Коротко

Новости

Подробно

Статистика: читай и плачь

Журнал "Огонёк" от , стр. 21

Перепись еще не закончилась, а некоторые важные сведения о нашем народе уже подтвердились. Народ несгибаемый, характер нордический, беспощаден к врагам... Короче, палец в рот не клади. Перепись — дело серьезное, с предысторией


Дмитрий Орешкин, политолог


Опасная профессия — счетовод


Во время переписи 1937 года Михаил Курман (1905-1980) был подающим большие надежды начальником сектора населения Центрального управления народно-хозяйственного учета (ЦУНХУ) Госплана. Верным сталинцем и ортодоксальным коммунистом. В 1938 году он был арестован, в 1948-м освобожден. Затем снова арестован и окончательно освобожден лишь в 1955 году. Он единственный из верхушки ЦУНХУ, кто смог выжить и оставить воспоминания. Всего же из восьми довоенных начальников советского статистического ведомства были расстреляны пятеро: В. Осинский, С. Минаев, В. Милютин, И. Краваль, И. Верменичев. Только после этого Родина убедилась, что счетоводы научились наконец обеспечивать результат, который ее устраивает. К тому же началась война, стало не до них.

Относительно переписи, по Курману, дело было так.

Последние настоящие данные о населении Союза относились к концу 1931 года. В 1932-м и 1933-м случился "очень большой неурожай" (корректное выражение партийца Курмана; сейчас злопыхатели пользуются термином "голодомор"). Естественный прирост за эти годы был "крайне мал, а в отдельных случаях оказался даже отрицательным". В таких условиях политически грамотное руководство ЦУНХУ закрыло для печати все данные о населении. Но для себя вело секретный счет — а как же иначе?

"Каково же было наше удивление,— рассказывает Курман,— когда на XVII съезде партии Сталиным была названа цифра населения, которая расходилась в сторону завышения против нашего исчисления миллионов на восемь". Курман, как настоящий коммунист, потребовал довести до вождя истинную цифру. Логика советского патриота: публиковать материалы нельзя, потому что это будет на руку классовому врагу. Но высшее-то начальство должно знать правду!

"Мне потом говорили, что Осинский (тогдашний начальник ЦУНХУ.— "О") имел разговор со Сталиным на эту тему, и Сталин ответил, что сам знает, какую цифру ему называть. Правда, в печатном тексте численность населения была уменьшена на миллион против устного выступления Сталина. Тем не менее она была сильно завышена".

Тут бы молодому Курману смекнуть, что раз наука суть явление партийное, значит что Сталин сказал, то и есть настоящий научный факт. Семь миллионов больше, семь меньше — какая разница. Главное, народ сплочен, беззаветно любит вождя и под его руководством вершит великое дело коммунизма. А бабы потом новых народят...

"Лучше стоять за высокие темпы, чем сидеть за низкие",— сформулировал тогдашнюю позицию советской экономической науки академик Струмилин, рыцарь Госплана. И темпы развития страны стали что надо. На бумаге. На страницах партийных газет. В школьных и вузовских учебниках... Жизнь показала, что Струмилин был глубоко прав: в отличие от руководителей ЦУНХУ, земля носила его почти сто лет — с 1877 по 1974 год. И человек, в общем, не бедствовал.

Но вернемся к демографии. По первым же итогам переписи 1937 года обнаружился большой разрыв с цифрой, которую ожидали, исходя из слов Сталина. Товарищам из ЦУНХУ было предложено объясниться, как они со своими цифрами дошли до жизни такой. А как объяснишься, если ежу понятно: Сталин взял цифру с потолка, исходя из темпов роста населения, какими они были до коллективизации. Из общетеоретических соображений о ходе исторического прогресса. А ЦУНХУ, на беду, занимался конкретным практическим учетом. Раз практика, поганый критерий истины, посмела разойтись с всепобеждающей теорией, и тем более с мнением вождя, тем хуже для практики. На том стоял и стоять будет союз нерушимый республик свободных.

Перепись 1937 года была признана дефектной в результате идеологической диверсии правотроцкистого отребья, окопавшегося в советских статистических учреждениях. ЦУНХУ подвергнуто глубокой зачистке, высшее начальство в очередной раз расстреляно. М. Курман провел в тюрьмах и лагерях в общей сложности 18 лет, где освоил много полезных для советского человека навыков. Выжил благодаря череде компромиссов и счастливых случайностей. Ну и слава богу. Тем временем в Москве руководство статистической службы было укреплено надежными кадрами из ЧК, после чего в 1939 году быстро представлена новая перепись, где дебет не сходился с кредитом, но зато имелось полное совпадение с цифрой, представленной вождем на съезде победителей.

С тех пор вплоть до хрущевской оттепели статистика населения у нас не велась, чтоб не облегчать жизнь шпионам и злопыхателям. Поэтому мы так и не знаем точно потерь в Великую Отечественную войну. Не только потому, что трудно сосчитать убитых, но и потому, что не знаем реальной численности населения перед войной. Так, прикидки с большей или меньшей степенью достоверности.

Что делать, если кто виноват?


Так все-таки — участвовать или презреть? И в выборах тоже. "До тех пор, пока в России не будет упразднена монополия на власть олигархической группы Путина/Медведева, пока не будут проведены свободные выборы с участием всех реально существующих политических партий, МЫ ОТКАЗЫВАЕМСЯ ПРЕДОСТАВИТЬ НАШИ ЛИЧНЫЕ ДАННЫЕ ЭТОМУ РЕПРЕССИВНОМУ РЕЖИМУ",— большими буквами пишет народный вождь и литератор Эдуард Лимонов.

Что тут скажешь г-ну Лимонову. Что за переписные данные заплачено человеческой кровью и преступно прерывать летопись наблюдений? Он вряд ли поймет. Если б понимал, не называл бы свою партию национал-большевистской.

Большевики ведь так не любили правду о стране и о себе! В частности, переписей. И честных выборов тоже. И, с другой стороны, поэтому мы как народ так органично и глубоко заражены цинизмом. Никто ничему не верит. Многие искренне считают, что признаком умного человека является лагерная логика варвара: не верь, не бойся, не проси. Умри ты сегодня, а я завтра...

— Мы не знаем страны, в которой живем,— сетовал на закате Союза один из последних его лидеров, Ю. В. Андропов.

А вы как думали, товарищ? Не знали и не могли знать. Все те, кто хотел и мог вам рассказать про страну, получили более чем понятный сигнал, что делать этого ни в коем случае не следует. Да вам на самом-то деле и не нужна была правда. Наука, как и все остальное, для вас была лишь орудием классовой борьбы. То есть борьбы за власть. Реальные правила игры требовали совсем иного: пропагандистской картинки, где рабочий с отбойным молотком, крестьянка с хлебными колосьями и ученый в очках с ядром атома на ладони уверенно смотрят в будущее...

Картинок было в избытке. Те из нас, кто попроще, до сих пор полагают, что примерно такой и была страна вместе с народом. Для таких статистика вообще и перепись в частности тоже нож острый.

На самом деле она нам всем нужна как шаг к выздоровлению. Ну, хотя бы температуру померить. Пусть среднюю по бараку — все лучше, чем ничего. Главное, чтоб была реальная.

После многолетнего сталинского перерыва в 1958 году был издан статистический сборник "СССР в цифрах". Его размер — в два спичечных коробка. Там много такого, от чего специалисты плачут и смеются: "На душу населения за период с 1913 по 1957 год продукция всей промышленности увеличилась в 23 раза, в том числе производство средств производства — в 51 раз и производство предметов потребления — в 8,7 раза".

Может, оно и так. Только политически грамотные советские статистики забыли напомнить читателю, что объем "всей промышленной продукции" нельзя измерить в тоннах, километрах, литрах и гектарах. Можно только в рублях. В так называемом стоимостном выражении. А рубли в СССР деревянные. Никому, кроме советской власти, не подвластные и самостоятельной стоимости не имеющие. Напечатай их в 10 раз больше — вот тебе, грубо говоря, и десятикратный рост стоимостного выражения "всей продукции". При неизменном физическом объеме.

Так что черт его знает, что значат эти цифры. Пропаганда. То же самое и с переписью.

Возьмите недавние обещания не повышать пенсионный возраст. Приличные эксперты с самого начала говорили, что все равно придется. Даже дату называли. Где-то возле 2015 года. Ведь это на пальцах считается. В 1956 году на 200 млн советского населения приходилось 18 млн пенсионеров. Всего 9 процентов. В таких условиях и мудрить нечего: один старик на нескольких работающих, прокормить нет проблемы. Но чем выше социальное развитие, тем стариков больше — растет продолжительность жизни. А молодежи меньше. Многодетность уходит из современных городских семей, становится скорее исключением, чем правилом. Ныне на 141 млн населения в России уже более 38 млн пенсионеров. Доля выросла в 3 раза — до 27 процентов. Тащить в 3 раза выросшую финансовую нагрузку работающему населению тяжело. И с каждым годом будет тяжелее. Неизбежно.

В скорой перспективе число работающего населения сравняется с числом пенсионеров. И что тогда? Заранее было ясно, что без непопулярных решений не обойтись. Заранее было ясно, что нужна накопительная реформа. Ее, конечно, сделать не успевают. Остается по привычке кормить народ пропагандой: спи спокойно, дорогой товарищ, родное государство о тебе позаботится...

То есть врут в автоматическом режиме, не приходя в сознание. А на самом деле надо хотя бы поточнее знать ожидаемый масштаб бедствия. Для чего необходима как минимум аккуратная перепись.

Верить или не верить?


Дмитрий Орешкин

Дмитрий Орешкин

Фото: Владимир Персиянов, Коммерсантъ

Статистики знают про закон больших чисел. Грубо говоря, при больших объемах наблюдений ошибки в ту или иную сторону друг друга нивелируют и в среднем получается результат, близкий к реальности. Если, конечно, наблюдения ведутся добросовестно и нет целенаправленного сдвига. К сожалению, в советских работах после 30-х годов сдвиг в сторону казенного оптимизма присутствует почти всегда: жить хотелось всем. Поэтому в нашей удивительной стране закон больших чисел наполняется особым уникальным смыслом: при большом и разнообразном объеме наблюдений невозможно так фальсифицировать весь массив исходных данных, чтобы совсем не осталось следов. Где-нибудь что-нибудь с чем-нибудь непременно не сойдется. И добросовестные специалисты (их не так уж мало и становится все больше), поработав с исходниками, всегда могут оценить масштаб приписок и реконструировать правду.

Что, конечно, трудно и глупо, потому что умнее и дешевле было бы с самого начала публиковать то, что есть на самом деле, но тогда это была бы другая страна. С другими социокультурными традициями.

Это касается любой статистики, будь то электоральная, экономическая или демографическая. А если есть по отдельности и та, и другая, и третья, да к тому же собранная разными людьми из разных ведомств, то врать становится втройне сложней. Попытки завысить долю проголосовавших за партию власти в Петербурге в 2007 году привели к смешным расхождениям с данными о населении. Получилось, что число избирателей в городе между декабрем 2007 и мартом 2008 года снижалось разительнее, чем во время сверхсмертности зимой 41-го... А попытки завысить численность населения в Чечне во время прошлой переписи (очевидно, с целью получить на республику побольше пенсионных и детских пособий, равно как и пособий по безработице) привели к таким же смешным расхождениям с данными избирательных списков. Почти вдвое!

Перепись необходима не столько государству, сколько самому обществу. Как диагноз. И как средство лечения. Поэтому попытка писателя Эдуарда Лимонова опять превратить ее в орудие борьбы за власть меня несколько печалит. Это ренессанс варварства, которое проявляется в стремлении все свалить в одну кучу и подчинить политическим интересам. Власть есть власть, режим есть режим, статистика есть статистика. Не надо путать.

С другой стороны, вы не верите в честный подсчет? Правильно делаете. Подтасовать непременно попытаются. Из тех же варварских соображений, что коли подправлена цифра, значит, подправлена и жизнь. Заранее ясно, что в Татарстане активисты будут пытаться раздуть число татар, а в Башкортостане — число башкир. Ну и флаг им в руки. Во-первых, все это легко считывается между строк и проверяется. Во-вторых, возможности местных корректоров заведомо ограничены. В-третьих, по советскому "закону больших чисел" вранье в одном месте уравновешивается контрвраньем в другом.

Не менее прочих озабоченный судьбами своего народа "известный писатель Егор Холмогоров" (кто-нибудь что-нибудь его читал?) призывает: "Прими участие в переписи — скажи, что ты русский!"

Короче, один русский писатель, всерьез ушибленный политикой, требует в переписи не участвовать. Другой, столь же страстный, требует прямо противоположного. Вот и замечательно. Всех их, сирых и убогих, необходимо пересчитать. Вместе с обуревающими их комплексами. И поставить диагноз. Увы, и выдающемуся Лимонову, и не менее выдающемуся Холмогорову в скором времени потребуется пенсия. А затем, прошу прощения, очень может быть, и место в больнице. А в конце концов, еще раз прошу прощения, два квадратных метра на кладбище. И обо всем этом хорошо бы подумать заранее.

Вообще, вне зависимости от вашего отношения к режиму, знать правду о собственной стране все-таки необходимо. Не умею этого доказать со всей аналитической строгостью. Но верю, что, во-первых, так Бог (или, скажем, эволюция) велит; и, во-вторых, человеческое самоуважение.

Только так и возможно постепенное излечение от фальсификационного синдрома.

Комментарии
Профиль пользователя