Коротко


Подробно

Космический обломок империи

 
       На следующей неделе российская орбитальная станция "Мир" будет затоплена в Тихом океане. Для одних это трагедия, для других — торжество здравого смысла. Кто прав, теперь уже совершенно не важно. Беспрецедентный эксперимент по сооружению и эксплуатации уникального космического поселения завершается.

       Станции всегда чего-то не хватало — то времени на подготовку к запуску, то оборудования для работы, то денег на эксплуатацию. Но при этом она побила все рекорды пребывания пилотируемых комплексов на орбите, превысила собственный расчетный ресурс почти в четыре раза и из символа превосходства одной социально-экономической формации над другой превратилась в центр международного сотрудничества в области освоения космического пространства.
       В последние годы работа космонавтов на станции стала представлять реальную опасность для их жизни: участились аварии и пожары, разгерметизировались модули комплекса, он стал терять ориентацию, периодически пропадала связь с Землей. Тем не менее именно действующие космонавты активнее всех выступали против затопления станции и требовали продолжать отправку экспедиций на "Мир".
       Их, разумеется, активно поддержали коммунисты. Они выступили против планов уничтожения космической гордости россиян и, в частности, этим мотивировали свое намерение вынести вотум недоверия правительству. Смешно, но правда. Удивительно: ведь "Мир" был достроен до своих плановых объемов уже в 90-х годах исключительно благодаря инвестициям Национального аэрокосмического агентства США, а эксплуатировался в последние годы главным образом на средства, полученные за полеты на станцию иностранцев. Собственно говоря, России сейчас принадлежит даже не вся станция: ее арендатором является компания MirCorp., учрежденная российской корпорацией "Энергия" (ей принадлежит 60% акций) и зарегистрированная на Вирджинских островах американской компанией Gold & Appel S. A. (40%).
       А начиналось по-советски красиво.
       
Начало
С началом коммерческой эксплуатации "Мира" полететь на него было самым радостным событием в жизни российских космонавтов
       В 1969 году Советский Союз перестал быть ведущей космической державой: американские астронавты высадились на Луне. Советские конструкторы обеспечить аналогичный успех своим космонавтам так и не смогли. Тогда Москва решила пойти другим путем. Доказать преимущества советского образа жизни должны были долговременные орбитальные пилотируемые станции.
       Заказ получили сразу два предприятия — реутовское НПО машиностроения и НПО "Энергия" из подмосковного Калининграда. Первое работало над военной станцией "Алмаз", второе — над гражданской (а точнее все же, полугражданской) станцией "Салют". И уже в 1971 году первый "Салют" был отправлен на орбиту. Он проработал всего три недели с экипажем (при возвращении со станции экипаж погиб), но зато было доказано: создать обитаемую орбитальную станцию в принципе возможно. И первым это сделал Советский Союз.
       США, естественно, попытались дать Москве адекватный ответ. Из оставшейся после лунной программы (благополучно закрытой после достижения ее главной цели — победы над СССР) ступени резервной ракеты-носителя Saturn V была изготовлена станция Skylab. Она была запущена на орбиту в мае 1973 года, на борту станции отработали три экипажа, последний из которых установил в 1974 году рекорд пребывания в космосе — 84 суток. После чего Вашингтон потерял интерес к станции. Она пролетала в беспилотном режиме еще пять лет, и летом 1979 года ее обломки были затоплены в Индийском океане, а также упали на западе Австралии. А США сосредоточились исключительно на программе создания космических кораблей многоразового использования Space Shuttle.
       Но СССР настойчиво продолжал осваивать внеземные просторы. К 1982 году на орбите побывало восемь станций — пять "Салютов" и три "Алмаза". Однако у всех этих станций был существенный недостаток — они были одномодульными. То есть в космосе в длительных полетах одновременно не могли работать более двух человек, которые к тому же находились в весьма стесненных условиях. Габариты ограничивали и количество научного оборудования. Поэтому в 1979 году Москва принимает решение о создании долговременной многомодульной станции "Мир", предназначенной для выполнения как гражданской, так и военной космических программ.
       
Расцвет
       Запуск первого блока новой станции, базового, приурочили к открытию ХХVII съезда КПСС. Это событие стало главным подарком съезду. 20 февраля 1986 года со второй попытки (первоначально запуск был назначен на 16 февраля, однако на борту внезапно отказал основной передатчик телеметрической информации) основной блок станции "Мир" был успешно выведен на околоземную орбиту. А уже 13 марта на станцию был отправлен первый экипаж в составе полковника Леонида Кизима и Владимира Соловьева. Они проработали в космосе четыре месяца: расконсервировали станцию, приняли и разгрузили два грузовика "Прогресс" с демонтированной перед стартом базового блока аппаратурой (ее пришлось оставить на Земле, потому что блок в результате ошибки конструкторов оказался перетяжеленным на одну тонну). Но главное — космонавты совершили единственный в своем роде челночный полет на другую летавшую тогда орбитальную станцию — "Салют-7". Оттуда они забрали около 800 кг научной аппаратуры и оборудования и перевезли его на "Мир". Люди знающие оценили этот факт по достоинству: это была не понятая миром научно-техническая сенсация.
       Первоначально планировалось полностью собрать станцию "Мир" на орбите за год, а затем в течение трех лет ее эксплуатировать. Затем на замену "Миру" должен был прийти "Мир-2". Однако к моменту распада СССР к станции успели пристыковать лишь три из пяти намеченных блоков: астрофизический модуль "Квант" (в 1987 году), модуль дооснащения "Квант-2" (в 1989 году) и технологический модуль "Кристалл" (в 1990 году). Два последних — военный модуль "Спектр" и экологический модуль "Природа" — остались недостроенными. К 1990 году на "Мире" побывали десять основных экспедиций, в которых отработали 28 космонавтов, из них четверо иностранцев из Сирии, Болгарии, Афганистана и Франции. Примечательно, что тогда о коммерческих полетах иностранных космонавтов на "Мир" речи не было: все эти полеты проводились на безвозмездной основе.
       Но пришли иные времена.
       
Упадок
       Когда в 1989 году были обнародованы считавшиеся ранее секретными сведения о космических расходах СССР (они составляли почти $9 млрд), общественное мнение всколыхнулось. На фоне тотального дефицита огромные траты на космос и, в частности, на пилотируемую космонавтику казались дикостью. Через год расходы на космос были сокращены почти вдвое.
       Тем не менее полет "Мира" было решено продлить еще на четыре года. При этом средства на содержание станции Москва решила зарабатывать на коммерческих полетах. И тут, как нельзя кстати, японская телекомпания TBS решила отметить 40-летие своего журналиста полетом на станцию "Мир". В результате заключенного соглашения с Главкосмосом за недельный полет комментатора-международника Тоехиро Акиямы компания в 1990 году выложила $25 млн.
       Правда, в мае 1991 года инженеру-технологу компании Mars англичанке Хелен Шарман все же удалось побывать на "Мире" бесплатно: хотя стоимость полета составила $17 млн, британский премьер Маргарет Тэтчер убедила президента СССР Михаила Горбачева отказаться от взимания платы. В дальнейшем "Мир" фактически стал эксплуатироваться за счет полетов иностранных космонавтов.
       Глава Российского космического агентства Юрий Коптев как-то признался, что "Мир" был спасен от затопления в 1993 году исключительно благодаря соглашению между NASA и РКА. NASA было необходимо было получить опыт подготовки и проведения длительных космических полетов в преддверии строительства Международной космической станции (МКС). И за за семь длительных полетов на "Мир" американских астронавтов, состоявшихся в 1995-1998 годах, Россия получила около $500 млн.
       Собственно, сама станция была достроена тоже благодаря этому соглашению. NASA было разрешено установить на модулях "Спектр" и "Природа" почти полторы тонны научного оборудования, после чего фактически на американские деньги эти блоки были запущены и пристыкованы к станции в 1995 и 1996 годах. О том, что первоначально на "Спектр" планировалось установить систему "Октава", предназначавшуюся для обнаружения пусков американских межконтинентальных баллистических ракет и слежения за американскими же спутниками, в Москве уже не вспоминали.
       Тем более что к тому времени "Мир" российскому правительству фактически уже не принадлежал. В 1991 году станция была передана в аренду ее создателю, корпорации "Энергия", которая сама, без посредников, искала средства на финансирование. Всего за 17 коммерческих полетов в течение десяти лет было привлечено около $1 млрд иностранных инвестиций.
       Коммерческие полеты были не единственным источником дохода. Неплохо шла на "Мире" и реклама. Космонавты рекламировали и часы швейцарской фирмы Omega, и кухонные процессоры самой РКК "Энергия", и молоко израильской фирмы Tnuva. Не осталась российская станция и в стороне от рекламной войны двух давних конкурентов — Coca-Cola Co. и PepsiCo Inc. В 1991 году экипаж станции дегустировал кока-колу. А спустя пять лет космонавты во время выхода в открытый космос вынесли из станции макет новой голубой банки пепси-колы. Реклама в общей сложности принесла "Энергии" около $2 млн.
       
Смерть
       Если учесть, что для нормального функционирования станции на орбите в пилотируемом режиме ежегодно требовалось около $70 млн, получается, что именно иностранцы в последнее десятилетие обеспечивали работу "Мира".
       Но в конце концов и их денег стало катастрофически не хватать. В 2000 году право на коммерческое использование ресурсов "Мира" получила международная компания MirCorp. Ей удалось привлечь более $40 млн. Что, конечно, совсем немало для умирающей станции, но все же недостаточно, чтобы оставить ее в живых. Этих средств хватило для финансирования полета к "Миру" в прошлом году одной экспедиции и двух грузовых кораблей. С июля 2000 года станция стала летать в беспилотном режиме. А в ноябре на заседании правительства Юрий Коптев предложил вынести "Миру" смертный приговор: затопление в первом квартале 2001 года.
       "'Мир' — наша гордость. Но ничего вечного не бывает. Станция выработала свой ресурс. Сейчас на 'Мире' мы не можем обеспечить требований безопасности как по научной программе, так и по пилотируемым полетам, поэтому и необходимо ее затопить",— констатировал Коптев. Государство отдало последний долг "Миру" в виде 750 млн рублей, выделенных из госбюджета на похороны станции.
       Теперь гордостью России должна стать Международная космическая станция — новый сверхамбициозный проект по организации жизни людей в космосе: общие затраты на создание МКС оцениваются в $100 млрд. Правда, ответа на вопрос, зачем России нужна МКС, до сих пор нет. Москва обязалась инвестировать в новую станцию примерно $200 млн ежегодно, но весь ее космический бюджет составляет всего $160 млн. А национальная научная программа, которая должна реализовываться на МКС, до сих пор не сформирована, нет и соответствующей аппаратуры. Впрочем, никто ведь по большому счету не знает, зачем были потрачены $4,2 млрд, вложенные Советским Союзом и Россией в создание и эксплуатацию "Мира". Наверное, такова была цена гордости.
ИВАН САФРОНОВ
       


Происшествия и пожары
       За время полета станции на смонтированной на ней аппаратуре и оборудовании произошло почти 4 тыс. поломок и неисправностей. Однако при наличии на борту станции экипажа процесс их устранения занимал не так много времени: неисправный блок просто заменялся на исправный.
       Однако случались на станции и драматические события. Первым из них стало столкновение в январе 1994 года пилотируемого Василием Циблиевым корабля "Союз ТМ-17" с комплексом "Мир" во время облета последнего. Тогда экипажу корабля и станции повезло, авария не имела серьезных последствий: удар произошел по касательной. Более серьезное транспортное космическое происшествие случилось в июне 1996 года. Тогда произошло столкновение со станцией грузовика "Прогресс М-34". В результате один из основных модулей станции, начиненный американской исследовательской аппаратурой "Спектр", был поврежден и разгерметизирован. Поломку впоследствии так и не удалось ликвидировать.
       Самым драматическим для станции оказался 1996 год. Когда на "Мире" находился экипаж в составе Василия Циблиева и Александра Лазуткина, на станции произошел пожар, который был локализован и потушен, но целые сутки после этого космонавтам пришлось провести в респираторах. (Впервые пожар произошел на "Мире" в октябре 1994 года из-за неисправности регенеративного патрона для выработки кислорода, но тогда Юрию Маленченко быстро удалось справиться с огнем: он накрыл очаг возгорания своим тренировочным костюмом, ограничив доступ кислорода.)
       Вообще же экипаж Циблиева--Лазуткина считается самым невезучим из всех летавших на "Мир". Вслед за таранным ударом "Прогресса" в июле 1996 года на станции из строя вышла система регенерации кислорода. А до этого, в апреле, нарушилась герметичность системы терморегулирования, и космонавты были вынуждены заниматься ее ремонтом при температуре +36° и 90% влажности.
       Стоило на заключительном этапе полета оставить станцию беспилотной, как возникшая на его борту неисправность становилась трудноразрешимой проблемой. Так, последний раз "Мир" заставил серьезно поволноваться специалистов Центра управления полетами в конце прошлого года. 25 декабря с ним на сутки была потеряна связь. Тогда оказалось, что на станции разрядились буферные батареи. К счастью, связь удалось восстановить: в противном случае станцией было бы невозможно управлять с Земли.


       
Последний путь "Мира"
 
       По прогнозам, основная часть "Мира" сгорит в атмосфере. Однако Земли все же достигнут около 1,5 тыс. несгоревших фрагментов общей массой до 20-25 т. Самый грандиозный фейерверк в человеческой истории пройдет в южной части Тихого океана между Австралией и Южной Америкой на площади длиной 6000 км и шириной 200 км. В связи с этим ВМС, ВВС, полиция и службы скорой помощи Австралии уже приведены в состояние повышенной готовности.
       Российские специалисты утверждают, что вероятность падения обломков вблизи населенных пунктов ничтожно мала. И все же "Росавиакосмос" счел необходимым застраховать возможный ущерб третьим лицам от падения космической станции на сумму около $200 млн. Это самый крупный контракт в истории российского космического страхования. На конкурсной основе в качестве генерального страховщика рисков были отобраны три компании — "Мегарусс", Промышленно-страховая компания и АВИКОС.
       
Эксперименты и исследования
       Сейчас на станции находится 11,5 тонн научного оборудования из 27 стран мира. На нем было проведено более 16,5 тыс. экспериментов и исследований. На основании которых, например, была разработана уникальная методика по медицинскому обеспечению долгосрочных полетов, которую можно использовать и при подготовке полетов к другим планетам. На станции были отработаны методы комплексного экологического мониторинга Земли. Полученные на "Мире" образцы полупроводниковых материалов обладают свойствами, недостижимыми в условиях земного притяжения: из-за отсутствия силы тяжести их кристаллические решетки имеют идеальную форму. А стекла для оптических систем и световоды для оптико-волоконной связи по своей чистоте на порядок превосходят полученные в земных условиях. Биопрепараты и штаммы, выращенные в космосе, послужили основой при создании новых лекарственных препаратов. Правда, вопреки ожиданиям это производство не стало массовым, прежде всего из-за больших транспортных расходов — доставка 100 г груза на орбиту сейчас обходится минимум в $1 тыс.
       Наблюдение с "Мира" рентгеновского излучения при вспышке сверхновой звезды в районе Большого Магелланова облака и отслеживание временной эволюции ее спектра вошло в перечень астрономических открытий ХХ века, потому что оно наблюдалось только с борта станции. Так же как и отслеживание пульсаров Геркулес и Лебедь. А поставленный на "Мире" эксперимент "Плазменный кристалл" под руководством академика Александра Фортова Российская академия наук собирается представить в этом году на Нобелевскую премию.
       Были проведены эксперименты по развертыванию надувных рамочных антенн, а также пленочных отражателей для освещения из космоса теневых участков. В интересах Минобороны впервые был проведен эксперимент "Свет" для передачи информации со станции "Мир" на находящуюся в подводном положении (на глубине 50 м) подводную лодку с помощью лазера. Применение этого способа позволяет устанавливать связь с подлодками без их всплытия, что позволяет не демаскировать район плавания.
       За годы полета станции на основании полученных научных данных на "Мире" специалистами было защищено 67 диссертаций, из них 11 — докторских (35 диссертаций защищено по закрытой тематике). Последним на сегодняшний день диссертацию на соискание ученой степени кандидата технических наук по теме "Оценка надежности и эффективности системы экипаж--пилотируемый космический аппарат--Центр управления полетом" защитил в Звездном городке летом прошлого года летчик-космонавт Талгат Мусабаев.
       Помимо этого, на создателей "Мира" после запуска каждого из его модулей обрушивался дождь наград. Так, государственными наградами — орденами и медалями — были награждены 519 человек (из них 207 награждены в постсоветский период), кроме того, 16 человек стали лауреатами госпремий. Из 42 летавших на "Мир" советских и российских космонавтов 18 стали Героями Советского Союза, 20 — Героями РФ. Двое — Сергей Крикалев и Валерий Поляков — получили звания Героев Советского Союза и Героев РФ.
       Примечательно, что и в проекте постановления правительства о затоплении станции "Мир" готовившего документ руководства Российского авиакосмического агентства в пункте 6 было предусмотрено награждение участников создания и реализации программы полета станции госнаградами, но этот пункт в окончательной редакции постановления отсутствует.
       
Кино на орбите
Джеймс Камерон (слева) и Владимир Стеклов (внизу) были готовы делать кино на "Мире". Но одному не хватило авантюризма, а другому — денег.
       О космических путешествиях кинематографисты мечтали с момента появления кино. Снимать фильмы в космосе казалось чем-то совершенно невозможным, хотя кинофантастика существовала со времен француза Жоржа Мельеса и русского Якова Протазанова.
       С тех пор как Юрий Гагарин сказал с экрана телевизора: "Поехали", а документальные кинокадры об американских астронавтах на Луне облетели всю Землю, о художественных съемках на орбите заговорили всерьез. Однако уровень секретности советской космической программы даже не позволял надеяться на кинематографическую экспедицию на станцию "Мир".
 
       После развала СССР, после полетов на орбиту журналистов режиссеры решили, что настало их время. Сразу две кинематографические бригады вели подготовку к съемкам первого художественного фильма в невесомости. Режиссер "Титаника" и "Терминатора" Джеймс Камерон в Америке и Юрий Кара в России. Наш соотечественник был гораздо ближе к цели. В какой-то момент Камерон счел проект утопией и переключился на съемки другого блокбастера. Фильм Кары по мотивам повести Чингиза Айтматова был практически готов к запуску, а актер Владимир Стеклов даже прошел в Звездном городке полный курс тренировок, необходимых космонавту за $1,3 млн. Но в последний момент выяснилось, что у киношников нет денег ($5,7 млн), которые необходимо было выплатить хозяину "Мира" — Ракетно-космической корпорации "Энергия". В результате на станцию полетел профессиональный экипаж без Стеклова и камеры.
В фильме "Вирус" американские моряки доблестно сражаются с внеземным разумом, который поразил "Мир"
       Станция успела стать и площадкой для комического эпизода — в фильме Майкла Бэя "Армагеддон" актер Питер Стормаре, игравший роль русского космонавта Льва Андропова, к прилету на "Мир" американских коллег надевал ушанку и майку с красной звездой на пузе, да еще и чинил космическую технику при помощи монтировки. На самом "Мире" все протекало и разваливалось, из-за чего гости-американцы чуть не погибли. За то, что этот фильм, "позорящий советскую космонавтику", вышел в российский прокат, депутаты Госдумы хотели вызвать на ковер тогдашнего председателя Роскомкино Армена Медведева. А в американском же фильме "Вирус" станция "Мир" вообще инфицирована внеземным компьютерным разумом.
В фильме "Армагеддон" на советской космической станции все держится на честном слове и на одном крыле
       Но на самом деле роль "Мира" не только в том, что теоретически станция может служить площадкой для космических съемок. Трудно сказать, с такой ли легкостью верили бы зрители голливудским сказкам о "звездных войнах", пришельцах, НЛО или полетах к другим мирам, кабы не знали, что над их головами уже болтается пусть и не совершенный, но все-таки пригодный для жизни космический дом.
       
"Олег", "Дмитрий" и другие
       В 1990 году, когда к "Миру" причалил третий модуль "Кристалл" и станция стала насчитывать в своем составе четыре блока (базовый, астрофизический "Квант", дооснащения "Квант-2" и технологический "Кристалл"), работавший тогда экипаж в составе Манакова и Стрекалова в целях создания на станции более приятного климата решил дать имена блокам. В результате "Квант-2" стал "Дмитрием" (по первой букве его названия), "Кристалл" был назван "Тимофеем". Правда, при этом базовый и "Квант" никаких имен не получили. Центр управления полетами по поводу такой самодеятельности космонавтов не возражал и сам включился в употребление этих названий, официально не установленных технической документацией. Со временем эти названия прижились, поэтому в разговорах между ЦУПом и космонавтами можно было слышать такие диалоги: "Снимите показания аппаратуры в 'Тимофее'" или "Я сейчас работаю в 'Дмитрии'". Когда в 1995 году на орбиту был запущен оптический модуль "Спектр", его назвали "Олегом", а стартовавший годом позже исследовательский модуль "Природа" стал "Игорем".
       Во время второго полета на станцию "Мир" в 1992 году Сергей Крикалев взял с собой любительскую радиостанцию. Во время пролета "Мира" над Южной Африкой, его аппарат случайно попал на волну водителей-дальнобойщиков. В результате между космонавтом и водителем грузовика, преодолевавшем в тот момент перевал в Капских горах (ЮАР), состоялся следующий диалог.
       — Привет старина! Как тебя зовут?
       — Меня Сергей. А тебя?
       — Странное имя. Кого только не встретишь на наших дорогах. Меня зовут Пит.
       — Куда и на чем едешь? — спросил, поддерживая разговор Крикалев.
       — Я за рулем своего "героя 'Мальборо'" держу путь из Капстада в Кимберли. А ты?
       — Я на "Мире".
       — Странное название. Каких только не встретишь на наших дорогах. Куда едешь?
       — Я следую транзитом в Индию, затем — Китай, потом — Америка,— продолжал разговор Крикалев.
       — Ты, я вижу, шутник. С какой скоростью едешь?
       — С космической.
       — На чем это ты едешь-то?
       — На российской орбитальной космической станции "Мир" — наматываю витки вокруг Земли. По 16 каждые сутки.
       — Да ну! Кого только не встретишь на наших дорогах. Ладно. До встречи в Капстаде.
       — До встречи в космосе.
       — Нет, кого только не встретишь на наших дорогах. Наверное я сегодня не выспался,— промолвил напоследок Пит

Журнал "Коммерсантъ Власть" от 13.03.2001, стр. 26
Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

Социальные сети

обсуждение