Коротко

Новости

Подробно

"Мы считаем деньги, потому что они свои"

Президент ПФК ЦСКА Евгений Гинер о достижениях своего клуба

от

Футбольный клуб ЦСКА вчера провел последний домашний матч сезона в рамках Лиги Европы со швейцарской "Лозанной", Однако, независимо от его исхода, он получился очень успешным для армейцев. Они заняли второе место в чемпионате страны, досрочно вышли в play-off еврокубка, а президент ПФК ЦСКА Евгений Гинер в интервью “Ъ” рассказал о том, что коммерческие показатели работы клуба не уступают спортивным.


— ЦСКА очень красиво закончил сезон. А в его начале вы ожидали, что он так успешно сложится? По поводу возможностей команды существовали разные мнения. И в чемпионате России она стартовала не так резво, как хотелось бы вашим болельщикам.

— ЦСКА является топ-клубом, согласны? А топ-клубы все-таки, как правило, не форсируя события, вкатываются в сезон, понимая, что он длинный. Так и ЦСКА. Да, чуть-чуть не достали "Зенит". Значит, он был лучше. Но я думаю, никто не будет спорить, что в этом году было две команды, от игры которых можно было получать удовольствие,— "Зенит" и ЦСКА.

— Вы сказали про топ-клуб. А вы верили, нанимая прошлой осенью на работу Леонида Слуцкого, что ему удастся так грамотно распорядиться оказавшимися в его распоряжении ресурсами? Все-таки ЦСКА для него — первый топ-клуб в карьере.

— Я сразу предупредил болельщиков, что нужно набраться терпения, что Леонид Викторович — сильный тренер, у которого, на мой взгляд, есть единственный недостаток — нехватка опыта работы с "большими" клубами, звездами. Но это недостаток, который можно устранить. Я знал, что у нас сильный коллектив, который поддержит тренера. Поэтому сомнений в Слуцком не было. Их нет и сейчас. Леонид Викторович многое уже доказал. Например, мы вышли в четвертьфинал Лиги чемпионов, играли на равных с "Манчестер Юнайтед", даже с "Интером". И тренер за этот год, можно сказать, набрал маститости.

— Несмотря на успешные результаты, часть болельщиков ЦСКА все равно довольно негативно настроена по отношению к Леониду Слуцкому. Они считают, что в сравнении с Валерием Газаевым, при котором были одержаны все выдающиеся победы ЦСКА, ему не хватает харизмы, импульсивности.

— Когда с ЦСКА работал Валерий Георгиевич, к которому я отношусь с огромным уважением, он ведь тоже не всем болельщикам нравился. А насчет того, что Слуцкий менее импульсивен, чем Газзаев, я не совсем согласен. Просто один человек показывает свои эмоции и переживания на публике, другой держит все в себе. Леонид Викторович тоже неплохо "заряжает" команду, ребята выходят на поле мотивированными. У нас было много матчей, когда мы именно на характере, на эмоциях добивались перелома.

Все тренеры разные. Возьмем Жозе Моуринью: он скачет по полю, ругается. Другой тип — Арсен Венгер, который тоже немало выиграл, или Рафаэль Бенитес, побеждавший в Лиге чемпионов,— они более спокойные. Главное — как играет команда. Для меня важнее не имидж тренера, а то, виден ли рисунок игры, видно ли, чего он хотел добиться на тактических и теоретических занятиях, разборах матчей. В этом смысле Слуцкий меня абсолютно устраивает.

Вообще скажу так: ЦСКА подписал контракт с Леонидом Слуцким и выполняет все его условия. Тренер, со своей стороны, тоже. Никаких перемен клуб не ожидает.

— Леонид Слуцкий был назначен очень оперативно — сразу после выглядевшего довольно неожиданным ухода Хуанде Рамоса. Вы уже держали в уме в тот момент именно его кандидатуру? Были ли еще варианты?

— Мы договаривались с Рамосом, что он работает до конца 2009 года. Тогда в разгаре был экономический кризис, и масштабных трансферов клуб не планировал. К тому же Вагнера мне нужно было отпустить, уже ушел Юрий Жирков — ключевые футболисты. Я с Рамосом переговорил по этому поводу, и мы решили, что после Нового года он покинет команду. Я спросил его, как он считает: мне лучше начать поиски нового тренера после его ухода или приступить к ним немедленно? Рамос, очень порядочный человек, сказал мне: то, что я проработал всего пару месяцев, для моего имиджа нехорошо. Но так как ЦСКА отнесся ко мне с большим уважением, я дам такой совет — назначай сейчас: новый тренер должен повариться в играх Лиги чемпионов, в чемпионате России. Я послушал его. Мы, кстати, и сейчас созваниваемся и общаемся.

— Правильно ли мы понимаем, что Хуанде Рамос предпочел уйти, потому что не видел перспектив у команды после ухода сильнейших футболистов?

— Рамос по стилю, по амбициям — это тренер клуба, который должен, по крайней мере, бороться за победу в Лиге чемпионов. Он ведь выигрывал два года подряд с "Севильей" Кубок UEFA. А то, что ему было необходимо, в связи с кризисом я дать не мог. Соответственно, специалист мог себя немножко дискредитировать тем, что не получилось добиться привычного результата… Я Рамосу очень благодарен: он меня многому научил. Прекрасный человек, фантастический тренер, который умеет практически все и знает практически все. Но ситуация сложилась так, что долго возглавлять ЦСКА ему не довелось.

— Вам все же удалось минувшей зимой и по ходу сезона провести яркую селекцию. Как так получилось? Появилось много денег?

— Нет. У нас частный клуб. Мы считаем деньги, потому что они свои, и очень осторожно подходим к трансферам, стараемся определить реальную цену игрока и не переплачивать за него… Философия клуба — за него должны выступать молодые игроки, которые придут в команду надолго. Есть клубы, построенные на других принципах. Некоторые набирают 28–30-летних игроков. Это их право. Мы же идет своим путем — берем перспективных ребят, которые должны получить возможность вырасти в ЦСКА. Не для того, чтобы их продать. Хотя, конечно, если поступит предложение от топ-клуба из Англии, Испании, игрока невозможно не отпустить. Это будет просто хамство по отношению к человеку, который отдал клубу много лет и получил шанс поднять свой уровень — не финансовый даже, а, так скажем, карьерный. В финансах можно, наоборот, потерять. Вот ушел Милош Красич в "Ювентус", и мы понимаем, что на сегодняшний день он, возможно, и не сильнее ЦСКА. И зарплата у Красича там не больше, чем в ЦСКА. Но это же итальянский чемпионат, а "Ювентус" — великий топ-клуб, о котором Милош мечтал с юности. Как его было не отпустить?

— Вы вообще не рассматриваете варианты, кроме великих клубов?

— В рядовые команды футболисты от нас не уходили. Нет смысла. Поверьте, у нас была уйма предложений по многим ребятам. Они говорят, что не хотят их даже обсуждать, потому что для них идти в средний клуб Испании, Англии или Германии,— это несерьезно. Лучше играть в России, в ЦСКА.

— Как вы все же находите таких игроков, как Кэйсукэ Хонда, Сейду Думбия или Зоран Тошич? Многие из них до появления в ЦСКА были не слишком "раскрученными".

— Наша селекционная служба работает все время, без перерывов. За названными вами футболистами мы очень долго следили. Как, впрочем, за всеми остальными, кто появился в ЦСКА.

— Насколько долго?

— По-разному. Есть футболисты, ценность которых селекционеры определяют на вторую-третью игру, а есть те, за которыми они следят год. Вот сегодня у нас есть на примете один футболист, за которым мы внимательно наблюдаем и видим, что он действительно растет. Больше полутора лет смотрим за ним.

— Из какого хотя бы чемпионата?

— Давайте, не будем об этом, а то часто получалась так: мы кого-то хотим купить, и вдруг там появляются другие российские клубы и срывают трансфер. Те огромные суммы, которые платят некоторые наши команды, ЦСКА иногда мешают. Нам говорят: вот этого игрока купили за столько-то, так что и вы платите нам соответствующие деньги. И когда начинаешь им объяснять, что цена игрока на рынка известна, она гораздо ниже, слышим в ответ: да, но вы же богатые русские, вы можете в два-три раза больше заплатить. Правда, однажды произошел смешной случай. Один российский клуб вдруг взял и предложил за футболиста в два раза больше, чем мы. А клуб-продавец испугался. Из него звонят нам и говорят: ну, не может быть, чтобы за футболиста, который стоит, ну, условно $6 млн, предложили $12 млн! Это ведь обман, да?

— Состоялась сделка?

— Приобрел этого футболиста ЦСКА: у нас было право преимущественного выкупа, а на Западе очень редко, когда обманывают.

— А как селекционной службе ЦСКА удается держать в тайне ход переговоров? Вокруг будущих новичков "Зенита", "Спартака", "Динамо" сразу множатся слухи, выплывают наружу фамилии.

— Я верю тем людям, которые со мной работают. И меня никто никогда не предавал. Если в этом кабинете ведутся какие-то разговоры, то за его пределы они не выходят. Плюс мы договариваемся с другим клубом о конфиденциальности.

— Когда вы летом вернули в ЦСКА Вагнера, который год играл родине, в Бразилии, не сомневались в том, что поступаете правильно?

— Ни минуты. Вагнера я взял в ЦСКА мальчишкой — в 19 лет. Я его пять лет учил, воспитывал, можно сказать, как сына. Он ко мне иначе как "папа" и не обращается. На днях слушал комментаторов, которые рассказывали о том, как Вагнер хотел в матче со "Спартаком" получить четвертую карточку, чтобы пораньше уйти в отпуск. Бред! Это все от незнания самого Вагнера. Это откровеннейший, честнейший человек, он никогда не соврет. И если ему надо было бы уехать, он подошел бы к тренеру и сказал: отпусти меня. А получать для этого четвертую карточку, бить кого-то специально по ногам — это не про него.

Я помню, как у нас в газетах писали: Вагнер не вернется из Бразилии. Или вернется — но без мотивации. Не знают журналисты его. Вагнер не может валять дурака, не может дать обещание и не выполнить его. Не хочу называть имена, но были у нас такие футболисты, которые, опаздывая на тренировку, рассказывали, что им надо лечить зубы и поэтому они задерживаются. Все равно платили штраф. А Вагнер опаздывает и признается: "Мне исполнился 21 год, я устроил себе большой день рождения. Мы четыре дня гуляли. Я опоздал, у нас есть система штрафов, вот я привез деньги — вношу в кассу".

— Сейчас на него наверняка есть спрос в Европе?

— Не знаю, пока мы не получали никаких предложений. Вагнер не большой любитель менять места работы. Если будет предложение от топ-клуба, то, конечно же, мы его будем рассматривать вместе с Вагнером. Но он очень привык к России.

— А по Бразилии больше не заскучает?

— Через какое-то время, наверное, опять заскучает… Ну скажем, через три-четыре года. Но сам он пока никуда не собирается.

— Скорее всего, после этого сезона почти все игроки ЦСКА резко выросли в цене?

— Наверное.

— А сколько кто стоит? Тот же Вагнер?

— Цену определяет множество факторов. К тому же, как известно, предложение рождается спросом — это обычный закон бизнеса. Как только по Вагнеру поступит конкретное предложение, будем рассматривать. А приблизительную стартовую цену на него можно посмотреть на известном сайте transfermarkt.de: там ее определяют совершенно независимые эксперты (стоимость Вагнера на этом сайте — €18 млн.— “Ъ”).

Будет предложение — будем торговаться. Вряд ли долго. Я уверен, что средний клуб предложение по Вагнеру не сделает, понимая, что цена — солидная. А топ-клуб, если уж он захочет его купить, сразу предложит хорошие деньги. Дальше встанет вопрос об условиях для самого игрока. Если его все устраивает, то мы, конечно, где-то можем пойти на уступки.

— По Милошу Красичу вопрос быстро решился?

— Моментально. Хотя переговорщикам из "Ювентуса" кто-то что-то наобещал, и когда мы объявили им реальную цену Красича, они схватились за голову. Говорят: "Как же так? Вы нас обманули!" Они хотели получить игрока за €10–12 млн. Мы сказали: смотрите transfermarkt — там написано, что он стоит €18 млн. Мы спросили: а кто из клуба с вами разговаривал? Оказалось, что никто, что кто-то совершенно посторонний пришел и сказал, что он может решить в клубе вопрос вот за такую-то цену. Они все поняли.

— Нуждается ли сейчас ЦСКА, на ваш взгляд, в каком-то дополнительном обновлении или усилении состава?

— Я еще раз повторю, что селекционная служба постоянно работает. В нашем списке потенциальных кандидатов всегда 33 футболиста, то есть по три человека на каждую позицию. Нет, преувеличиваю — не 33, а 30, потому что вратарская позиция в ЦСКА и без того сильна. Сейчас закончится сезон, сядем вместе с тренером, пообщаемся по поводу усиления… Хотя я читал интервью Слуцкого: он считает, что, если нынешний состав сохранится, ничего страшного не произойдет.

— В ЦСКА тренер говорит, какие ему нужны футболисты на какую позицию, а клуб их покупает?

— Нет, конкретного игрока на конкретную позицию мы никогда ни одному тренеру не покупали. Это одно из первых правил, которому я научился. Есть два пути в селекции: английский, когда тренер является и генеральным менеджером, решая все вопросы, и итальянский. При втором подходе клуб понимает, что тренеры время от времени меняются.

Наша селекционная служба держит в поле зрения примерно 30 человек. На каждого игрока у нас есть досье. К этой анкете добавляются отчеты нескольких селекционеров, которые в разных играх смотрят потенциального новичка. И вот тренер приходит и говорит, что ему надо усилить левый фланг. Ему даются досье, диски с записями игр. Он смотрит и выбирает того из трех предложенных ему футболистов, который ему больше нравится.

— Почему все-таки вы выбрали именно итальянский подход?

— Вся коррупционная составляющая отпадает. Клуб предлагает игрока, клуб сам ведет переговоры с ним и агентом… Мы очень часто говорим о том, что в нашем футболе нет денег. Вот еще при Виталии Леонтьевиче Мутко (бывший глава РФС, министр спорта РФ.— “Ъ”) на исполкоме приводился такой пример: у какого-то клуба то ли из первой, то ли из второй лиги оплата агентских была порядка 180 млн руб. На такие деньги можно целый клуб содержать!

— Вас не раздражает ситуация, при которой частный клуб ЦСКА — это такая "белая ворона" в нашем чемпионате? Появилось много тех, которые тратят несоизмеримо больше.

— Вы знаете, не смущает. Можно много говорить о том, что "Газпром", другие структуры, которые финансируют наших соперников, являются полностью государственными предприятиями. Но ведь тратят они из собственных заработков, а не из бюджета. Другое дело, я уверен, что деньги в футболе надо считать. Я часто общаюсь с Александром Дюковым (президент "Зенита".— ”Ъ”), и он тоже считает, что футбол должен зарабатывать.

У нас бурно обсуждают сейчас актуальную тему — переход на систему "осень-весна". Говорят, что половина клубов пропадет. Не понимаю, почему они должны пропасть из-за перехода, из-за того, что 15-й тур поменяется местами с 30-м? А я бы другим вопросом задался: сколько клубов снимется с чемпионата не из-за перехода на другую систему, а из-за того, что нет финансирования? Оттого, что пришел, например, другой губернатор, который футбол не любит, а любит баскетбол, волейбол или хоккей. Или оттого, что дырка в бюджете данного субъекта федерации уже настолько велика, что наверху заметили и говорят: "Слушай, если ты еще на спорт денег дашь, мы тебя просто снимем и накажем".

Так этот вопрос у нас замалчивают. И Николай Толстых (глава Профессиональной футбольной лиги, возражающий против перехода.— “Ъ”) замалчивает, и остальные. Они собираются и говорят, что клубы пропадут, потому что летом мы будем делать перерыв в чемпионате. Да не делайте перерыв в первой и второй лигах — никто же не заставляет! Играйте точно так же, как сейчас, в те же сроки. Поменяйте круги. У нас же опять начинается: футбол — это социальное явления, это для народа. Футбол во всем мире социальное явление и для народа. Народу всегда надо хлеба и зрелищ. Но почему везде в мире футбол интересует частные структуры, а у нас это должно быть за счет государства? Когда футбол будет зарабатывать и потенциальный инвестор будет знать, что бюджет можно пополнить за счет телевидения, спонсоров, болельщиков, то можно и на трансферы потратиться для того, чтобы удовлетворить амбиции и лучше играть. Вот тогда пойдут в футбол частные инвесторы, построят те же манежи, чтобы зимой играть.

— Дорогие, кажется, манежи…

— Я читал: говорят, что они обойдут в 60 млрд руб. Ерунда. В 2004 году я разговаривал с финнами, и они приводили цифры: манеж на 8–9 тыс. посадочных мест стоит, если сразу несколько заказать по всей стране, примерно €5 млн. А после кризиса они, наверное, еще сговорчивее стали… В общем, если мы не будем задумываться о футбольном бизнесе, вся пирамида рухнет и у нас останется один-два клуба.

— Вопрос о переходе на систему "осень-весна" давно обсуждался. Вы ведь в том числе его поднимали…

— Сергей Борисович Иванов (вице-премьер РФ.— “Ъ”) на исполкоме РФС напомнил, что у нас уже был чемпионат "осень-весна" в 1976 году. Вернее, тогда в один год было проведено сразу два первенства, но суть от этого не меняется. Еще Валерий Лобановский говорил о том, что надо переходить на новую систему. Вот Николай Александрович (Толстых.— “Ъ”) все время говорит, что надо сначала построить инфраструктуру, а потом — переходить. Но у нас инфраструктура с 1976 года и строится! Правильно сказали: в России, пока руководитель не ударит по столу, пока не напишет, что должно быть так, а не иначе, ничего не будет.

Полтора месяца не играть в футбол в четный год летом, когда идет чемпионат мира или Европы, мы можем. А полтора месяца перерыва в нечетный год, когда нет чемпионата мира и Европы,— почему-то нет. У нас — северная страна. Смешно…

А выгоды от перехода очевидны. Для потенциальных инвесторов наш чемпионат будет выглядеть еще более привлекательно, тем более если активнее продвигать телетрансляции матчей премьер-лиги на Запад. На данный момент один матч тура впрямую транслируется в Бразилии, Испании, Италии. Трансляции планируют закупить англичане, японцы. Возможно, к ним подтянутся и китайцы. Это же все деньги, которые пойдут в клубы. Не только в "Зенит" или ЦСКА, а во все клубы. Ну, почему же об этом должны думать только два-три человека? Большинство клубов ничего сами делать не хотят. Все ждут, когда на них свалятся деньги от федерального центра, из областного бюджета, от госкомпаний. А потом получается, что в этих клубах по три-четыре месяца не выплачиваются зарплаты.

— Лимит на легионеров — еще одна тема, которая сейчас обсуждается. Каким он, по-вашему, должен быть?

— Я никогда не мог понять, почему легионеров должно быть семь, пять, шесть. Почему? Пускай кто-то объяснит, откуда это. Клубные руководители же не идиоты, чтобы именно иностранцев предпочитать российским игрокам. Я купил в 2004 году аргентинца Османа Ферейру, одновременно в ЦСКА пришел на ту же позицию никому тогда не известный Юрий Жирков. Ферейра обошелся ЦСКА примерно в $3 млн, а Жирков стоил где-то $400 тыс. Играл Жирков. И что самое интересное: его поставил в состав португальский тренер Артуру Жоржи, которому с Ферейрой было бы легче общаться. Все по-честному: кто сильнее — тот и играл. При этом сейчас нельзя сказать, будто талантливые русские футболисты напирают, а мы их не пускаем, блокируем дорогу в основную команду.

— Но такое мнение высказывается. Говорят, что мягкий лимит ослабляет сборную.

— Сколько итальянских футболистов "Интера" участвовали в финале Лиги чемпионов? Один — Марко Матерацци. Да и тот сидел на скамейке. А сколько англичан играет в "основе" "Арсенала". Да фактически никого. И что, английская и итальянская сборная слабы?

Круг хороших российских футболистов вообще очень узок. Посмотрите на сборную России! В основном она состоит из игроков "Зенита" и ЦСКА. Ну, и еще два-три футболиста из европейских чемпионатов. И все, выбора нет. Понятно, что всех перспективных российских игроков купят ЦСКА, "Зенит", "Спартак", "Рубин" — лидеры. А как быть остальным клубам? Набирать посредственных футболистов, которые из десяти матчей против нас в лучшем случае один выиграют. А откуда тогда взяться конкуренции, которая поднимает уровень чемпионата и выступающих в нем футболистов?

Хороший подход к проблеме легионеров, я считаю, у итальянцев. Им разрешают в одно трансферное окно приобрести лишь одного футболиста не из Европы. В качестве альтернативы и нашим клубам можно было бы разрешить в год приобрести, скажем, трех игроков иностранцев. То есть я купил игрока по всем правилам — забудьте навсегда, что он легионер.

— Вы верстали бюджет клуба в начале года c профицитом, так? По прогнозам, удастся добиться намеченного?

— По крайней мере "в ноль" мы точно выходим.

— Это серьезное достижение?

— Я считаю, что это большое достижение. Даже если мы чуть-чуть уйдем "в минус", это будет не принципиально. Важно, что мы смогли заработать за год около $60 млн.

— Столько российские клубы раньше не зарабатывали?

— Конечно, никогда у нас такого не было.

— Есть ли еще резерв для роста: отчисления от спонсоров, телевидение, болельщики?

— Телевидение — это, безусловно, резерв. Да и болельщики. Пока, правда, не понимаю, что нужно делать, чтобы болельщик в России заполнил стадионы. Возможно, небольшой прирост дадут строящиеся арены — более комфортные. Пока же большинство болельщиков предпочитают смотреть футбол по телевидению.

Конечно, Москва — это все-таки исключение. Это много клубов и много разных вариантов провести досуг. Я вот ездил в Дортмунд. Там стадион на 90 тыс. И трибуны заполняются — со всех окрестностей люди едут. Или возьмем клуб "Хоффенхайм". Там стадион больше вмещает, чем жителей в городке, где он базируется. В немецком менталитете заложено пойти на футбол, выпить кружку пива, съесть сосиски, посмотреть игру, поболеть. Как у англичан. Мне кажется, в Англии мать из роддома с ребенком первом делом идет на стадион. У нас такого еще нет.

— Вы про телевидение упомянули…

— Тут у нас с Европой огромная пропасть. За нынешний год мы получили от "НТВ-Плюс" $24 млн. Для сравнения: в Румынии отчисления за футбольные трансляции от телевидения составляют €200 млн.

— За сезон? В Румынии?

— Да. В Турции — $275 млн. Задумайтесь, где мы?! Я даже не брал сейчас Германию. Там доходы от телевидения равны €650 млн в год, и они €100 млн отдают на первую и вторую лигу, чтобы футбол развивался. Идем дальше. Англия — трехлетний контракт на £3 млрд. Испания — €600 млн, правда, из них €360 млн приходится на долю "Реала" и "Барселоны", но ведь €240 млн на остальные клубы. Сравните с нашими $24 млн… Я могу привести сейчас примеры Венгрии, Польши, Голландии… Цифр, по скромности сопоставимых с нашими, нигде нет. Разница — в десятки раз.

— На телевидении обычно говорят, что российский футбол такой, что больше не стоит.

— Хорошо, давайте поговорим о качестве работы телевидения. Например, о том же "НТВ-Плюс". Я сейчас не сравниваю качество его трансляций с качеством трансляций, скажем, канала Sky. Как раз картинку "НТВ-Плюс" потихоньку улучшает. Дело в продаже продукта. Для 140-миллионной страны 500 тыс. подписчиков каналов "НТВ-Плюс Спорт" или "Наш футбол" — это ничто. Компания делает ставку на элитного зрителя, что неправильно. Был же разговор, что канал "Наш футбол" будет стоить 300 руб. Согласен, отличная идея, подпишутся многие. Например, 3 млн человек. Это — $30 млн в месяц, за десять месяцев — $300 млн. Спокойно можно дать 200 млн футбольным клубам.

Но ведь надо же бесплатно поставить комплект оборудования. А он у нас стоит от 9 до 15 тыс. руб. За границей подобный комплект стоит €1. Или £1 — в зависимости от того, в какой стране находишься. Задумайтесь! А у нас — $300–400. Многие столько платить не в состоянии.

Почему я думаю, что "НТВ-Плюс" работает не совсем эффективно? Потому что у него есть спонсор — "Газпром-медиа", к которому приходишь и снимаешь шляпу: дяденька, помогите. А должен быть бизнес-проект — не к дяденьке ходить, а зарабатывать.

— Не хотелось бы ЦСКА по примеру того же "Реала" самому продавать права на трансляции и зарабатывать больше?

— Конечно, больше денег я заработаю сам. Но ЦСКА не играет в одиночку. А если клубы будут разрушаться и выпадать из системы, то цена и на ЦСКА будет падать. Никому не нужен чемпионат из трех-четырех клубов. Почему в Англии футбол столько стоит? Потому что играет там "Манчестер Юнайтед" с каким-нибудь "Вест-Бромвичем" и не может его обыграть. Непредсказуемость народу и нравится.

Возвращаясь к разговору о резервах — есть еще спонсорство. На сегодняшний день только три-четыре наших клуба по-настоящему интересны спонсорам.

— У вас в этом плане все в порядке? Договор с "Башнефтью", заключенный в начале года, будет пролонгирован?

— А почему нет?

— Он ведь заключен лишь на один год.

— Да, мы должны пролонгировать этот контракт. Обычно у всех наших компаний-спонсоров в конце ноября — начале декабря проходит утверждение бюджета, подтверждение всех спонсорских отчислений. Пока то, что о чем мы договаривались с руководителями "Башнефти", остается все в силе.

— Вы про непредсказуемость чемпионата сказали. У нас в этом году много было разговоров о так называемых странных матчах…

— Я знаю, как с ними бороться. Нужен финансовый фактор. Представьте себе мотивацию игроков, если разница между восьмым и девятым местом составляет $5–7 млн. Значит, клуб, если ты сыграешь хорошо, может предложить другой контракт, и зарплата футболистов будет зависеть от того, заняли ли они восьмое место или нет. Из этих $5–7 млн можно один выделить на премиальные всем. Разве плохая мотивация? Коммерческая составляющая, распределение призовых в зависимости от занятого места, вообще закроет вопрос о договорных матчах. Но для этого надо хотя бы €150–200 млн получать от телевидения и спонсоров.

— Так, на ваш взгляд, в этом сезоне были договорные матчи?

— Думаю, были. Судейство было во многих матчах странное. Сказать, что продажный судья, не скажу. Может, он просто неквалифицированный. Дураков сегодня в футболе нет. Все что-то видят и понимают. Но… Меня приучили, что лучше девять виновных не обвинить, чем обвинить одного невиновного. Конкретные игры я не назову, доказательств нет. Поверьте, как только у меня появится факты, а не разговоры, как только я буду точно знать, что Сидоров передал Пупкину деньги за то, чтобы проиграть матч, я настою на том, чтобы этих двух команд не было в чемпионате.

— Как обстоят дела со строительством стадиона ЦСКА?

— Все нормально. Мы выиграли тендер и купили землю у Министерства обороны. Сейчас оформляется свидетельство о собственности. К сожалению, пока мы всем этим занимались, у нас истекли сроки разрешительных документов мэрии. Мы их сейчас продлеваем. Возможно, мы немножко быстрее получили бы эти документы, но произошла смена мэра, смена руководителей многих департаментов в правительстве Москвы. Для них наш стадион — вопрос не первоочередной, тем более когда зима на дворе. Но мы все эти продления скоро получим.

— 2013 год — это реальная дата окончания строительства?

— Я думаю, что если не произойдет каких-то катаклизмов, то весной мы возобновим строительство. И если начнем по плану, то к концу 2012 года закончим. Потому что все строители, с кем я консультировался, говорят, что в нашем случае потребуется от 14 до 18 месяцев, при том что у нас уже сделана часть подземных работ. Подрядчик выбран — это компания "Ингеоком". Расценки в связи с кризисом только упали: металл подешевел, бетон, стоимость работ.

— Московские клубы "Спартак" и "Динамо", которые тоже озабочены строительством новых стадионов, в связи с борьбой России за чемпионат мира 2018 года изменили проекты в пользу увеличения вместимости трибун. Почему ЦСКА так не поступил, остановившись на 30-тысячнике?

— Мы не собирались строить 50-тысячник только потому, что, возможно, нам дадут чемпионат мира и там будет сыграно две-три встречи. Потом стадион почти всегда будет полупустым. Зачем это? Я хочу, чтобы у меня 30-тысячные трибуны были заполнены всегда. Представьте, какая будет телевизионная картинка! Она и стоить будет дороже.

Комментарии
Профиль пользователя