Внешне результат Центра согласия на латвийских выборах выглядит безусловным успехом: партия впервые обошла всех своих конкурентов. Но эта победа может оказаться пирровой.
Дело в том, что вся коалиционная стратегия "русской партии" строилась на системе соглашений с "олигархическими" партиями, представляющими латвийский крупный бизнес. Имелось в виду, что на определенном этапе "русские" смогут войти в правительство, сформированное "олигархами": в Риге Нил Ушаков был избран мэром, создав коалицию с партией "олигарха" Шлесерса. На президентских выборах нынешнего года Центр согласия голосовал вместе со сторонниками Шкеле, Шлесерса и Лембергса, обеспечив победу Берзиньшу, против ставшего противником "олигархов" Затлерса, которого тогда поддержали правые из "Единства" и ультраправые националисты.
Сейчас эта схема разрушена. "Олигархи" в глазах общественного мнения стали ответственными за кризис и все несбывшиеся надежды двух десятилетий независимости. Шкеле решил не участвовать в выборах, партия Шлесерса не преодолела пятипроцентный барьер, поддержка партии Лембергса сократилась почти вдвое. Даже теоретической возможности формирования правительства из "олигархов" и "русских" теперь нет. Зато героем выборов стал Затлерс, получивший 20% во главе только что сформированной собственной партии.
Для Затлерса и премьера Домбровскиса из "Единства" было бы комфортно образовать коалицию с участием ультраправых. Такое правительство неизбежно будет не только "антиолигархическим", но и антирусским. При этом раскладе Центр согласия обречен на глухую оппозицию.
Свои надежды "русские" могут возлагать на Европу, в которой очень не любят националистов и не хотели бы вхождения в состав правительства политических сил, почитающих в качестве героев легионеров из СС. Более того, в Евросоюзе приветствовали бы интеграцию Центра согласия в состав правительства, чтобы если и не избавиться от головной боли по поводу прав человека в Латвии, то хотя бы уменьшить масштаб проблемы.
В свою очередь, "русские" демонстрируют готовность к подвижкам в болезненном для обеих общин Латвии вопросе о "советской оккупации". Субботнее заявление Нила Ушакова, произнесшего наконец это слово, не случайно. Партия пытается разделить историю и современность, выступая против того, чтобы считать русскоязычное население независимой Латвии "оккупантами". Но насколько органично это можно сделать в условиях сохраняющегося идеологического противостояния? Даже в самом Центре согласия по этому вопросу нет консенсуса.
Предстоящие переговоры о создании коалиции станут для политического класса Латвии тестом на европеизм. И не факт, что этот тест удастся успешно пройти.