Коротко

Новости

Подробно

Мое тело — мое дело

Наталья Радулова — об ответе феминисток на проект нового закона об абортах

Журнал "Огонёк" от , стр. 52

Такими лозунгами ответили феминистки на новый законопроект


Наталья Радулова


С моим коллегой Костей передвигаться на автомобиле по Москве опасно. Каждый раз, когда Костя видит православную церковь, он бросает руль и крестится. Действующих православных храмов, церквей и часовен в Москве около семисот, поэтому управлять машиной в центре города Косте крайне затруднительно. К тому же золоченые купола настраивают моего коллегу на определенные мысли. В последнее время, к примеру, он то и дело вспоминал о греховности женщин: "Слышала, твои феминистки митингуют? Выступают за аборты, детоубийцы поганые".

О том, что в России надо запретить аборты, Костя стал говорить еще лет пять назад. Тогда у него случилась семейная драма: "Я хочу иметь ребенка, а моя жена прерывает беременность. Почему врачей интересует только ее желание? Я же отец!" Мне было жаль Костю, но на его вопрос: "Как мне спасти ребенка?" я совершенно не знала, что ответить.

И вот у Кости появилась надежда на восстановление справедливости — в Госдуму был внесен законопроект "Об основах охраны здоровья граждан РФ", содержащий ряд мер по ограничению доступа к абортам. Там много что было предложено, но особенно Костику понравился пункт о том, что замужние женщины не смогут делать аборты без согласия мужей: "Низкий поклон РПЦ за то, что лоббировали этот закон!" Но когда в российских городах начались митинги протеста, Константин вознегодовал. Еще больше он рассвирепел, когда в интернете стали собирать подписи под петицией "проклятых феминисток": "Граждане вправе реализовывать репродуктивные права по своей воле и в своих интересах. Никто не вправе принуждать другого человека к зачатию, искусственному прерыванию беременности или вынашиванию беременности и родам". "Я же отец! — снова возмущался Костя.— Как насчет моих репродуктивных прав?"

Накануне второго чтения законопроекта в Госдуме я поговорила с Ириной Костериной, координатором программы "Гендерная демократия" фонда имени Генриха Белля. Ирина объяснила, что ни один закон не должен нарушать Конституцию и права человека. "Никто не говорит, что аборт — это хорошо. Это, безусловно, очень тяжело и с психологической, и физической точки зрения. Но право на прерывание беременности женщина должна иметь". Тогда я вспомнила про Костика. "А как же Костик? — спросила я, забыв про официальность нашего разговора.— Как быть Костику, который так и не смог спасти своего ребенка? Как быть всем костикам России?" Ирина вздохнула: "Ой, Наталья, вы всегда такие вопросы задаете непростые... Супруги вообще-то должны заранее договариваться насчет количества детей. А если уж случилась незапланированная беременность, и женщина не хочет ее сохранять, а мужчина хочет... Я не знаю правильного ответа на этот вопрос. Но вот у вас есть знакомый Костя, а у меня есть знакомая Катя, которая сделала 20 абортов — ее муж не признавал никаких контрацептивов. Сейчас муж от нее ушел, алименты выплачивает мизерные. Жить ей негде, помощи никакой. Допускала ли она в самые счастливые свои семейные годы такой исход, что дети в итоге будут только ее заботой? Вероятно, да, поэтому их у нее сейчас двое, а не 20..."

Комментарии
Профиль пользователя