Адвокат Михаила Ходорковского Вадим Клювгант прокомментировал в прямом эфире "Коммерсантъ FM" заявление пресс-секретаря Хамовнического суда.
— Вы неоднократно какие-то вещи говорили, которые на ваш взгляд показывают совершенно однозначную предвзятость. То, что сейчас госпожа Васильева рассказала, были ли хоть что-то, что вас вдруг удивило в этом?
— Нет, это следует из вашей констатации, что мы это все говорили давно, многократно и вслух. И более того, мы говорили, что мы намерены добиваться расследования того, как осуществилась преступная расправа, как появился этот заведомо неправосудный сфальсифицированный приговор, кто его фактический автор. Нам было понятно, что судья Данилкин не является фактическим автором этого приговора, не считая его подписи и то, что он его читал. В этом смысле никакой сенсации я не вижу.
— А насколько сейчас это публичное заявление помощницы судья Данилкина госпожи Васильевой…
— Она не является помощницей судья Данилкина.
— А кем она является?
— Ну там написано все в интервью, вы можете все в первоисточнике это посмотреть. Она там подробно объясняет, в чем ее обязанности, и какую должность она занимает. Помощником Данилкина Виктора Николаевича как судьи она не является.
— Ну хорошо. Насколько ее заявления могут вам помочь как доказательство?
— Я не могу сейчас ответить на ваш вопрос, не готов. Может быть по-разному. Я просто ограничусь тем, что выражу надежду, что это искренний и честный ответ, и искренние, чистые помыслы двигали человеком, который давал это интервью. А дальше покажет время.
— Я тогда так спрошу: это если не юридически, то морально дает вам возможность продолжать борьбу?
— Мы и без этого бы ее продолжали. Скажем так, это еще одно дополнение к тому ,что мы делаем.
— То, о чем госпожа Васильева рассказала — с точки зрения законодательства — какие здесь нарушения существуют, когда судья выносит приговор?
— Я не готов комментировать это, потому что должны быть факты, а не рассуждения о фактах.
— Как по закону судья должен выносить приговор?
— Я могу вам сказать одно: тайна совещательной комнаты, закрепленная законом, предполагает и подразумевает один главный принцип — судья ни с кем не должен обсуждать содержание приговора, над которым он работает. Ни днем, ни ночью, ни в рабочий день, ни в выходной. И никто не имеет право на судью в этом направлении воздействовать. Это не вопрос того, куда он ходит, сколько раз он выходит или заходит, это гораздо более сущностный вопрос. Суть его в том, о чем я сказал.
— А как-то проверить можно, что судья не совершает такие действия?
— Для того мы и хотим добиться, чтобы было расследование. В ходе расследования не можно, а должно проверять. Именно это в том числе и должно являться предметом расследования.
— Когда вы планируете предпринимать какие-то шаги?
— Мы готовим их сейчас. Уже работаем над этим.
— А вы вообще приговор-то получили на руки?
— Давно уже получили и давно об этом сказали.