Коротко


Подробно

Слушателей попросили оживиться

New Era Orchestra нагнали страху на "Гогольfest"

концерт / классика

Под занавес фестиваля "Гогольfest" с новой программой выступил камерный оркестр New Era Orchestra. Сделав ставку на современный минимализм и киномузыку и подкрепив их мрачным пафосом творчества Дмитрия Шостаковича, оркестр буквально взорвал зал, свидетельствует ЛЮБОВЬ МОРОЗОВА.


Камерный оркестр New Era Orchestra — одно из самых подвижных явлений среди крупных ансамблей на столичной академической сцене. Существует он с 2007 года как детище меценатского проекта "Арт-коллекция 'Вавилон'" и как результат творческой воли дирижера Татьяны Калиниченко. Это молодежный коллектив, возраст участников которого колеблется в диапазоне от 20 до 35 лет (с ощутимым преобладанием 26-28-летних), а состав формируется под каждое конкретное мероприятие. В ансамбле совсем нет посторонних: программы составляются соответственно техническим возможностям конкретных людей, а их имена старательно вписываются в программки (редкий и заслуживающий похвалы случай в украинской практике), так что каждый оркестрант чувствует себя почти солистом и относится к исполнению своей партии с повышенной ответственностью. Справедливости ради стоит отметить, что с интонацией и чувством ансамбля у исполнителей наблюдаются определенные проблемы, вообще характерные для большинства подобных сборных оркестров, а потому дирижеру приходится утраивать свои усилия при подготовке к новым концертам, изобретая массу способов исправить недочеты.

В этот раз программу составили из пяти симфонических произведений, причем три из них стали украинскими премьерами. Первой открыли концерт — произведением "Consolation" ("Утешение") исландского композитора XX века Йоуна Лейфса. Лебединая песнь умиравшего от рака легких музыканта — это такой раздробленный на отдельные семплы Римский-Корсаков, многократно перемноженный сам на себя. Идею неожиданных и удивительных гармонических сопоставлений, свойственную фантастическому миру его опер и воплощенную таким образом, чтобы каждая последующая тональная смена создавала впечатление тени, отброшенной предыдущим аккордом, Лейфс возвел в абсолют. Его "Consolation" — это бесконечное нанизывание аккордов и долгое любование их последующим застыванием, создающее ощущение присутствия ирреального, игры света и тени, в которую больше не вторгается предметный мир.

Вполне логично после Лейфса слушалась Камерная симфония для струнного оркестра Дмитрия Шостаковича, для которого образ смерти был ведущей темой и бесперебойным двигателем творчества. Здесь на смену покаянию и любованию последними солнечными лучами "Consolation" пришел механический ужас камерного опуса с отголосками знаменитой Ленинградской симфонии. Прервала разговоры об инфернальном блестящая пьеса в минималистической технике для двух виолончелей и струнного оркестра "Violoncelles, Vibrez!" современного итальянского композитора и виолончелиста Джованни Солима. В ней в соревнование виртуозов вступили Игорь Пацовский и Святослав Боровик, опровергая мнение о статичности минимализма.

Два других произведения сложились в дуэт — это были транскрипции киномузыки популярного россиянина Леонида Десятникова и иконы второй половины XX века Альфреда Шнитке, осуществленные украинским композитором Максимом Абакумовым. Саундтреки Десятникова к фильму "Москва" впечатлили эклектичностью, сочетанием советских массовых песен со стилизациями под кельтские наигрыши и аллюзиями на доступные широкому кругу слушателей достижения европейского авангарда, в то время как Шнитке в который раз поразил вневременностью образов. Комментируя абакумовскую Фантазию "Птица-тройка" с музыкой классика, написанную к фильму "Мертвые души" 1984 года, Татьяна Калиниченко воззвала к залу: "Люди, не будьте 'мертвыми душами', их так много вокруг, будьте живыми",— озвучив, по сути, главную идею всего "Гогольfest".



Газета "Коммерсантъ Украина" №153 от 14.09.2010, стр. 4
Комментировать

Наглядно

обсуждение