Коротко

Новости

Подробно

Начало "Кольца"

Роман Должанский о премьере "Золота Рейна" Робера Лепажа в Metropolitan Opera

Журнал "Коммерсантъ Weekend" от , стр. 18

В нью-йоркской Metropolitan Opera Робер Лепаж приступает к "Кольцу Нибелунга" Рихарда Вагнера. Работа над циклом займет два года — если "Золото Рейна" выйдет буквально через несколько дней, то последнюю часть тетралогии выпустят в 2012 году. Минувшим летом Лепаж увлеченно рассказывал мне про сценографию "Кольца": вся сцена будет разделена на несколько десятков площадок, которые смогут не только подниматься и опускаться, но и вращаться вокруг своей оси, при этом актеры каким-то образом будут продолжать на них удерживаться и при этом еще петь... Даже по короткому трейлеру, который можно увидеть на сайте нью-йоркской оперы, понятно, что готовится там нечто грандиозное, этакий театральный "Аватар".

Лепаж очень волновался из-за того, как будут изготовлены все эти декорации: в его работах точность технического воплощения замысла имеет особое значение. Определенные волнения вызывало и то, каким образом певцы согласятся быть частью огромного хитроумного механизма, но я лично совершенно не волновался: убедил же канадский режиссер капризных оперных солистов, что они в его "Соловье" должны петь стоя по пояс в воде и управляя при этом куклами из вьетнамского традиционного театра. "Соловей" — одна из последних оперных постановок Лепажа, европейская премьера которой состоялась минувшим летом в рамках знаменитого музыкального фестиваля в Экс-ан-Провансе. Философская сказка Андерсена, музыка Стравинского, русские вокальные миниатюры, наивный театр теней, акробатика, ориентальный кукольный театр на воде — в общем, все смешалось в этом очаровательном спектакле, похожем на щедрый подарок уставшему от концептуального театра зрителю. В общем-то, "Кольцо Нибелунга" тоже сказка, и лучше Лепажа делать сказки поучительными, увлекательными, современными и вместе с тем оставлять их волшебными, пожалуй, никто в мире не умеет.

В России его признали раньше, чем увидели: московскую премию Станиславского великий канадский режиссер получил еще тогда, когда его фамилию ведущие церемонии читали по бумажке. Киношные люди, правда, уже видели его фильмы и говорили, что они прекрасны. Это теперь не знать Лепажа и в театральной Москве — признак отсталости. А еще пять лет назад о нем знали единицы. Но, видимо, было какое-то предчувствие любви, и она вспыхнула в первый же вечер спектакля Робера Лепажа, пересекшего границу России,— "Обратной стороны Луны".

Объяснить любовь обычно трудно, но в случае с Лепажем как раз весьма легко. Дело в том, что у нас никак не могут помирить современность с гуманизмом. "Человеколюбивое" театральное искусство у нас почему-то всегда пахнет нафталином и фальшью — так что само это определение нельзя не заключить в кавычки. А тому искусству, которое претендует на то, чтобы зваться театром "современным", большинство зрителей отказывает (иногда зря, а иногда и справедливо) в сердечности. Если же на театральной сцене используют видео, сложные механизмы и другие технические ухищрения, обычный зритель знает: перед ним — враги.

«Обратная сторона Луны». МХТ им. А. П. Чехова, 2007 год

«Обратная сторона Луны». МХТ им. А. П. Чехова, 2007 год

Фото: Григорий Собченко, Коммерсантъ

Роберу Лепажу удалось "погасить" этот конфликт. Он, без сомнения, режиссер современный, человек эпохи интернета и новых технологий, не обольщающийся на счет состояния человечества и его перспектив. Но при этом художник чуткий, снисходительный к природе человека и не зараженный цинизмом. Со временем и пространством режиссер на сцене обращается как всесильный и бесстрастный волшебник, с людьми — как проницательный и участливый наблюдатель, знаток слабости и ценитель хрупкости (кстати, когда-то Лепаж пошел в театральный институт только для того, чтобы преодолеть застенчивость и частые депрессии).

В спектаклях канадского мастера обычно встречаются два мира, они словно смотрятся друг в друга, друг друга отражают — и это настолько меняет "оптику", что зрители оказываются буквально завороженными не только самим сочетанием фактур и культур, но и новыми смыслами, которые вдруг проявляются. В трагикомедии "Обратная сторона Луны" свидетелем непростых взаимоотношений двух братьев становится сам космос, ведь один из мужчин (кстати, Лепаж сам исполнял все роли в этом спектакле) интересуется Циолковским и мечтает познакомиться с космонавтом Леоновым. В "Проекте Андерсен" биография датского сказочника переплеталась с историей современного режиссера, ставящего Андерсена на сцене — живой герой взаимодействует с киноэкраном, совершает немыслимые операции с реквизитом, но на самом деле лишь ведет разговор о тайнах творчества. В знаменитейшем спектакле Лепажа "Трилогия драконов" история жизни двух сестер и их семей словно "подсвечивалась" темой Китая — далекая и загадочная страна придавала этой семейной саге, которая в других руках стала бы просто "мыльной оперой", какое-то иррациональное звучание.

Канадский мастер вовсе не сноб, не надменный театральный небожитель. Рассказывая о высоком и сущностном, он готов зачерпывать нужное ему и из массовой культуры. И в то же время никогда не забывает о неожиданных, сугубо театральных эффектах, которые можно потом еще долго смаковать. "Липсинк", год назад покоривший Москву,— мозаика из девяти историй о разных людях, которые объединены темой человеческого голоса. Актеров всего девять, по числу главных героев, но персонажей, наверное, больше сотни. Случайный герой из предыдущей части становится главным в следующей, и в какой-то момент "Липсинк" уходит уже весьма далеко от первой героини — оперной певицы Ады, усыновившей младенца, мать которого была случайной соседкой Ады в самолете и умерла прямо во время трансатлантического перелета. Потом этот ребенок, став уже успешным кинорежиссером, будет разгадывать тайну своего происхождения.

«Проект Андерсен». МХТ им. А. П.Чехова, 2007 год

«Проект Андерсен». МХТ им. А. П.Чехова, 2007 год

Фото: Григорий Собченко, Коммерсантъ

Фантазия режиссера, одновременно дерзкая и нежная, позволяет ему соединять на сцене то, что кажется несоединимым, и производить магическое воздействие на зрителя самыми, казалось бы, простыми средствами. Робер Лепаж в своих работах умеет стать возвышенным и загадочным, но в то же время остаться очень трезвым и ироничным. Он обожает использовать новейшие технологии возможности сцены и света, но всегда сохраняет то самое "человеческое измерение", без которого технические ухищрения мертвы. Он формалист и мастер ручной выделки. В его постановках все жестко зафиксировано и вместе с тем эфемерно, чревато превращениями и изменениями. Приступая к "Кольцу Нибелунга", Лепаж говорил, что тетралогия Вагнера — про изменения, про то, что мир все время находится в развитии.

Вагнеровская эпопея наверняка будет соотноситься с личным опытом любого зрителя: спектакли Робера Лепажа одновременно и лирические, и эпические. Иногда режиссер кажется бесстрастным пришельцем, смотрящим на землян откуда-то из космического далека, даже каким-то ловким манипулятором, но иногда — самым уязвимым и чувствительным из людей, изящным и печальным клоуном. Его театральная компания, основанная в начале 1990-х годов в городе Квебек называется Ex Machina — в напоминание о deus ex machina, античном "боге из машины", который с помощью специального устройства неожиданно спускался на сцену во время исполнения трагедии. Бог не бог — но то, что недавно отметивший 50-летие канадец стал одним из главных авторитетов современного мирового театра, сомнению не подлежит. И то, что его спектакли отмечены расположением высших сил, тоже несомненно.

"Театр как спортзал,— говорит Робер Лепаж.— Люди идут в спортзал, чтобы после проведенного у компьютера рабочего дня правильно перераспределить свою физическую энергию, не дать телу зачахнуть. Так и театр: человек сегодня идет туда, чтобы развивать свои эмоции, свои творческие способности. Можно сказать, идет в театр для того, чтобы оставаться человеком". Так что нам остается только завидовать зрителям Metropolitan Opera и надеяться, что Чеховский фестиваль будет привозить его новые постановки и что проект спектакля, который Робер Лепаж хотел поставить в Москве с Евгением Мироновым в главной роли, все-таки осуществится.

Нью-Йорк, Metropolitan Opera, 27 сентября

Комментарии

Рекомендуем

обсуждение

Профиль пользователя