Коротко

Новости

Подробно

Тысяча и один капрал

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 50

Освобождение израильского солдата Гилада Шалита и тысячи палестинских заключенных и в Израиле, и в Палестине стало поводом для ликования. Правда, если палестинцы обмен солдата на террористов одобрили единодушно, то в самом Израиле мнения разделились.


Александр Изюмов


"Для меня это никакой не праздник. Какую радость я могу испытывать? Моя рана не заживает, а тут в нее воткнули нож и несколько раз хорошенько повернули",— говорит Йосси Цур. Его 16-летний сын Асаф был одним из пассажиров автобуса в Хайфе, который террорист-смертник взорвал 5 марта 2003 года. Тогда погибли 17 человек, в основном школьники, возвращавшиеся после уроков домой. Среди 1027 палестинцев, которых на минувшей неделе освободили в обмен на пленного капрала израильской армии Гилада Шалита, были и те, кто принимал участие в организации теракта в Хайфе: Аад Абу Шара, Маджи Амро и Фади Мухаммад аль-Джабаа.

В нескольких километрах от дома Цуров Зеев Рапп с ненавистью смотрит на экран телевизора. Крупным планом показывают улыбающееся лицо террориста Абу Амрина, который в 1992 году убил его 15-летнюю дочь Хелену. "Я чувствую, как мою дочь убивают снова и снова. Мы снова должны пережить всю эту боль и горечь",— говорит Рапп.

Тем не менее для большинства израильтян освобождение Гилада Шалита — праздник, которого они ждали пять с лишним лет.

Исчезновение капрала Шалита


Гилад Шалит стал всемирной знаменитостью в июне 2006 года. Тогда группа хамасовцев через прорытый ими туннель перешла в Израиль и атаковала объекты Армии обороны Израиля у пропускного пункта Керем-Шалом. Боевикам удалось подорвать заднюю дверь стоявшего у пропускного пункта танка "Меркава". Двое находившихся в танке солдат были убиты, один ранен, а еще одного, капрала Гилада Шалита, хамасовцы забрали с собой.

О похищении Шалита израильские военные узнали не сразу. Как только стало известно, что один из членов экипажа танка может находиться в руках у террористов, Армия обороны Израиля и израильское правительство начали принимать отчаянные меры по его поиску и спасению. Дипломаты и политики связались с лидером Палестинской автономии Махмудом Аббасом, который, впрочем, помочь не смог бы, даже если бы захотел. "Хамас" и возглавляемое Аббасом движение "Фатх" находятся в перманентном конфликте, и, разумеется, никто из хамасовского руководства не стал бы слушать Аббаса. Вскоре израильские войска вошли на территорию сектора Газа, а четыре самолета израильских ВВС демонстративно пролетели на низкой высоте над одной из резиденций сирийского президента Башара Асада в Латакии: "Хамас" существует благодаря поддержке иранских и сирийских властей. Тем не менее ни военные, ни дипломатические усилия не привели к успеху. Опасаясь повторения трагедии 1994 года, когда захваченный в плен палестинскими террористами солдат Нахшон Ваксман был убит при попытке его освободить силами Армии обороны Израиля, власти прекратили военную операцию. К этому времени палестинцы выдвинули требования по освобождению Шалита. Израильтянам было предложено освободить всех палестинских женщин, находившихся в израильских тюрьмах. Вскоре, впрочем, требования изменились: в дополнение к женщинам израильтяне должны были освободить тысячу заключенных. Список этих заключенных был передан израильтянам.

Переговоры о капрале Шалите


Поначалу Израиль официально отказался от каких бы то ни было переговоров с похитителями Шалита. Тогдашний премьер-министр Эхуд Ольмерт заявил, что капрал должен быть освобожден без всяких условий и ответных шагов со стороны Израиля. Тем не менее, как стало ясно позже, переговоры все-таки начались. Посредниками в той или иной степени выступали то власти Египта, то католическая церковь, то представители ООН, то Германия. Переговоры не прекращались даже во время прямых столкновений "Хамаса" и израильских войск.

"Какую радость я могу испытывать? Моя рана не заживает, а тут в нее воткнули нож и несколько раз хорошенько повернули"



Очевидно, что для "Хамаса" переговоры об освобождении Шалита были так же важны, как и для самого Израиля. Во всяком случае, даже в моменты чрезвычайной напряженности представители "Хамаса" ни разу не выступили с угрозой прекратить переговоры или убить Шалита. В "Хамасе" прекрасно отдавали себе отчет, что будет, если Шалита не станет. Убийство Шалита было бы подписанием смертного приговора нескольким самым влиятельным лидерам террористов, не говоря уж о бесчисленном количестве простых боевиков. В свою очередь, удачное проведение переговоров могло бы вернуть в Газу многих видных террористов, которые находились в израильских тюрьмах.

В начале 2011 года отец Шалита Ноам устроил паломничество к резиденции премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху, требуя как можно скорее вернуть сына домой. К маршу присоединились сотни человек. Именно тогда Нетаньяху и объявил официально, что готов обменять Шалита на тысячу палестинских террористов. О чем он не стал объявлять публично, так это о том, что стороны, уже ведшие переговоры друг с другом при посредничестве Египта и Германии, никак не могли согласовать список освобождаемых террористов. Палестинцы представили список, с которым израильтяне совершенно не могли согласиться: там были имена людей, которых израильтяне не желали отпускать ни при каких обстоятельствах. Кроме того, израильтяне выступали против требования палестинцев о том, чтобы заключенные были переправлены на Западный берег. Израиль готов был отправить заключенных в Газу, Египет или даже в Турцию, но никак не на территорию, на которой еще остаются израильские поселения и чья граница с еврейским государством куда более проницаема, чем все остальные.

Тем не менее длительные переговоры в Каире, где, как рассказывали очевидцы, германский дипломат буквально бегал из номера, в котором находились израильские переговорщики, в номер, где сидели палестинцы, завершились. К журналистам попал согласованный список освобождаемых террористов. Именно тогда огромное число членов семей жертв терактов, израильских экспертов в области безопасности и политиков правого толка начали говорить о том, что Израиль проиграл переговоры. В числе освобождаемых 2027 человек были совершенно одиозные личности.

Например, Азиз Сальха. Фотография, на которой террорист изображен с окровавленными ладонями (он только что с товарищами забил насмерть двух резервистов Армии обороны Израиля, случайно оказавшихся в Рамалле), обошла в 2000 году весь мир. Или Амана Муна, активистка движения "Фатх", которая в итоге чуть было не сорвала обмен: она поначалу наотрез отказалась выходить из тюрьмы. Причина — беспокойство за собственную жизнь и здоровье. В свое время она, выдавая себя за американскую студентку, выманила 16-летнего школьника Офира Раума на романтическую встречу. Прибыв по указанному адресу, Раум был расстрелян несколькими палестинскими террористами. Впрочем, вовсе не это заставляет Муну беспокоиться за свою жизнь. Отбывая пожизненное заключение в тюрьме, она жестоко избивала сокамерниц, проявляя садистские наклонности. С воли она получала не столько письма поклонников, сколько угрозы разобраться с ней. Ее освободили чуть ли не насильно, отправив в Турцию.

Приговоренная к 16 пожизненным срокам за гибель 15 человек Ахлам Тамими плачет от счастья при виде отца

Приговоренная к 16 пожизненным срокам за гибель 15 человек Ахлам Тамими плачет от счастья при виде отца

Фото: REUTERS/Muhammad Hamed, Reuters

Праздник капрала Шалита


Шалит был передан хамасовцами утром 18 октября египетским властям. Израильские власти подтвердили этот факт, а вскоре египтяне передали капрала представителям Государства Израиль, которые и отвезли его домой. Первоначально предполагалось, что Шалит попадет в Израиль не напрямую из Египта, а через Германию, однако от этого плана отказались: капрал очень ослаб, лишние передвижения были ему совершенно ни к чему. Перед тем как передать Шалита израильтянам, египетская служба безопасности допустила к нему корреспондентку государственного телевидения, которая взяла у него эксклюзивное интервью. На записи видно, что Шалит устал, что он сильно волнуется и обессилен. Египетское ТВ подверглось резкой критике со стороны международных организаций и правительства Израиля за это интервью, однако каирские журналисты не считают, что совершили что-то несовместимое с журналистской этикой. "Когда появляется такая возможность взять сенсационное интервью, было бы непрофессионально этого не сделать",— заметила журналистка, бравшая интервью у Шалита.

Примерно в 13:00 по местному времени вертолет с Шалитом приземлился на израильской военно-воздушной базе Тель-Ноф — там капрала встретили премьер-министр Биньямин Нетаньяху и родители. Наблюдавшие за церемонией отметили, что Шалит сначала выполнил воинское приветствие премьер-министру, а потом обратился к родителям. К вечеру, когда солнце уже садилось, Шалит и его родители на вертолете прибыли в ликующую деревеньку Митцпе-Хила. Шалит не вышел к встречавшим, поскольку, как сказал его отец, слишком устал и очень ослаблен.

А в это самое время в Газе проходил митинг, о котором теперь знает весь мир. Палестинцы, обрадованные возвращением своих людей из тюрем, часами скандировали: "Дайте нам еще одного Шалита!", "Нам нужен новый Шалит!".

Палестинцы скандировали: "Дайте нам еще одного Шалита!", "Нам нужен новый Шалит!"



Собственно, этот митинг полностью подтверждал те опасения, о которых говорили противники обмена. По их мнению, Израиль отдал слишком много за одного солдата. Более того, решение израильского правительства, утверждали они, безусловно, спровоцирует палестинцев на новые акты захвата заложников. "Это настоящая победа террористов и "Хамаса"",— говорили представители организации "Альмагор", объединяющей родственников жертв терактов. Эта организация пыталась остановить обмен, подав соответствующий иск в Верховный суд страны. Иск был отклонен. По словам многих экспертов в области безопасности, решение израильского правительства в самом деле может подать неправильный сигнал террористам в том, что касается захвата заложников. Кроме того, на свободу были отпущены действительно видные террористы (пусть и не лидеры террористического движения). Они, говорят противники обмена, разумеется, сделают все возможное, чтобы вернуться к своей деятельности. А это означает, что под угрозой жизни других граждан Израиля. Наконец — и об этом говорят уже в первую очередь политики и простые израильские граждане,— совершенно немыслимо, чтобы за одного израильского солдата отпускали более тысячи палестинских террористов. Надо сказать, что эта точка зрения нашла наибольшее распространение среди так называемых русских израильтян, а ее главным сторонником является и главный "российский" политик Израиля Авигдор Либерман. По мнению многих экспертов, это вполне объяснимо. "Израиль когда-то был очень коллективистским обществом, в котором от каждого его члена ожидалось, что он отдаст свою жизнь ради блага всех... Израиль быстро меняется в сторону более частного общества, в котором индивидуальный член — центр этого общества, а отношения общества и человека более сложны и полны нюансов, чем раньше",— считает Далия Гавриели-Нури, юрист и политолог из Иерусалима. По ее мнению, осознанно или нет, но иммигранты из Советского Союза, общества тоже необыкновенно коллективистского, разумеется, придерживаются мнения о недопустимости такого обмена.

Освобожденные террористы из "Хамаса" скромно радуются встрече с руководителями движения

Освобожденные террористы из "Хамаса" скромно радуются встрече с руководителями движения

Фото: REUTERS/Jamal Saidi, Reuters

Сторонники сделки говорят, что на самом деле у государства и премьер-министра не было выбора. Они должны были согласиться на обмен, и их задачей становилось лишь обеспечение его наиболее выгодных условий. Сам Биньямин Нетаньяху уверен, что добился этих целей: "Я поставил два необсуждаемых требования: лидеры "Хамаса" не подлежат освобождению ни при каких обстоятельствах, а наиболее важные освобождаемые боевики подлежат депортации (за пределы Израиля и Палестинской автономии.— "Власть"). Эти два требования были выполнены".

Что же до прекращения переговоров или отказа от обмена, то, по мнению многих экспертов (по данным опроса общественного мнения, проведенного социологической группой "Дахаф", в поддержку обмена высказались 70% израильтян), у правительства не было возможности пойти на такой шаг. "Это означало бы, что Гилад Шалит умрет. Никакое правительство не может себе позволить сознательно, пусть и чужими руками, убить своего собственного солдата",— говорил один из аналитиков в газете "Гаарец".

"Гилад стал сыном всех нас. Мои дети еще очень маленькие, но как мать я должна знать, что, когда я отправлю своего ребенка в армию... армия позаботится о нем",— цитирует The Jerusalem Post жительницу Ашдода Йонит Менаше. Еще одной сторонницей обмена стала мать жертвы теракта: "Содержание террористов в тюрьме или месть не вернет мне мою дочь. Единственное успокоение, которое я могу найти,— то, что мы этим (обменом.— "Власть") можем спасти жизнь Гиладу Шалиту".

Впрочем, освобождение Шалита еще не решение всех его проблем. Он наверняка еще очень долго будет чувствовать тяжесть статуса народного героя. "Это очень тяжелая ноша для такого молодого человека... Я не уверен, что он готов удовлетворить многим требованиям своего нового статуса",— считает Габриель Вейманн, эксперт в области общественного мнения и медиапсихологии. "Впрочем, у Израиля большой опыт с военнопленными, и я думаю, что он сейчас окружен и членами семьи, и психологами, которые обеспечат его возврат к нормальной жизни",— подчеркнул эксперт.

Комментарии
Профиль пользователя