Коротко

Новости

Подробно

Мои друзья и френды

Мария Епифанова и Владимир Тихомиров — о крахе сетевых иллюзий: интернет не приносит новых друзей

Журнал "Огонёк" от , стр. 34

Великая иллюзия, подаренная социальными сетями и ласкающая самого одинокого человека надеждой, что у него десятки друзей, разбита. Ученые доказали: общение в интернете не расширяет круг близких людей. Он по-прежнему ограничен знаменитым числом Данбара и зависит не от технологических новшеств, позволяющих без отрыва от производства комментировать свадебные фотографии френдов в Сети, а только от объема мозга


Мария Епифанова, Владимир Тихомиров


Репутация электронной дружбы впервые оказалась под угрозой, когда 3 года назад популярный американский блогер и программист Джеффри Сасс решил начать новую жизнь и уничтожить свою страничку в социальной сети Facebook.com. "Я просто задумался, на что я потратил несколько лет своей жизни,— говорил он позже в многочисленных интервью.— Я огляделся и сказал себе: эй, парень, ты что, и правда будешь рассказывать своему сыну о том, как ты весело ночи напролет зависал за компьютером и лихо комментировал чьи-то подписи под чужими фотографиями?!"

Метод Сасса


Джеффри Сасс не был бы настоящим блогером, если бы он тихо вышел из социальных сетей. Он, решив напоследок громко хлопнуть дверью, создал специальную страничку "12 шагов из Facebook", где стал агитировать других интернет-зависимых блогеров порвать с Всемирной паутиной. В тот год за Джеффри последовало несколько сотен человек, но тот не унимался. В 2009 году он основал сайт quitfacebook.com и объявил 31 мая "недружественным днем" — Unfriendly day: в этот день пользователи социальных сетей должны были либо уничтожать свои странички, либо как минимум вычеркивать из списков "друзей" всех случайных людей, оставляя там только тех, с кем они действительно дружат. И вот вам результат: в этом году только в течение одного дня, то есть 31 мая, Facebook покинуло 23 тысячи человек. Еще столько же пользователей социальных сетей уничтожили свои странички на других сайтах. Более того, весной этого года темпы прироста аудитории Facebook впервые показали отрицательную динамику: вместо ожидаемых 20 млн пользователей новыми страничками обзавелось всего 11,8 млн человек. Отток пользователей испытывают и другие сайты. Самый яркий пример — некогда суперпопулярный Chatroulette, созданный московским школьником Андреем Терновским: после того как школьники всей планеты наигрались в "видеорулетку", интерес к сайту быстро пропал.

— Люди устают и разочаровываются в общении в электронных сетях,— говорит Джеффри Сасс.— Конечно, возможность общения со всем миром поначалу зачаровывает, но это очарование быстро проходит, когда ты понимаешь, что тебе, в сущности, совершенно нечего обсуждать с незнакомыми людьми с другого континента, а хочется простого и настоящего общения с теми, с кем вырос и живешь вместе.

Выводы блогера подтверждают и ученые из Университета Индианы, которые провели первое в мире масштабное исследование феномена дружбы в социальных сетях. Изучив поведение 1,7 млн пользователей Twitter, ученые пришли к парадоксальному выводу: социальные сети не способны ни стимулировать коммуникабельность человека, ни заметно увеличить число его друзей. И сколько бы ни расширялся список "френдов", число тех, с кем поддерживаются регулярные связи, останется весьма ограниченным.

— Мы задумались: а может ли число друзей в социальных сетях расширяться бесконечно и существуют ли законы, которые управляют этим процессом? — говорит Бруно Гонсалес, один из авторов исследования.— Оказалось: количество дружеских связей, которые может одновременно поддерживать человек, ограничено возможностями мозга. В среднем этот предел, называемый числом Данбара, составляет 150 человек — с большим количеством людей человек дружить не в состоянии.

Свойство стаи


Все мы привыкли думать, что у человека общительного и активного полно друзей и знакомых. Если же их мало, значит, сам виноват: не умеет общаться с людьми. Антропологи возражают: способность поддерживать определенное количество дружеских связей ограниченна и передалась нам в ходе эволюции от животных.

Собственно, как говорят ученые-этологи, изучающие поведение животных, явление дружбы характерно для всех стайных животных. И в этом нет ничего удивительного: там, где возникает вертикальная иерархия самцов и самок, неизбежно возникнут и горизонтальные связи, чаще всего между бета-самцами одного возраста, реже — между самками. И связь эта, словно в противовес жесткой рациональной иерархии, предопределенной необходимостью выживания вида, бывает удивительно иррациональной, противоречащей всем законам самосохранения. К примеру, знаменитый биолог Конрад Лоренц, изучавший повадки серых гусей, описал, как птицы переживают потерю своих друзей: "Гусь беспрерывно, буквально день и ночь, издает трехсложный дальний зов, торопливо и взволнованно обегает привычные места, в которых обычно бывал вместе с пропавшим другом, и все больше расширяет радиус своих поисков, облетая большие пространства с непрерывным призывным криком. С утратой друга тотчас же пропадает всякая готовность его к борьбе, осиротевший гусь вообще перестает защищаться от нападений собратьев по виду, он сразу оказывается на самой низшей ступени рангового порядка". Можно припомнить и свежий пример, растрогавший всю Японию, когда спасатели в руинах погибшего от цунами города нашли изголодавшегося пса, который несколько суток не отходил ни на шаг от своего раненого друга.

Впрочем, дружба человека, в отличие от поведения животных, никогда не была предметом научного интереса.

"Заговор психологов" удалось разорвать только Стэнли Милгрэму: он выдвинул так называемую концепцию тесного мира, получившую потом широкую известность под именем "теории шести рукопожатий". Суть была проста: 300 американцам вручили конверты, которые нужно было доставить по определенному адресу, но передавать можно было только через своих знакомых. Все письма прошли через несколько рук, но не больше пяти. Так родилась теория о том, что все американцы связны друг с другом через цепочку максимум в 5-6 человек.

Затем, основываясь на этой теории рукопожатий, антрополог Рассел Бернард и океанолог Питер Килворт сформулировали определение "социальная сеть" — под этим термином ученые подразумевали некий набор отношений, объединяющих отдельных людей. Но тут же возник и основной вопрос социальной антропологии: как посчитать число друзей и знакомых одного индивида? Конечно, можно попросить человека пересчитать всех, с кем его связывают хоть какие-то отношения. Но где гарантия, что респондент действительно сумеет вспомнить всех своих соседей, коллег, дальних родственников, друзей детства и бывших однокурсников? С другой стороны, а стоит ли причислять к своей социальной сети друзей, которые сто лет назад переехали в другой город и связь с которыми прервалась навсегда?

Разные социологи предлагали свои варианты подсчета. В числе самых распространенных были: опрос по телефонной книге ("Какие имена вы знаете?"), попытки установить "сеть поддержки индивида", то есть тех людей, которым он доверяет и с которыми делится своими проблемами, определение числа знакомых по числу представителей разных социальных групп (пенсионеры, замужние женщины и т. д.). Результаты опросов не радовали: в зависимости от используемого метода исследования цифры получались очень разными — от 120 до 5000 человек.

Число Данбара


Среди тех, кто пытался определить объем социальных связей человека, наибольших успехов добился Робин Данбар — профессор антропологии Оксфордского университета. Еще в 90-е годы он долгое время изучал поведение высших приматов, у которых сложная иерархия стаи порой напоминает современный человеческий социум.

— Выяснилось, что размер стаи зависит от размера головного мозга приматов,— рассказал Робин Данбар в интервью "Огоньку".— Я был убежден, что аналогичное соотношение должно существовать и для человека. Причем поскольку объем мозга у разных людей примерно одинаков, то я хотел найти универсальное число, которое определило бы оптимальное количество "друзей". Мы проводили сканирование мозга, многочисленные опросы и в конце концов вывели такое число — 150.

Интересно, что понятию "друзья" в теории Данбара дается вполне конкретное определение: это люди, которых человек помнит в лицо и по имени, с которыми он общается хотя бы раз в год и которым может дать некую характеристику — определить основные индивидуальные особенности, модель поведения. Хранение такого объема информации требует значительной интеллектуальной работы, поэтому на уровне в примерно 150 человек мозг попросту "устает" и перестает воспринимать новых людей. Интересно, что этот принцип един для всех, и понятия "умнее", "глупее", которыми мы оперируем в обычной жизни, здесь не работают. Другими словами, круг "друзей" гения так же ограничен, как и круг "друзей" ребенка.

При этом группа в 150 "друзей" тоже неоднородна по своему составу. Самая узкая подгруппа в ней — "близкие друзья", всего 5 человек. Это люди, которых мы видим хотя бы раз в неделю, которым мы доверяем и к которым обращаемся за помощью и советом при возникновении проблем личного характера. "Лучшие друзья" — 15 человек. Эта те, чью смерть мы восприняли бы как личное горе. Дальше идут "хорошие друзья" (50 человек) и просто "друзья".

Более широкая группа — наши знакомые, те, с кем мы хотя бы изредка общаемся. У большинства эта цифра колеблется в районе 500 человек. И наконец, самая широкая группа, в 1,5 тысячи, — это те, чьи имена мы можем соотнести с лицами.

Правда, хотя возможности наши ограниченны и заставить свой мозг запоминать лучше не удавалось пока никому, число 150 — это средний показатель, который может варьироваться в рамках от 100 до 200.

— Важно помнить и о социальных факторах, прежде всего об умении налаживать и поддерживать связи,— объясняет Данбар.— В частности, большинство коммуникативных навыков человека закладываются в детстве, поэтому этот период играет определяющую роль в формировании модели поведения. Если ребенка воспитывали изолированно, если у него отсутствовал социальный опыт, то число его "друзей" будет меньше, чем у других, вне зависимости от размера мозга. Кстати, возраст сам по себе — тоже важный показатель. В детстве процесс социализации идет медленней, круг социальных связей расширяется постепенно.

Гипотеза Данбара была подтверждена и совершенно другими исследователями — к примеру, после публикации его монографии в Оксфорд пошли отклики от археологов, проводивших раскопки стоянок первобытного человека эпохи неолита. Выяснилось, что численность племени практически никогда не превышала 150 человек. Потом в дело вступили историки — оказалось, что и численность крестьянской общины и в России, и в средневековой Германии, и в Китае также была равна 150 человек.

Наконец, к числу Данбара пришли и ученые из Индианы. Изучив поведение 1,7 млн пользователей Twitter, они заявили: как бы ни расширялся список "френдов", число тех, с которыми каждый пользователь поддерживает регулярную связь в Сети, составляет 150 человек. Интересно, что в тот же самый момент, когда ученые опубликовали свой труд на сайте Университета Индианы, интересная новость пришла из Европы — некая жительница Нидерландов под именем SusyJ87 решила вытатуировать на своем теле имена и портреты всех своих друзей из сети Facebook. Угадайте, сколько там оказалось пользователей? 152 человека.

Письма для никого


С развитием интернет-технологий понятие "социальные сети" перекочевало из социологии в обиход и стало применяться к объединениям людей в виртуальном мире. И чем популярнее они становятся, тем больше находится желающих узнать, какие законы действуют в Сети.

Самым интересным предметом для изучения стал появившийся 5 лет назад Twitter — блог коротких, буквально в пару строк сообщений. Иметь там свой аккаунт уже давно стало правилом хорошего тона и одновременно демонстрацией заинтересованности в происходящем вокруг — благо, для его ведения не требуется особенных усилий и массы времени. Именно это качество и привлекло внимание профессора Стэнфордского университета в США Бернардо Хубермана, который исследовал странички почти 310 тысяч жителей, причем из них только 210 тысяч оставили сообщение хотя бы дважды. Стоит уточнить, что система Twitter несколько отличается от более традиционного формата "Одноклассников" или Facebook: там нет списка друзей, зато есть "последователи" — люди, которые отметили чужую страничку. Таким образом, у человека, зарегистрированного в Twitter, есть, как правило, несколько "последователей", и он сам становится "последователем" других пользователей. Так вот, Хуберман подсчитал, что из всех отправляемых сообщений только у четверти есть какой-либо конкретный адресат, а большая часть — три четверти — сообщений публикуется "просто так" — для всех вместе и ни для кого в частности. Поэтому в своем исследовании профессор Хуберман решил ввести новое понятие "друга" — так он обозначил пользователя, которому другой пользователь отправил хотя бы два сообщения. И тут же выяснилась другая закономерность: даже стремительное увеличение числа "последователей" никак не влияло на количество и периодичность отправляемых сообщений. Зато даже самое незначительное увеличение "друзей" вызывало увеличение числа сообщений в геометрической прогрессии. То есть, сделал вывод профессор, пользователи устали от обезличенного потока информации и ценят даже малейшую возможность "эксклюзивной" личной связи.

Зачем дружить?


— В этом нет ничего удивительного,— считает Ирина Шмерлина, старший научный сотрудник Института социологии РАН и автор исследования о феномене дружбы в современной России.— Давайте подумаем: зачем люди вообще идут в этот цифровой мир, вступают в виртуальные сообщества? Ответ очевиден: они ищут суррогата нормальных человеческих отношений, которые в силу ряда причин невозможно выстроить в современном мегаполисе. Понятно, что суррогат дает только временное удовлетворение. И тут мы подходим к другому вопросу: а с какой целью россияне вообще заводят друзей?

Из исследования, проведенного специалистами Института социологии РАН, видно, что подавляющее большинство россиян связывают дружбу с преданностью и верностью, безусловной и самоотверженной поддержкой друг друга, готовностью прийти в любую минуту на помощь. Многие отмечали, что дружба, не имеющая под собой никаких капитальных скреп в виде обязательств помощи, часто распадается в слишком "крепком растворе" житейских обстоятельств, связанных с работой, материальными интересами или семейными обязательствами.

— Исследования выявили и другую любопытную тенденцию, полностью противоречащую распространенному представлению о потерянности человека в огромном городе, разобщенности и атомизированности мегасоциума,— говорит Ирина Шмерлина.— Как ни парадоксально, в мегаполисах люди говорят об отсутствии друзей реже, чем жители сел и менее крупных городов: нет друзей у 7 и 18 процентов представителей этих групп соответственно. Опровергнут и другой миф о том, что среди "простых" людей дружба крепче — практически 95 процентов людей с высшим образованием имеют трех и более друзей, тогда как среди лиц с образованием ниже среднего не имеет друзей каждый третий — свыше 35 процентов опрошенных.

Причем именно жители мегаполисов говорят о дружбе, которая может пройти проверку и расстоянием, и длительным расставанием. А вот насчет проверки дружбы социальным сетями — это еще вопрос.

Наибольший отток аудитории социальных сетей идет сегодня за счет поколения 30-летних — тех людей, которые переживают резкое уменьшение интенсивности дружеских контактов. У кого-то появляется семья, дети, у кого-то — работа, большое влияние приобретает фактор места жительства, когда для совместного распития пива приходится выбирать особый день. Понятно, что общение в социальных сетях на какое-то время способно спасти иллюзию продолжающихся отношений, но интернет не может остановить естественных процессов взросления. И люди бросают блоги и сайты, стремясь спасти то немногое "настоящее", что у них осталось.

Комментарии
Профиль пользователя