Рекламаwww.kommersant.ru/ad

Радио «ЪFM»

Слушать прямой эфир

Выпуск газеты №209

В архив

RuStore
Скачайте в
RuStore
AppGallery
Скачайте в
AppGallery
Android
Загрузите на
Android
Радио «ЪFM»«ЪFM»
Выпуск газеты №209«Ъ» Газета
Журнал "Коммерсантъ Власть"

Смерти нет.

 
       Угасли подземные толчки на западе Индии. Догорают последние погребальные костры. Как случилось, что землетрясение в относительно малонаселенном районе унесло так много жизней? И почему индийцы улыбаются, называя цифры потерь?
       
       "Нью-Йорк — город контрастов, Стамбул — город контрастов". Суть этих пошлостей начинаешь понимать, когда попадаешь в Бомбей — крупнейший индустриальный и финансовый центр Индии.
 
       Дорога от современного международного аэропорта Бомбея в деловой центр города почти час идет вдоль трущоб. Тем, кто бывал, например, в Гарлеме, это ничего не скажет. Гарлемские трущобы по индийским меркам — это просто комфортабельные жилища среднего класса. А тут — грязные палатки без водопровода и канализации, где пищу готовят на очаге перед входом, а топливом служит кизяк — сушеный коровий навоз.
       Правда, по утрам из палаток выходят приличные молодые люди, одетые в отглаженные брюки и чистые рубашки с галстуками, садятся на велосипеды или даже мопеды и разъезжаются по офисам, где работают клерками средней руки.
       И вдруг оказываешься в суперсовременном деловом центре с его многоэтажными зданиями банков и крупных компаний, зелеными бульварами и тенистыми парками. На рейде покачиваются яхты, и если не слишком вглядываться, можно даже подумать, что море синее.
       К чему я о Бомбее? Ведь от эпицентра трагедии, потрясшей весь мир, он отстоит более чем на полтысячи километров.
       Дело в том, что в этом городе, как нигде в Индии, проявились те противоречия, которые характеризуют ее нынешнее состояние.
       Ядерная держава, переживающая бурный экономический рост,— и две трети населения за чертой бедности. Выдающиеся ученые и программисты, за которыми охотятся ведущие западные университеты и компании,— и полстраны неграмотных. Роскошные виллы, великолепные небоскребы — а большинство населения обитает в таких ветхих жилищах, что их не только землетрясение, их пьяный велосипедист разрушит до основания.
       
 
       Вот еще что поражает при первом посещении Индии. Это какое-то абсолютное безразличие к собственной жизни и жизни окружающих. И проявляется это не только в том, что индийцы живут, работают и учатся в домах, которые просто складываются в гармошку при первом же подземном толчке.
       Или взять дорожное движение. Совершить левый поворот из крайнего правого ряда для индийского шофера — дело пустяковое. А автобусы — те на остановках порой даже не останавливаются: лишь слегка притормаживают. Кому надо выйти — выскакивают на ходу, кто хочет войти — на ходу же вскакивают (в индийских автобусах дверей нет — только проемы без створок).
       В итоге сцены, способные свалить в обморок впечатлительных европейцев (например, труп сбитого грузовиком ребенка с размазанными по асфальту внутренностями), в Индии, в общем-то, воспринимаются равнодушно. А уж катастрофы, уносящие десятки и сотни жизней, там случаются чуть ли не ежедневно. То автобусы, столкнувшись, упадут в реку, то поезд размажет застрявшие на переезде автомобили, а заодно и сам сойдет с рельсов.
 
       Путешествуя в раздолбанных индийских автобусах по горным дорогам, я часто ловил себя на том, что мне просто страшно. Серпантин вьется, поднимая тебя в заоблачные высоты, автобус трясется, рессоры скрипят (и это еще хорошо — часто они просто продавлены так, что автобус буквально заваливается набок). А индийцам хоть бы что: жуют, болтают, время от времени заводят молитвенные песнопения: "Хей Рам! Джай Рам! Джай-джай Рам" ("О Рама! Слава Раме! Слава-слава Раме").
       Очень многих российских телезрителей поразило то, что при демонстрации сцен землетрясения в Гуджарате на экранах практически не было видно плачущих женщин. А ведь для телевизионщиков это излюбленный сюжет. Более того, на лицах пострадавших и чудом выживших людей порой играли лучезарные улыбки.
       Что это — беспечность? жестокость? Откуда она? Ведь мы привыкли судить об Индии как о великом средоточии духа, где центральное место занимает принцип ахимсы — ненасилия, непричинения зла живым существам.
       
 
       Но вчитаемся, к примеру, в такое всемирно известное произведение индийской литературы, религии и философии, как "Бхагавадгита". Вкратце его сюжет таков. Великий воин Арджуна, колесничим у которого был сам верховный бог Кришна, выезжает на поле битвы и видит в противостоящем ему войске своих двоюродных братьев, наставников и даже родного деда. "Я не могу убивать сородичей",— говорит Арджуна и, задрожав, отбрасывает в сторону лук.
       И тогда слово берет сам великий Кришна. Почти в семистах двустишиях он объясняет Арджуне смысл жизни и заканчивает тем, что долг воина — сражаться. "Бери лук и убей своих врагов",— приказывает Кришна. И это ахимса?
       Как же так? А все очень просто. По индийским понятиям убить человека просто невозможно. Можно уничтожить его телесную оболочку (и Арджуне это надо сделать непременно, чтобы освободить мир от зла, воплотившегося в его сородичах). Но нельзя уничтожить бессмертную душу.
       Смерти нет — есть лишь бесконечная череда перерождений. "Никогда не было так, чтобы не существовал я, или ты, или эти цари,— говорит Кришна, обращаясь к Арджуне.— И никогда не будет так, что всех нас не будет, отныне и впредь".
       А значит, душа человека вновь и вновь возвращается в этот мир, но уже в новом теле. И значит, со всеми, кто нам близок и дорог, мы обязательно встретимся снова — уже в новой жизни.
       
 
       Разумеется, большинство индийцев далеки от столь глубокого проникновения в метафизические основы жизни и смерти. Но само представление о бесконечной цепи перерождений прочно укоренилось у них в самых глубинах подсознания.
       А что из этого следует? Да все то, что я перечислил выше. И ветхие дома, и беспорядочное дорожное движение, и резкие контрасты современного мира, и многое другое. Жить надо сегодняшним днем, поэтому жилище должно сегодня укрыть меня от дождя, жары, холода и ветра, а что будет завтра, когда земля затрясется,— все в руках Всевышнего. На машине (мопеде, велосипеде, автобусе) я еду сейчас, и именно сейчас мне надо поскорее добраться до места назначения. Значит, я буду выжимать из своего транспортного средства максимум того, на что оно способно. Если же по дороге я кого-то собью или куда-то врежусь — судьба!
       К примеру, известна такая история из жизни молодого Мохандаса Карамчанда Ганди, когда он еще не стал Махатмой Ганди. Но уже начал создавать свое учение, в основе которого не только всем известный принцип "ненасильственного сопротивления", но и принцип покорности судьбе. Перед ним стоял вопрос: нужен ему страховой полис или нет? Человек, покорный судьбе, не должен пытаться как-то от нее застраховаться. Но как человек семейный и здравомыслящий, он понимал, что, отказавшись от полиса, он может в один момент оставить семью без средств к существованию.
       После долгих размышлений Ганди просто разорвал полис.
       Махатма Ганди — безусловный моральный авторитет для современных индийцев. Его статуи ставят в храмах. Им поклоняются, как изваяниям богов. Ему стараются, по мере сил и возможностей, подражать. И часто это подражание выливается просто в бездумное отношение к завтрашнему дню. Впрочем, для индийца "завтра" — это то же, что "вчера". На хинди оба понятия обозначаются одним словом — kal.
       
 
       Вот и получилось так, что землетрясение, эпицентр которого пришелся на почти безлюдные солончаковые пустыни на западе штата Гуджарат, до основания разрушило все прилегающие города, не оставив буквально камня на камне. Сровнены с землей жилые дома и школы, офисы и больницы, дворцы, храмы и старинные крепости.
       А сколько погибло человек — этого, видимо, никто никогда точно не узнает. Официальная цифра (20 тыс. или чуть больше) — явно занижена. Личная оценка министра обороны Джорджа Фернандеса (100 тыс. погибших и 200 тыс. раненых) — субъективна, но почему-то верится в нее больше.
       Впрочем, не будем горевать об ушедших. Они вернутся в этот мир. Во всяком случае, так гласит индийская мудрость.
БОРИС ВОЛХОНСКИЙ
       


Самые сильные землетрясения ХХ века

Сила (в баллах по шкале Рихтера) Место Дата Число жертв
1 9,5 Чили, центральная часть 22.05.60 более 2000
2 9,2 США, Аляска 28.03.64 125
3 9,0 Россия, Камчатка 4.11.52 нет данных
4 8,8 Эквадор 31.01.96 500-1500
5 8,8 США, Аляска 9.03.57 3000
6 8,7 Россия, Курильские о-ва 6.11.58 0
7 8,7 США, Алеутские о-ва 4.02.65 0
8 8,6 Индия, Ассам и Тибет 15.08.50 1 526
9 8,5 Чили, Атакама 11.11.22 около 600
10 8,5 Индонезия, море Банда 1.02.38 0
       
       


Самые смертоносные землетрясения ХХ века

Число жертв Место Дата Сила (в баллах по шкале Рихтера)
1 242 419 Китай, провинция Хэбэй 28.07.76 8,0
2 200 000 Китай, район Наньшань 22.05.27 8,3
3 180 000 Китай, провинция 16.12.20 8,6
Ганьсу
4 160 000 Италия, Сицилия 28.12.08 7,5
5 142 807 Япония, Иокогама 1.09.23 8,3
6 110 000 Туркмения 5.10.48 7,3
7 70 000 Китай, провинция 25.12.32 7,6
Ганьсу
8 66 800 Перу, северо-западная 31.05.70 7,9
часть
9 50 000-60 000 Пакистан, западная 30.05.35 7,5
часть
10 более 55 000 Армения, Спитак 7.12.88 7,0
       
       
       

Журнал "Коммерсантъ Власть" №5

от 06.02.2001, стр. 32
Читать
Журнал "Власть". В мире

Авторы

  • Борис Волхонский