Коротко

Новости

Подробно

В Европе все спокойно

Журнал "Коммерсантъ Секрет Фирмы" от , стр. 60

Российские предприниматели эмигрируют в Европу в поисках комфортных условий для жизни и бизнеса. Но когда они получают первое, второе отходит на задний план. Тотальная смена приоритетов и потеря амбиций — главные препятствия, мешающие российским эмигрантам вырастить свой бизнес хотя бы до 10 млн евро годового оборота.


Текст: Полина Русяева


После того как в Германии приняли решение о переносе столицы из Бонна в Берлин, в новую столицу сначала пришли немецкие федеральные чиновники, а потом русские. Этот популярный в 1990-е годы в Берлине анекдот актуален до сих пор.

— Сколько русских в Германии?-- спрашиваю я исполнительного директора Российско-Германской внешнеторговой палаты Александра Маркуса.

— Ой, нет! Я даже не хочу знать, какая часть недвижимости в Германии уже принадлежит российским бизнесменам! — отшучивается Маркус.— В одной только столице зарегистрированы более 900 фирм с российским капиталом или российскими учредителями. Крупнейшая компания Берлина — "Газпром Германия". Я знаю целые районы в Берлине, где почти все маленькие частные гостиницы, рестораны, киоски и прачечные в руках русскоговорящих.

Конкуренцию переехавшим в Евросоюз предпринимателям составляют российские бизнесмены, для которых зарубежный бизнес — это возможность диверсифицировать средства, заработанные в России.

Однако говорить об успешности российских предпринимателей в Европе можно с натяжкой. Основных причин три: одни не могут, другие не хотят, третьи не видят смысла.

Хочу не могу


Дмитрий Потапенко, управляющий партнер Management Development Group, владеет в Чехии и Болгарии сетью пивных ресторанов и несколькими магазинами и считает себя одним из крупнейших российских предпринимателей в этих странах. "По местным меркам мой бизнес — это, конечно, так, мелочь по карманам тырить. Но если посмотреть на все бизнесы русских там, думаю, в лидерах буду",— говорит Потапенко. По статистике предпринимателя, 90% уехавших в ЕС начинают открывать магазины, рестораны, SPA-салоны и "прочую требуху" (мелкая розница, ИТ-проекты, оказание сервисно-консалтинговых услуг).

"Все те, кто жаждет свалить в Европу, забывают сделать главное — узнать своего будущего клиента,— считает Потапенко.— О потребительских предпочтениях европейцев не известно никому. А маркетинговых агентств, как мы их понимаем, там практически нет".

На два фронтаРоман Брезицкий ведет бизнес и в России, и в Германии. Россия привлекает его огромными возможностями, Германия — стабильностью

На два фронтаРоман Брезицкий ведет бизнес и в России, и в Германии. Россия привлекает его огромными возможностями, Германия — стабильностью

Фото: Ян Рихтер

Мариана Верхолай, переехавшая в Италию четыре года назад, рассказывает, что прежде, чем включить какое-то блюдо в меню своего кафе, тестировала его на своем будущем муже-итальянце и его друзьях: "Тягаться с итальянцами в приготовлении пасты и мяса бесполезно, поэтому я решила сделать акцент на супы и рыбу. Однако то, что нравилось мне больше всего, мои местные друзья готовы были съесть один раз, поблагодарить и расхвалить, но в следующий раз выбирали что-то другое". Эксперименты ни к чему хорошему так и не привели — спустя год Верхолай отказалась от аренды кафе. Теперь предпринимательница запускает брачное агентство, делая ставку на русских девушек, которые мечтают выйти замуж за итальянца.

Подобно Верхолай большинство российских эмигрантов замыкаются на русскоязычной диаспоре, чем заведомо ограничивают себе поле деятельности. "У нас в Ростоке (город на балтийском побережье Германии.— СФ) процветает бизнес, связанный с русскими национальными продуктами — например, бубликами или конфетами. Русскоязычных людей из стран бывшего СССР здесь много — наверное, пятая часть населения, и все скучают по чему-то родному",— рассказывает Олег Чекотун, выходец из Одессы, который уже восемь лет живет в Германии. Сам Чекотун тоже не прочь иногда купить продукты из "прошлой" жизни. Однако пятым по счету магазином с национальными продуктами или четвертым по счету рестораном с русской кухней никого не удивишь.

"Безусловно, легче взять на работу соотечественников, проще делать на них ставку как на клиентов. Однако если мыслить стратегически, замкнутость на соотечественниках — это ошибка",— уверен владелец консалтинговой компании Eurorealtor Сергей Витюк. По наблюдениям эксперта, около половины ресторанов, которые развивают русские, меняют своих владельцев уже в первый год существования. Впрочем, даже те предприниматели, которые не зацикливаются на русской клиентуре, из "мелочевки", по определению Потапенко, выбиваются крайне редко. Например, в Великобритании, по данным Евгения Тушканова, генерального директора Adelanta Consulting Group, выручка компаний, основанных выходцами из России, колеблется в пределах 0,3-1,5 млн евро в год.

Вот обломовщина


Три года назад Сергей Кондрашов уехал по туристической визе во Францию, влюбился в Париж и решил не возвращаться. В России остались небольшая фирма по продаже автозапчастей и невеста.

Во Франции Сергей Кондрашов сначала хотел организовать консалтинговую онлайн-компанию для желающих перебраться в "город влюбленных". Но вскоре понял, что этот рынок занят предшественниками-эмигрантами со стажем "10+".

Однажды Кондрашов, проводивший уик-энд в Мадриде, увидел установленный на улице аппарат для чеканки монет. Бросаешь 1,5 евро, прокручиваешь рычаг и получаешь овальную монетку с изображением городской достопримечательности. Возможных картинок несколько, но автомат печатает их по случайному принципу. Есть немало желающих крутить рычаг (и скармливать машине по 1,5 евро) до тех пор, пока не получат все изображения. По подсчетам Кондрашова, рентабельность такой "лотереи" достигала 500%. Но пока он искал способы выйти на этот рынок, все туристические места Парижа заставили своими автоматами более ушлые предприниматели. Последний год Кондрашов раздумывал над множеством бизнес-идей — от импорта рыбы из Архангельска до ларьков по торговле презервативами. "Я устал",— понял весной предприниматель и занялся переводами текстов с пяти языков на французский и обратно.

"Наши предприниматели в Европе очень быстро успокаиваются",— делится наблюдениями Дмитрий Потапенко. Действительно, процедура регистрации фирмы в Европе редко занимает больше двух недель, а в некоторых странах (например, в Великобритании) даже происходит онлайн. Работать можно обычно уже через несколько дней после начала регистрации. Стоимость аренды коммерческой недвижимости даже в столицах в разы ниже, чем в Москве. Примерно так же различаются и ставки по кредитам. Сдача финансовой отчетности происходит один-два раза в год, поэтому необходимости держать штатного бухгалтера нет. Налоговые ставки по Европе в среднем выше, чем в России (подробнее в материале "Странное дело"), но российские предприниматели, похоже, готовы платить их исправно. Единственный громкий скандал, о котором вспомнили собеседники СФ, произошел несколько лет назад в немецком Ростоке и уже успел стать легендой. Российский предприниматель, развивавший сеть платных туалетов, не декларировал свой реальный доход. Когда о наличии "черной" кассы стало известно налоговикам, предпринимателю выписали штраф 1 млн евро.

"Наши бизнесмены привыкли драться — с чиновниками, налоговиками, ментами. И именно с таким боевым настроем они едут туда",— говорит Дмитрий Потапенко. С ним солидарны все собеседники СФ. "Европейские предприниматели занимаются стратегией развития бизнеса, клиентами. У них не роятся в голове мысли о пенсионном фонде, о том, что квартал закончился и надо отчеты готовить, что грядут какие-то проверки и т. д. Там ничего этого нет — можно по-человечески работать",— рассказывает Евгений Тушканов.

Перестройка сознания предпринимателей требует времени. Поначалу, по наблюдениям Потапенко, до 90% наших предпринимателей тратят массу времени на преодоление несуществующих барьеров — отовсюду ждут подвоха, держатся настороже. "Однако рано или поздно приходит понимание, что борьба идет с ветряными мельницами,— уверяет Потапенко.— В итоге подход типа "мы туда свалим" вкупе с тем, что на тебя там никто не давит, не жмет и не прессует, наших предпринимателей развращает".

"В какой-то момент наступает озарение: ты понимаешь, что денег на жизнь хватает, и даже на неплохую в общем-то жизнь. Так зачем тратить кучу времени и нервов, если всех денег все равно не заработаешь?" — задает вопрос Мариана Верхолай. Для себя предпринимательница уже давно на него ответила: незачем. Тем же, кто ответил на этот вопрос иначе, остается решить только одну проблему — пробиться на рынок, потеснив местных игроков.

Ну и не надо


Когда Олег Чекотун запускал обувной бизнес в Германии, он строил наполеоновские планы, живо представляя себе, как будет производить минимум по 200 пар обуви в день. Предприниматель уже нанял рабочих, однако вскоре понял, что его мечты останутся на бумаге: шить массовую обувь (до 50 евро за пару) в Германии оказалось нерентабельно. Расходы только на персонал (например, на страховые взносы сотрудников уходит дополнительно до 50% зарплатного фонда) не позволяют конкурировать по цене с заполонившими рынок китайскими производителями. В итоге Чекотун переориентировался на индивидуальный пошив обуви. По словам предпринимателя, немцы ценят все эксклюзивное и готовы за это платить. Сейчас пара обуви от выходца с Украины стоит до 250 евро.

"На европейском рынке сложно начинать бизнес. По большей части он сформирован, все ниши поделены",— рассказывает Роман Брезицкий, советник председателя правления Национального республиканского банка и совладелец немецких фирм Fortune Bay и Helbert Trading. Россияне впереди планеты всей по борьбе с сопутствующими бизнесу препятствиями, а вот бороться за клиента не умеют, считает Дмитрий Потапенко. Впрочем, некоторые предприниматели, переехавшие в отличие от того же Потапенко за границу на ПМЖ, настроены более оптимистично. "Конкуренция сильна там, где в большом количестве водятся жирные покупатели,— уверен совладелец "Издательского дома "Гребенников"" Александр Гребенников.— Всегда можно найти свободную нишу".

Но даже тем, кто смог обнаружить вакантное местечко для своего бизнеса, необходимо будет изрядно потратиться на рекламу. К примеру, те же немцы, по словам Олега Чекотуна, крайне консервативны в потреблении, поэтому чтобы приучить их к новому продукту, придется активно вкладываться в раскрутку товара на протяжении примерно пяти лет, прежде чем начнет поступать сколь-нибудь ощутимая отдача.

Охладить предпринимательский пыл, по словам Евгения Тушканова, может не только конкуренция, но и низкая доходность. Привычные для России 20-30% рентабельности в странах Евросоюза — достижение. Так, в Великобритании она варьируется в пределах 7-11%, а в Германии и вовсе 4-8% (разве что инвестиционные и аудиторские компании и девелоперы, говорит Тушканов, иногда умудряются "выжимать" до 30% и выше). О быстром росте, характерном для российских стартапов, при такой рентабельности также придется забыть: для него просто нет финансовых ресурсов. Похоже, на первое место в рейтинге крупнейших российских компаний, кроме "Газпром Германии", еще долго не будет претендентов.


Комментарии
Профиль пользователя