Конфликты в политике угрожают бизнесу Михаила Прохорова, считают эксперты. Глава Национальной резервной корпорации Александр Лебедев дал комментарий Андрею Норкину.
— Вы не понаслышке знаете, как иногда сказывается на бизнесе та или иная политическая направляющая. Как вы думаете, насколько Прохоров сейчас может оказаться в ситуации, когда начнет страдать его бизнес?
— Это зависит от того, что он будет делать.
— Давайте исходить из того, что он сделал сейчас.
— Во-первых, это не так легко. Мы все-таки не в 30-е годы живем. Вот меня кто-то воспитывает уже год руками оборотней в погонах, но даже нельзя понять, это что, рейдерский захват или за "Новую газету". Даже причины не всегда понятны. У Прохорова все-таки какого-то вкопанного бизнеса, как у меня производство картофеля или авиакомпания, которая на Ту-204 летает, нет. Практически у него есть только акции "Норильского никеля" и небольшой банк.
— "Полюс Золото" у него есть еще.
— Тем не менее, у него в основном наличные деньги, акции, облигации, ценные бумаги. Ну, компания ОПИН, у которой есть какая-то земля. Это первое, на что надо обратить внимание. Не так много объектов для воспитания. Не достанешь через это.
Если даже мне ограничат поставки удобрений, что феноменально глупо, я самый большой производитель картофеля, долго на этом не проедешь. Или атаковать банк капиталом SN1, коэффициент достаточности капитала –– 50, не разгонишь, не распугаешь клиентов. Да и клиент умный. Поэтому никто меня не воспитал, а сейчас мне приходится подавать иски ФСБ. Не так это все страшно, если честно.
Мое мнение: 10%, что можно применить эффективные воспитательные меры к, безусловно, человеку сильному, самостоятельному, понимающему, что он делает.
Мне, например, стало менее одиноко. Я нередко участвовал в выборах, я и сейчас депутат в Слободском районе Кировской области, где я выиграл прямые выборы, я был депутатом Госдумы. И всегда меня за то воспитывали, за Сочи, за Москву, за борьбу с игорными заведениями и закон соответствующий. Не так уж это и просто.
Просто это наши бизнесмены уж очень пугливые. Но в основном они просто не хотят. Они хотят поближе к бабкам и думают, что так можно пересидеть, но ведь надо менять условия вокруг.
— А Прохоров пугливый, на ваш взгляд?
— Нет, абсолютно нет. Думаю, что постепенно за эти два месяца произошло то же самое, что с более трусливым и острожным Мироновым. Но даже тот ухитрился за несколько лет вызвать раздражение. А тут сказано было и про ПАРНАС, и про Ходорковского, и про выборы губернаторов, и про возврат к одномандатным округам, и про ограничение конституционного большинства "Единой России", и про разделение властей. Естественно, это вызвало там понятное недоумение. И решили воспитать: "Не, ребят, не надо воспитывать. Я парень взрослый, мы об этом не договаривались". Те говорят: "И мы не договаривались". Ну, расстались. Я такой драмы большой не вижу.
— Расстались-то, видите, как, с битьем посуды.
— Все равно не стоит так драматизировать. Если мы в цивилизованном обществе, то ничего такого страшного. Смотрите, как Кантор скандалит с Обамой.
— Давайте мы сейчас оставим загнивающих капиталистов. А если Прохоров начнет дальше и скажет, что на самом деле главный кукловод это не Сурков, а это Путин?
— Думаю, что Михаил Дмитриевич –– человек умный и уже достаточно опытный даже на этом коротком отрезке… Я не знаю. Вот смотрите, я вступил в "Народный фронт" и сказал: "Я, конечно, тут штаны просиживать не буду, какая-то от меня должна быть польза. Думаю, что "Народный фронт — инструмент".
Вот сейчас я предложил взять 10% акций всех государственных компаний и раздать их через специальные счета в Сбербанке всем гражданам России. Так, чтобы вышло по $10 тыс.
— Популизм.
— Не-не, какой популизм, бог с вами! У нас сложился развитый рынок. Это не начало 90-х, когда Чубайс был обречен на то, чтобы с этими ваучерами вышло мошенничество какое-нибудь. Или вот я банкир, 17 лет практикующий, я никогда не давал никому кредиты со ставкой выше 15%. Почему у нас есть банки, какой-нибудь GE Money Bank, или Home Credit, который дают под 100% годовых (по официальным заявлениям банков, максимальный процент по кредиту в GE Money Bank составляет 49,9% годовых, а в Home Credit Bank — 69,9% — ред.). И граждане отвечают на это тем, что не возвращают кредиты. Давайте законодательно, как во Франции, Бельгии или в России до 1917 года, ограничим процентную ставку законом 12%. Вот для чего мне "Фронт". А почему вы думаете, что Путин это не поддержит? Он знает про эти инициативы.
— Может, Прохорову тоже во "Фронт" записаться?
— А вдруг Путин вообще сейчас думает так, как он думал в 2004 году. Помните, он общественное телевидение предложил создать, а потом, говорят, тот же Владислав Юрьевич как-то что-то решил, что пока не время. А вдруг Сурков сам думает, что уже время для развития политической системы путем состязательности и конкуренции. Наше дело это проверять на практике.