Тень на полутень

Николай Кулебякин в галерее Меглинской

Выставка фотография

На выставке в московской галерее Меглинской фотонатюрморты Николая Кулебякина разных лет напечатаны в необычной технике — платинотипии. В снимки с использованием драгметаллов вглядывался ВАЛЕНТИН ДЬЯКОНОВ.

Поклонники Николая Кулебякина — а их много — настаивают на том, что в его работах "все не просто так". За простыми композициями, местами смахивающими на постановки в художественных школах, скрывается целая философия, противоположная по смыслу нескончаемому потоку фотографии, в котором мы постоянно находимся. В споре цифрофилов и пленочников Кулебякин твердо на стороне последних. Его снимки настолько рукотворны, что их хочется смотреть под треск виниловой пластинки на проигрывателе.

Репродукция с фрески Пьеро делла Франческа, шары, прозрачные и матовые, супрематические формы и спутанные травы. Черная сфера лежит на пересечении двух перпендикулярных потоков света так, что отбрасывает две овальные тени под прямым углом. Здесь все сбалансировано, все выверено до миллиметра. Хаосу в фотографиях Кулебякина нет места. Достигнуто устойчивое равновесие в лабораторных условиях: почти все снимки сделаны либо в помещении, либо при свете, стилизованном под искусственный. Дорогая, но вечная техника (интересно, когда сгниет бумага, изображение проникнет в пыль и закрепится на ней?) делает каждый фрагмент объемным и весомым. Снег здесь сделан из гранита, травы из бронзы, и даже капуста щеголяет мраморными прожилками.

Николай Кулебякин убирает из композиции все лишнее и концентрируется только на базовых элементах натюрморта. Если бы выставка была репортажем, то, наверное, о жизни академика биологии, не чуждого искусству и техникам восточной медитации. Москвича Кулебякина часто сравнивают с мэтрами петербургского фотографического андерграунда Андреем Чежиным и Алексеем Титаренко. Их тоже интересует фотография вне момента и прямой функции — информировать, нечто близкое живописи и вполне представимое в технике холста и масла. Кулебякин, правда, еще более рукотворен, чем эти двое. Ближайшие ассоциации возникают с художниками Юрием Купером и Дмитрием Краснопевцевым. От изобилия красок они отказались в пользу коричневато-серого монохрома. Это художники-интроверты не по психологическому темпераменту, а по результату. Кулебякин, как и они, любит снимать вещи с историей и покрывать их дополнительной патиной за счет двойной экспозиции. Абсолютно все превращается в воспоминание или старую фреску.

Натюрморты из спутанных трав на выставке Кулебякина напрашиваются на сравнение с серией "Огород" одного из лучших фотографов-репортажников Игоря Мухина, показанной несколько месяцев назад в той же галерее. Мухин припадает к земле, чтобы искать среди растений динамику света и тени, знакомую фотографу по митингам "Наших" и национал-большевиков. В его натюрмортах всегда есть герои и хор, положительные и отрицательные персонажи. Драматически освещенная травинка становится "Свободой на баррикадах". Для Кулебякина внешний мир сводится к философской абстракции, вполне умопостигаемой без всякой работы в полях. Все на свете есть лишь очередной исторический слой, так зачем же фотографировать раскачивающуюся лодку?

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...