В Киеве во вторник пройдут неформальные консультации по приднестровскому урегулированию в формате "5+2". В Евросоюзе уверены, что официальные переговоры, прерванные пять лет назад, в ближайшее время возобновятся и окажутся успешными. О возможном изменении формата "5+2", а также о путях решения накопившихся проблем спецпредставитель ЕС в Молдавии КАЛМАН МИЖЕИ рассказал специальному корреспонденту “Ъ” СЕРГЕЮ СИДОРЕНКО.
— Каковы цели Евросоюза на предстоящих консультациях?
— Мы хотим, чтобы формальные переговоры начались как можно быстрее, я бы даже сказал — немедленно. ЕС считает, что приднестровский конфликт может быть решен, и мы хотим приложить все усилия для этого. При этом переговоры необходимо возобновить без каких-либо предварительных условий.
— Многие считают, что это станет возможным только после проведения парламентских выборов в Молдавии и Приднестровье и формирования новой власти.
— Я не раз слышал такое мнение от некоторых наблюдателей и участников переговоров. Но я думаю, что мы можем возобновить переговоры в любой момент, не ожидая выборов,— и в Приднестровье, и в Молдавии уже сегодня есть уполномоченные для этого лица. Однако если сейчас мы достигнем согласия, что переговоры возобновятся сразу после формирования нового правительства Молдавии, это тоже не будет худшим решением.
— Вы уверены, что грядущие выборы в Молдавии позволят преодолеть политический кризис, продолжающийся в стране с 2008 года?
— Прежде всего мы ожидаем проведения демократических выборов. Убежден, что так и будет, и это само по себе станет очень хорошим результатом. Затем, действительно, нужно будет создать условия для долгосрочной деятельности органов власти. Я в этом вопросе оптимист, и думаю, что переговоры о выборах президента будут успешными.
— Перед прошлыми парламентскими выборами все тоже на это надеялись.
— Что ж, у молодых демократий бывают трудности, но это не трагедия. Главное для нас — успешная демократия Молдавии. Поверьте, отсутствие демократии принесло бы Кишиневу намного больше проблем, чем демократия с временными проблемами.
— Нынешний формат "5+2" — это аксиома или возможно его изменение?
— В формате "5+2" участвуют все стороны, которые требуются для успеха переговоров. Но мы знаем, что есть ожидания, особенно у наших молдавских партнеров, об изменении статуса ЕС. Это естественно, ведь ЕС является самым важным партнером Молдавии и крупнейшим торговым партнером Приднестровья. И мы хотим, чтобы в формате "5+2" все были полноправными участниками переговорного процесса.
— То есть статус США тоже будет повышен?
— Молдавская сторона поддерживает изменение статуса США до уровня посредника. И если будет консенсус — а я думаю, что он будет,— эти изменения произойдут.
— Это означает, что придется изменить название "5+2"?
— Условно говоря, будет просто "семь". (Смеется.)
— Семь или восемь? Есть мнение, что в переговоры следует включить Румынию.
— Нет, семь. Румыния — член Евросоюза. Наши румынские коллеги полностью доверяют переговорной команде ЕС и поддерживают идею об изменении переговорного статуса ЕС.
— Есть еще одна страна ЕС, которая играет особую роль в урегулировании конфликта,— Германия.
— Немецкий канцлер Ангела Меркель действительно делает много усилий для возобновления переговоров. Но Германия, как и Румыния, принимает участие в переговорах как член ЕС и действует в полном согласии с Брюсселем.
— Многие эксперты утверждают, что Германия настаивает на выводе российских миротворцев из Приднестровья. Какова позиция ЕС и принимает ли ваши аргументы Москва?
— Молдавия — нейтральная страна. В нейтральной стране не может быть иностранной военной базы, поэтому проблема с присутствием миротворцев должна быть решена. Но позицию российской стороны по этому вопросу корректно будет узнавать в Москве.
— Я вам напомню: МИД России официально высказал недоумение по поводу того, что участники переговоров "настойчиво предлагают России свернуть участие в одной из самых эффективных миротворческих операций". Вы согласны с такой оценкой?
— Приднестровский конфликт имеет свою историю. Но участники переговоров должны понять, что ситуация меняется. Сегодня надо думать о решении конфликта, учитывая интересы всех сторон, в том числе с учетом нейтральности Молдавии. Кишинев ожидает, что по итогам решения конфликта на территории страны не будет иностранных войск.
— Ожидаете ли вы продвижения в приднестровском урегулировании по итогам саммита ОБСЕ, который состоится в Астане 1–2 декабря?
— У саммита ОБСЕ хороший потенциал для решения замороженных конфликтов, в особенности приднестровского. Так что я надеюсь, что 2011 год станет годом огромного прогресса в приднестровском урегулировании.
— Каков, по мнению ЕС, идеальный результат реинтеграции Молдавии?
— Сейчас нам необходимо сконцентрироваться на содержании, ведь в мире есть федерации с очень сильной централизацией, а есть унитарные государства с очень сильной децентрализацией. Мы понимаем, что приднестровцы ожидают сильного статуса, и поддерживаем эту позицию. Однако они должны аргументировать все свои требования — почему в том или ином вопросе им нужна автономия, полная или неполная. При этом конкретных аргументов мы ждем и от Кишинева.
— На ваш взгляд, насколько широкой должна быть экономическая автономия Приднестровья?
— Максимальная в рамках единого государства. Возьмем, к примеру, таможню. Конечно, государство является государством, когда у него есть интегрированная таможенная система. Но если для Тирасполя будет важно, чтобы приднестровский участок границы с Украиной контролировали приднестровские таможенники, об этом можно вести переговоры.
— Каким может быть решение языкового вопроса?
— По этому вопросу нужны переговоры. Конечно, в конституции Молдавии указан государственный язык. Есть, правда, спор о том, как его называть. В тексте конституции он указан как молдавский, хотя обычно его называют румынским. В то же время нельзя отрицать факт широкого использования русского языка в общественной жизни Молдавии, а в Приднестровье, как известно, русский и украинский языки используются в официальной практике.
— В последнее время заметно определенное потепление между Кишиневом и Тирасполем. Запущено железнодорожное сообщение, готовится возобновление телефонной связи, прерванной еще в 2003 году. Что стало причиной этого?
— Действительно, сейчас идут очень здоровые процессы. Мы доказали, что изоляция Приднестровья — это не выход, и молдавское правительство поддержало нас. Смена подхода уже приносит плоды и принесет еще больше в будущем. Ведь суть европейских ценностей — учитывать не только мнение руководства, но и желания граждан, простых людей.
— А вы уверены, что ваши усилия по реинтеграции совпадают с желанием жителей Приднестровья?
— Конечно, можно понять желание населения... Но есть международное право, и приднестровскую проблему мы будем решать в четком соответствии с ним. Если бы мы не придерживались этого правила, в мире было бы гораздо больше конфликтов.