Всю прошлую неделю отечественные и американские военные спорили о форме участия российского контингента в миротворческой операции в Косово. Однако, по большому счету, речь идет лишь о технических деталях: в Москве уже определили, как и из кого будет формироваться российский миротворческий контингент. Осталось лишь найти деньги.
Переговоры военных экспертов России и США относительно участия российских миротворцев в операции в Косово стали одним из главных событий минувшей недели. Журналисты отслеживали каждый шаг генералов, жадно ловили и тотчас же выдавали в эфир любую брошенную ими фразу.
Все это Москва и Вашингтон уже проходили. В 1995 году обстановка была очень похожа на нынешнюю: после авиаударов ВВС НАТО по позициям боснийских сербов Белград согласился на подписание мирного соглашения и ввод сил НАТО в Боснию и Герцеговину. И тогда Россия заявила о своем желании поучаствовать в миротворческой операции, но оговорилась, что ее военные подчиняться командованию альянса не будут. Совсем как сейчас.
Переговоры между военными министрами Павлом Грачевым и Уильямом Перри длились несколько недель и, к удивлению самих участников, завершились удовлетворившим всех компромиссом. Российская миротворческая бригада, состоящая из десантников-контрактников, получила свою зону ответственности в американском секторе, но напрямую приказам из Брюсселя не подчинялась. Специально ради России в составе командования сил по выполнению соглашения была введена должность замкомандующего по российским войскам, а также создана специальная российская группа оперативного управления бригадой.
Схема была такой: тогдашний главком сил НАТО в Европе Джордж Джоулвен направлял своему российскому заму, Леонтию Шевцову, проект приказа по российскому контингенту; тот его визировал, после чего (как бы за двумя подписями) приказ поступал в оперативную группу. Руководитель группы дублировал приказ от своего имени, после чего он попадал в бригаду и принимался к исполнению.
Натовцы были довольны, потому что были уверены: они командуют русскими. Россияне были удовлетворены тем, что сохранили относительную независимость и формально приказов НАТО не выполняли.
Эта схема вполне успешно действует в Боснии до сих пор. И хотя поначалу между россиянами и американцами были небольшие трения (например, через несколько недель после начала операции американцы решили проверить соседей на прочность — своими радиоэлектронными средствами стали заглушать россиянам связь; десантники ответили тем же, и больше такого не повторялось), а после начала бомбардировок территории Югославии Москва объявила, что больше не подчиняется командованию альянса, в целом боснийский опыт оказался положительным.
Однако сегодня эта схема не устраивает ни НАТО, ни Россию. Брюссель не собирается делиться с Москвой лаврами победителя и требует, чтобы российские миротворцы официально вошли в состав сил НАТО и беспрекословно подчинялись натовским генералам. Россия, в свою очередь, требует расширения своих полномочий и выделения ей собственного сектора, что поставит ее вровень с главными натовскими странами, и проведения операции под флагом ООН, а не НАТО.
Действительно, если Москва выделит 10-тысячный контингент (на прошлой неделе российские военные готовились именно к такому варианту), более крупные формирования в Косово будут только у Великобритании (15 тыс.) и Франции (13 тыс.). Российских миротворцев будет больше, чем немецких (8 тыс.), американских (7 тыс.), итальянских (3 тыс.) и всех прочих.
О серьезности намерений России говорит то, что еще до достижения окончательных договоренностей с США и НАТО российские военные начали вплотную заниматься подготовкой контингента. 9 июня начальник Генштаба Анатолий Квашнин подписал директиву, предписывающую начать отбор, формирование и подготовку частей и подразделений, которым предстоит отправиться в Косово.
Предполагается, что 10-тысячный контингент будет состоять из четырех бригад по четыре батальона каждая. По мотострелковой бригаде будет сформировано в Московском, Уральском, Ленинградском военных округах, а ВДВ, которые до сих пор традиционно имели монополию на югославское миротворчество, делегируют воздушно-десантную бригаду. Уже решено, что два батальона в состав бригады выделит 106-я Тульская воздушно-десантная дивизия, и по одной — 76-я Псковская и 98-я Ивановская дивизии.
В каждой бригаде будет сформировано по одной инженерно-саперной роте, которым предстоит заняться разминированием местности. Российским солдатам придется пройти ускоренный курс подготовки: в отличие от Боснии, двух месяцев в запасе нет (первые миротворцы-натовцы вошли в Косово на прошлой неделе). На вооружении у россиян будет легкая бронетехника — боевые машины десанта, боевые машины пехоты, бронетранспортеры. Кроме того, возможно придание каждой бригаде по эскадрилье транспортно-боевых вертолетов Ми-8МТВ (по 9 машин).
Все отправляемые в Югославию солдаты и сержанты будут контрактниками — российское законодательство запрещает направлять за рубеж призывников. При этом предполагается, что пятая часть российских миротворцев, то есть 2 тысячи человек, будет состоять из "запасников", вербовку которых военкоматы уже начали. Тем самым в Минобороны хотят убить сразу двух зайцев: во-первых, получить общее представлении о состоянии резервистов (а желающих съездить в Югославию наверняка будет много — зарплата российского солдата-миротворца в Боснии, например, составляет $1070), а во-вторых, пополнить российский контингент отборными специалистами. Желающим послужить в Косово предстоит пройти медосмотр и профотбор, после чего их отправят в войска, где будут формироваться сводные батальоны и проводиться боевое слаживание подразделений.
Как и в Боснии, снабжение миротворцев будет осуществляться российскими самолетами военно-транспортной авиации, которые будут доставлять в Косово все необходимое.
Правда, пока не понятно, из каких средств Россия будет финансировать свое миротворчество. По словам Сергея Степашина, годовое содержание 10-тысячного контингента обойдется Москве в $150 млн. Но, скорее всего, эта цифра занижена. Генералы в Минобороны тоном, не терпящим возражений, говорят, что у них таких денег нет, и предлагают Минфину заняться поиском средств. Но очевидно, что изыскать такую сумму будет непросто.
А значит, либо Москве придется умерить свои миротворческие аппетиты и сократить численность контингента, либо экономить на самих миротворцах (к примеру, сократить зарплаты солдат и офицеров). Но второй вариант чреват для Москвы самыми серьезными последствиями: почувствовав себя ущемленными, миротворцы наверняка начнут компенсировать ущерб за счет местного населения, торговли бензином, продуктами и даже оружием. А это настолько дискредитирует Россию, что вся ее миротворческая миссия будет с треском провалена.
Все это, конечно, хорошо понимают российские военные, которые за последние годы накопили большой (и успешный) опыт миротворческой деятельности. Так что скорее всего все закончится тем, что участие России в миротворческой операции в Косово будет более скромным, чем планируют в Минобороны.
ИЛЬЯ БУЛАВИНОВ, ИВАН САФРОНОВ
--------------------------------------------------------
Кто войдет
Миротворческий контингент в Косово будет насчитывать 48 тыс. человек. Самая многочисленная группа войск прибудет из Великобритании — 19 тыс. 13 тыс. англичан уже находятся на Балканах. США направят 7 тыс. человек, Германия — 8 тыс., Франция — 7 тыс., Италия — 5 тыс. Голландский контингент будет насчитывать 2050 человек. Испания направит 1200, Бельгия и Греция — по 1100 солдат каждая, Турция и Норвегия — по 1000 человек, Дания — 850 человек, Польша и Канада — по 800 человек. Численность российского контингента еще не уточнена, но, по заявлениям Минобороны, наших в Косово будет от 2500 до 10000.