Коротко

Новости

Подробно

"Очевидное расхождение слова и дела усиливает безразличие и криминальное поведение"

от

ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ, член политкомитета партии "Яблоко", доктор экономических наук, не назвал корреспонденту “Ъ” ВИКТОРУ ХАМРАЕВУ точные сроки, после которых развал политической системы станет необратимым, хотя считает такой вариант вполне реальным и предлагает меры по опережению.


— Почему все демократы, включая ваше "Яблоко", постоянно твердят, что наша политическая система — "имитация демократии". Или это вы от обиды: раз демократы проигрывают все выборы подряд, значит, у нас не демократия, а имитация?

— Этот вопрос задают уже лет пятнадцать. Вы считаете, что можно так долго ходить в обиженных? Я не думаю, что люди, утверждающие, что дважды два четыре, делают это от обиды. Миллионы людей абсолютно убеждены, что выборы нечестные. И это вовсе не только наши горячие сторонники (кстати, у нас миллионы сторонников даже по официальным данным). Очень многие от этого теряют всякое доверие к государству и его институтам. Но поскольку немало людей продолжают считать, что надо участвовать в выборах, по крайней мере для того, чтобы никто не мог сказать: "Ну вот, видите, вы же сами не ходите", мы в них участвуем. Кстати, октябрьский день выборов показал нам, что есть немало сигналов о том, что люди к нам позитивно относятся, хотя мы испытывали большие трудности в агитации и наблюдении за подсчетом результатов.

— Хорошо, но выборы же у нас по закону есть?

— Да, еще не хватает, чтобы их и на бумаге отменили. Но посмотрите хотя бы данные официальных опросов — очень мало тех, кто считает выборы честными. Это одна из существенных причин, почему люди всерьез недовольны качеством жизни.

— Да. Но партии же у нас есть?

— Да, есть. Вопреки всем трудностям есть немало людей, которые, рискуя обычным благополучием, продолжают участвовать в общественной и политической жизни. Они хотят многое изменить, умеют действовать в рамках закона и категорически не хотят быть ни партизанами, ни революционерами. Такие люди мыслят не только о благах и карьере, но и о более существенных и долгосрочных вещах.

Но это не партия власти. Партия власти — это вообще наш сугубый феномен, результат выживания за счет подчинения в течение многих десятилетий. Такая партия либо подчиняется сама, либо подчиняет себе, в том числе и тех, кого еще недавно считала кумирами. Поэтому она, к примеру, так резко против выборов губернаторов.

— Согласен, выборы тут косвенные, но все же выборы.

— Выборы могут быть только прямые, на альтернативной основе. Другой вопрос, что пост губернатора исключительно ответственный, и поэтому какой-то отсев заведомых популистов и экстремистов нужен. Но это вопрос ответственного, здравого законотворчества. Например, можно постановить, что возможность выдвижения губернаторов для голосования населения имеют только партии. Но все, а не одна — исключительная.

— Но ведь у нас есть свобода слова, море всевозможных изданий, в том числе политических.

— Обилие гламурных и эротических изданий вовсе не означает, будто в стране наступила свобода слова или свобода прессы. Нужны политические дискуссии, общественные дискуссии по ключевым проблемам жизни страны. Такие дискуссии — обязательное условие устойчивого развития государства, его надежности.

— Вообще-то, за последние "нулевые" десять лет мы без дискуссий развивались куда как успешнее, чем в предыдущие 90-е десять лет при безудержных дискуссиях.

— Вы что, всерьез полагаете, что цены на нефть и сырье в мире выросли потому, что в России не стало политических дискуссий? Видимость успешности, создаваемая средствами чиновничьего подчинения и соподчинения,— это, как понимает любой человек, вовсе не то, что на самом деле требуется. Дискуссии же прекратить невозможно. Обсуждение важных тем все равно идет. И даже на почти частном уровне оно оказывает влияние на происходящее. Но если бы общественная дискуссия шла на нормальном уровне публичности и политической культуры, то это было бы гораздо полезнее. Впрочем, конечно, уровень культуры не всем дается.

— Значит, "надобно не пущать"?

— Как вам сказать... Некоторых во власть действительно "надобно не пущать". Государственная служба хоть когда-нибудь должна же перестать быть источником статусной ренты. Нужно другим заниматься.

— Например?

— Требуется, например, реально создать условия, чтобы уменьшилось "бегство мозгов". А для этого нужна свобода — творческая, контактов, передвижения, причем ее нужно обеспечить необходимыми ресурсами. Нужно обеспечить людей минимальным жизненным комфортом, гарантировать личную безопасность и безопасность их творческих занятий. Наукограды в огромном количестве строились в СССР, только вокруг Москвы их около десятка. И что? Советская наука не выдержала конкуренции даже в период своего расцвета и успехов. Наши ученые были во многом лучше западных, но с ними обращались не как с людьми, а как с механизмом, который что-то "обеспечит стране".

Или взять дезинтеграционные процессы на Северном Кавказе и Дальнем Востоке. Там можно попросту полностью потерять рычаги управления при первом же сокращении государственных расходов из-за банального снижения госдоходов, если оно вдруг произойдет. Об этом надо думать срочно, пока действительность не обошлась с нами, как во время лесных пожаров. И надо по возможности действовать институционально, сводя ручное управление до необходимого минимума.

— То есть начнут действовать институты?

— Надо, чтобы начали действовать институты. Сначала на местном уровне, потом на более высоком. Все сразу не получится, но направление должно быть выбрано. К сожалению, этого нет, невзирая на разговоры. Более того, очевидное расхождение слова и дела усиливает безразличие и криминальное поведение. У людей создается ощущение пройденной "точки невозврата".

— По-моему, в этом деле неуместен термин "точка невозврата". Уж насколько необратимой была советская политическая система, и ничего — реформировали.

— "Точка невозврата" — это когда уже ничего невозможно поправить. А развалиться, как советская система, всегда можно. Строго говоря, ее не реформировали, а просто на обломках делали что попало и получили то, что имеем. К этому опять можно прийти, если цинично ничего по существу не менять, например нынешнюю выборную систему. Короче говоря, дождаться, когда вырвутся на необозримый простор националисты и популисты и будут воевать и с народом, и друг с другом.

— И выхода из этого круга нет?

— Нужно, не откладывая, в тех СМИ, которые контролируются государством, снять запрет на критику высших чиновников, включая президента и премьера. Полностью восстановить в правах некоммерческие гражданские объединения. Осуществить комплекс мер по обеспечению независимого суда. Запретить представителям бизнеса занимать государственные должности, а работникам властных структур входить в советы директоров госкомпаний. Дать бизнесменам право открыто и прозрачно финансировать деятельность партий. На фоне этого понизить барьер для прохождения партий в парламент и местные представительные органы, ввести одномандатные выборы в два тура. Сократить сроки полномочий избираемых должностных лиц.

— Кто и в какие сроки должен это сделать?

— Сама власть должна начать делать это. Двух-трех лет достаточно, чтобы реализовать такие идеи и успеть провести модернизацию в среднесрочной перспективе.

— Всякая модернизация уже отложена на период после президентских выборов 2012 года.

— Почему вы так решили? Это вопрос умения и политического мастерства. Выборы как раз могут помочь. Дело в личной и политической ответственности.

Комментарии
Профиль пользователя