет Геннадия Зюганова не покусится никто. Особенно если ему 4 марта удастся получить голосов больше, чем смогла получить партия 4 декабря на думских выборах. А за ядерный электорат в КПРФ не беспокоятся, пояснил "Ъ" один из членов ЦК. Ведь если власть будет проводить такую пенсионную политику, как сейчас, то каждое поколение российских граждан, достигнув пенсионного возраста, будет вливаться в ряды "красного электората".

Виктор Хамраев


Цена вопроса

Павел Кудюкин,


доцент Высшей школы экономики


Одна из главных проблем КПРФ в том, что советская версия коммунизма очень давно и сильно разошлась с исходной коммунистической идеей. Классическая формулировка идеи известна — это "ассоциация, в которой свободное развитие каждого является условием свободного развития всех". Очень важна последовательность — начинается с "каждого", а не со "всех", как мы привыкли. То есть идея предполагает освобождение каждой личности. У нас в реальной практике коммунизм очень быстро переродился в противоположное учение о всевластии государства.

Идеи КПРФ парадоксальным образом не связаны с революционной русской традицией, если судить по тому, что публикуется от имени Геннадия Зюганова. Это довольно эклектичная смесь каких-то обломков марксизма с идеями русской религиозной философии и идеями русского консерватизма 80-х годов XIX века. Поэтому у большей части ее избирателей в сознании гремучая смесь тоски по имперскому величию, сожалений об исчезнувшем государственном патернализме, ну и некоторой надежды: а вдруг все это каким-то чудом вернется. От классической идеи свободы здесь практически ничего не осталось.

Но осталось представление о том, что у нас должно быть сильное государство, которого все должны бояться и которое должно всех милостиво кормить. То есть государство — это некая самостоятельная сущность, которая по доброте своей еще и людей питает. Примерно такая же модель на уровне риторики реализуется действующей властью. Поэтому она обыгрывает и будет обыгрывать коммунистов. Люди с подобным комплексом идей в большинстве своем склонны голосовать за уже существующую власть.

Если бы КПРФ, вернувшись к исходной идее, поменяла бы стилистику своего политического поведения, то она даже со своим брендом "коммунистическая" смогла бы обрести новых сторонников среди молодых, наиболее продвинутых, прогрессивно мыслящих людей.

Для кого-то может показаться неожиданным, но коммунистические идеи постепенно реализуются в современном мире. В частности, Маркс в свое время писал, что в будущем посткапиталистическом обществе именно свободное, а не рабочее время будет мерилом общественного богатства. И уже прослеживается тенденция: растет количество людей, которые между дополнительным заработком и свободным временем выбирают свободное время. Не как время ничегонеделания, а как время саморазвития. Вполне себе коммунистический принцип.

Более того, постепенно растет объем творческих видов труда, которые уже и нельзя называть трудом в традиционном понимании, когда трудятся лишь для того, чтобы не помереть с голоду. Человек трудится потому, что не может не делать того дела, которое ему нравится. Вполне коммунистическое отношение к труду как к потребности, как к средству самовыражения. В этом проявляется посткапиталистическая тенденция к формированию какого-то пока еще не очень понятного нам иного общества. И если у нас в России в понимании этой тенденции не продвинется КПРФ, то это сделают другие левые.

Комментарии
Профиль пользователя