Не тейпом единым

6 сентября в Чечне празднуют День республики. При генерале Джохаре Дудаеве это был День независимости. Новая чеченская власть пытается доказать, что между Ичкерией и Чечней — большая разница

Павел Шеремет, Москва — Грозный

Поездка в Чечню до сих пор — тревожная командировка. Военным и милиционерам здесь, правда, уже не платят "боевые" и новости о терактах и столкновениях с боевиками чаще теперь приходят из других республик Северного Кавказа, но, собираясь в Грозный, вы не можете отделаться от ощущения тревоги. Все чеченское кажется опасным, а все опасное — чеченским. И до сих пор в любом конфликте люди первым делом ищут чеченский след. На поверку потом оказывается, что угонщики машин были ингушами, борсеточники — грузинами, смертницы приехали в российскую столицу из Дагестана, а похитители бизнесмена — самые что ни на есть русские парни. Но первая реакция на любое ЧП всегда одинаковая — чеченский след. Социологи подобрали этому определение — чеченский синдром...

Портретное сходство

У стойки регистрации в аэропорту на рейс Москва — Грозный вы ожидаете столкнуться если не с ваххабитами, то с брутального вида бородачами. Но бородачей нет. В Грозный летят несколько женщин, парочка милиционеров, группа федеральных чиновников, есть еще английский журналист, генерал из Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков и несколько молодых людей явно не кавказской наружности. Поначалу мы смотрим друг на друга с подозрением, мало ли какие у кого дела в Грозном, не на курорт же летим. "Да вы не волнуйтесь, я уже второй раз за месяц лечу. Там все спокойно",— неожиданно улыбается парень в спортивном костюме. "А вы спортсмен? — спрашиваю у парня.— На соревнования летите?" "Я не спортсмен, я связист". "Военный?" — я все еще цепляюсь за свои представления из прошлого, когда других связистов в Чечне, кроме военных, в принципе быть не могло. "Почему военный? — удивляется парень.— Мы там телефонные линии прокладываем в новых районах. Специалистов же нет, вот нас и приглашают на неделю-две"...

Здание аэропорта в Грозном - новое, с иголочки. На фасаде — портреты президентов: Кадырова-отца и Дмитрия Медведева. С другой стороны здания — портрет Владимира Путина, огромный плакат главы республики Кадырова-сына и подпись "Счастье — в служении народу". В Грозном вообще очень много портретов. Чаще всего встречается изображение Ахмад Хаджи Кадырова. Портреты, как правило, подписаны: "Мы помним, мы любим", "Он ушел непобежденным" (это цитата из Путина). Еще много портретов самого Путина и Дмитрия Медведева. Здесь считают, что такая наглядная агитация воспитывает уважение к власти. Это, надо понимать, объясняет множество портретов других героев — Рамзана Кадырова, его покойного брата (на фасаде концертного зала), его матери и ближайших соратников.

В конце августа отмечали день рождения Ахмад Хаджи Кадырова. Обычно это сопровождается масштабными торжествами, но сейчас в Чечне священный месяц рамадан, правоверные мусульмане держат уразу (30-дневный пост, во время которого надо воздерживаться от пищи, питья, игр и зрелищ до наступления темноты), и торжества отменили. До восьми вечера закрыты практически все кафе и рестораны, исчез с прилавков алкоголь.

Улицы города патрулируют активисты Центра духовно-нравственного воспитания и развития, читают людям проповеди прямо на тротуаре. Они настоятельно просят владельцев кафе не работать днем, чтобы не искушать мусульман. Владельцы проявляют сознательность: подавляющее большинство заведений общепита закрыто. Еще активисты останавливают и проводят воспитательные беседы с девушками, которые, на их взгляд, одеты слишком вызывающе — например, ходят без платка на голове или носят кофточки без рукавов. Ссылки на 35-градусную жару не принимаются.

Исмаил дежурит возле центральной городской библиотеки на проспекте имени Путина, это бывший проспект Победы. Он вернулся в Чечню из Тюмени несколько лет назад. С работой трудно, вот он и стал активистом центра.

Я указываю Исмаилу на проходящую мимо эффектную молодую чеченку, одетую вполне себе провокационно с точки зрения нормального молодого парня.

— Вот она, например, провокационно одета?

— Нет, нормально. У нее рукав ниже плеча и платок есть.

— А вот другая девушка идет без платка.

— Да, она представляет для нас опасность. Мы ей уже несколько раз говорили, но она нас не слушает,— вздыхает Исмаил. Он провожает ее взглядом и добавляет: — У нее наверняка сильный характер.

Борьба за нравственность

Мало кто из чеченцев сейчас решится здесь демонстрировать свою независимость. Пару месяцев назад в Грозном какие-то молодые люди нападали на неподобающе одетых девушек, обстреливали их краской из пейнтбольных ружей. Люди говорили, что это делают кадыровцы, потому что нападавшие разъезжали на черных тонированных машинах марки "Лада-Приора". На таких машинах ездили рядовые бойцы президентской гвардии. Но руководство Центра духовно-нравственного развития официально осудило такие нападения, и теперь борьба за чистоту нравов проходит без эксцессов. Директор центра Ваха Хашханов говорит, что "сейчас не ичкерийские времена, когда людей силой принуждали к вере".

Вахе Хашханову 32 года. В середине 1990-х годов Ахмад Хаджи Кадыров отправил его учиться в Ташкент, в Высший исламский институт. Теперь ему поручена важная миссия воспитания чеченской молодежи и противодействия в ее среде ваххабизму. Подозреваю, что и сам центр был создан в том числе, чтобы взять под контроль толпы молодых людей, слоняющихся без работы. Каждый активист получает в центре зарплату примерно 8 тысяч рублей. В условиях, когда найти работу тяжело, это хорошее подспорье.

До войны, по-моему, в Грозном не было ни одной крупной мечети, а сейчас в центре города стоит самая большая мечеть Европы и в разных концах города видны минареты. Справедливости ради надо сказать, что первой в городе восстановили церковь Михаила Архангела, но прихожан в ней практически нет. Набожные грозненские бабушки обижаются, что даже высокие гости из Москвы обходят ее стороной: в мечеть обязательно заедут, а про церковь почему-то забывают. Еще примета — храм круглосуточно охраняют милиционеры из Екатеринбурга.

В Чечне сейчас все делается с именем Аллаха на устах. Даже в перерыве футбольного матча "Терек" — "Спартак" люди молятся за победу родной команды. Молится в отдельной комнатке на стадионе глава республики Рамзан Кадыров, молятся и его соратники. Он побрил голову на время рамадана, побрились и его соратники. Почти все чиновники одеты в арабского типа одежду, длинные рубахи, кафтаны и прочее, как и положено истинному мусульманину.

Рамзан и его команда

Этот всплеск религиозного рвения пугает приезжих из других регионов России. Многим кажется, что в отдельно взятой республике строится исламское государство, которое будет жить по законам шариата, а не Российской Федерации. "Мы все граждане России и хотим жить в сильном и спокойном государстве",— успокаивает вице-премьер Магомед Даудов. 30-летний Герой России курирует в правительстве силовые структуры. В Чечне его все знают как Лорда. Почему Лорд? Такое прозвище-позывной дал Рамзан Кадыров. "На первую встречу с главой республики я пришел в черном костюме и белой рубашке. Рамзан Ахматович сказал, что, мол, мне про тебя всякое говорили, а ты нормальный человек и вообще выглядишь как английский лорд. С тех пор так и приклеилось",— рассказывает Даудов.

Когда началась вторая чеченская война, Магомеду было всего 19 лет. И его, как и многих других молодых парней тогда, в лес загнали жесткие зачистки, которые проводили федеральные войска, видевшие в каждом молодом чеченце потенциального врага. Он вспоминает, как голодный бродил по горам и не понимал, что здесь делает. "Когда Ахмад-Хаджи объявил амнистию, я прятался у своей тетки. На мне не было крови, я сразу же вышел из леса, как и тысячи парней",— говорит Магомед. Его обижают подозрения или сомнения в лояльности нынешней российской власти. "Меня коллеги в России ничем упрекнуть не могут. Я днями и ночами гонялся по горам за настоящими боевиками и террористами. У меня есть Звезда Героя России, но я ее стесняюсь надевать, чтобы не было барьера между мной и людьми. Мы за закон, за сильную и единую Россию. У нас сейчас больше порядка и спокойнее, чем во многих российских регионах",— сверкает глазами молодой вице-премьер. Таких "боевиков" — большинство в окружении Рамзана Кадырова.

Но есть и те, кто реально воевал против федеральных сил. Абу Арсунукаев — начальник охраны Джохара Дудаева, Магомед Хамбиев — министр обороны при Аслане Масхадове. Они старательно избегают публичности и общения с прессой, числятся советниками президента и, как говорят, выполняют его деликатные поручения. Пожизненным муфтием Чечни избран бывший глава Шариатского суда при Масхадове Султан Мирзоев. Многие главы районов и руководители различных подразделение в силовых структурах — это люди, прошедшие через лес и горы. Но не они сегодня — главные игроки. Команда молодого лидера сформирована более замысловатым образом.

Разделение на тейпы и кланы еще недавно считалось главным принципом формирования власти в Чечне. Рассказов и легенд про тейпы множество, звучат они красиво, но реальность сегодня все же иная - в Чечне сейчас вся власть сосредоточена в руках Рамзана. Его авторитет непререкаем, его слово — закон. Ни один клан не осмелится выступить против власти. Означает ли это, что Чечней правит клан из селения Центорой, родового села семьи Кадыровых? Не означает: землячество уже не является основным фактором вхождения в команду, главное — личная и многократно доказанная преданность.

Конечно, в руководстве Чечни много выходцев из Центороя и родственников главы республики. Например, родная сестра Рамзана Кадырова — Зарган --руководитель департамента в министерстве образования. Двоюродный брат - премьер-министр. Но даже самой большой семьи в Чечне не хватит, чтобы черпать из нее кадры для всей республики.

Например, мэр Грозного Муслим Хучиев. Раньше городом управляли либо генералы, либо полевые командиры. Сейчас — бывший журналист. До 2004 года Муслим жил в Москве, работал на канале РТР, занимался ресторанным бизнесом, теперь - всей чеченской столицей. Или ректор Грозненского нефтяного института Хасан Таймасханов, бывший министр сельского хозяйства, его семья была всегда в оппозиции Дудаеву и Масхадову, а Рамзан Кадыров вспоминает, что любил ходить мимо дома Таймасхановых с ичкерийским флагом, дразня соседей. Теперь они в одной команде. А брат ректора — представитель главы Чечни в Москве.

Деньги в республике есть под любые проекты, не хватает специалистов. Поэтому людей активно зазывают возвращаться домой. "Меня призвала республика", — типичное объяснение любого вновь назначенного чиновника. Зазывают как чеченцев, так и русских. Особенно старается министр культуры Дикалу Музакаев. Известный хореограф, руководитель ансамбля "Вайнах", он пережил войну в Ингушетии, а теперь пытается возродить культуру в Чечне и собирает людей по всему миру. Недавно в Грозный переехал из Минска дирижер Алексей Ткачук. Ему поручено создать симфонический оркестр, пусть хотя бы и малый, состоящий из 45 музыкантов. Есть и первые музыканты, его ученики: Павел (труба), Сергей (туба) и Дмитрий (тромбон). На них смотрят как на экзотических персонажей...

* * *

Весной 2000 года я снимал документальный фильм о Грозном. Фильм назывался "Город-призрак". Тогда это совсем не казалось художественным преувеличением, мечта Джохара Дудаева перенести чеченскую столицу в другое место едва не воплотилась — город представлял собой груду развалин. Главным человеком в Грозном был тогда человек с автоматом, лучшим видом транспорта — БТР.

Сейчас в чеченской столице невозможно найти следов войны и сегодня это, наверное, действительно самый красивый город на Северном Кавказе. Люди смотрят на эту красоту и не верят своим глазам. За это они готовы простить Рамзану Кадырову многое, даже культ личности.

Правда, не решена проблема с рабочими местами. Зарабатывать оружием чеченцам запретили, других возможностей прокормить себя пока не так много. Как будут жить в Чечне, когда уменьшится поток дотаций из Москвы? Как прокормить многочисленную гвардию главы республики и прожорливые силовые структуры? Как переживут искушение неограниченной властью молодой лидер и его команда? Вопросов много, стереотипов и страхов из прошлого — тоже. Чеченцы привыкают жить в условиях мира, но будущее не выглядит абсолютно безоблачным.

Хотя перемена, безусловно, есть: возвращаясь домой из Грозного, уже не пугаешь близких военными историями, а удивляешь описанием самой большой в Европе мечети, квартала небоскребов, рассказами о чеченских футбольных болельщиках, которые смотрят футбол на стадионе стоя, но в порыве чувств не палят из всех стволов даже в небо.

Ближний круг Рамзана Кадырова

Досье

"Огонек" представляет краткие биографии наиболее преданных соратников президента Чечни

Алханов Руслан Шахаевич, глава МВД Чечни

Родился 27 апреля 1962 года в селе Центорой (Чечня). С сентября 1991 года на службе в органах внутренних дел в Грозном и Гудермесе. В 1999 году возглавил службу безопасности Ахмада Кадырова. По словам Рамзана Кадырова, тогда же он, Руслан Алханов и еще несколько "самых близких" поклялись на Коране, что "будут всю жизнь вместе". Позже господин Алханов командовал республиканским ОМОНом. 9 мая 2004 года был ранен при теракте, в результате которого погиб Ахмад Кадыров. С июня 2004 года возглавляет МВД Чечни. Генерал-лейтенант милиции.

Байсаров Руслан Сулимович, бизнесмен

Родился 9 августа 1968 года в селе Ведучи (Чечня). В начале 1990-х годов занялся бизнесом, открыл в Москве казино, несколько ресторанов, спорткомплекс и салон красоты. В 1994-2002 годах — вице-президент Московской топливной ассоциации. В 2003 году вместе с Шалвой Чигиринским создал компанию Bennfield, ставшую затем крупным акционером Sibir Energy. В 2003-2010 годах — вице-президент Московской нефтегазовой компании. В последнее время занялся восстановлением дорог, мечетей и предприятий Чечни, за что его мать получила от Рамзана Кадырова медаль "за образцовое воспитание детей". В 2007 году вместе с господином Кадыровым совершил хадж в Мекку. Известен также как бывший зять Аллы Пугачевой.

Даудов Магомед Хожахмедович, первый вице-премьер Чечни

Родился 26 февраля 1980 года в селе Шпаковское Ставропольского края. Был боевиком, затем перешел на сторону федералов. Командовал ротой милиции специального назначения МВД Чечни, затем батальоном. С декабря 2006 года — начштаба республиканского ОМОНа. В апреле 2007 года возглавил Шалинское РОВД. 10 марта 2010 года назначен первым вице-премьером Чечни, отвечает за силовой блок. Герой России.

Делимханов Адам Султанович, депутат Госдумы

Родился 25 сентября 1969 года в селе Беной (Чечня). Работал слесарем, снабженцем, торговал автомобилями. Ряд СМИ сообщали, что во время первой войны г-н Делимханов был водителем Салмана Радуева. Во время второй кампании перешел на сторону федералов, работал в службе безопасности Ахмада Кадырова. С августа 2003 года - в органах внутренних дел Чечни. С июля 2006 года — заместитель, а с апреля 2007 года — первый заместитель премьера Чечни Рамзана Кадырова. Избран депутатом Госдумы от "Единой России". С 27 апреля 2009 года находится в розыске по линии Интерпола по подозрению в причастности к убийству в ОАЭ Героя России Сулима Ямадаева. Рамзан Кадыров неоднократно называл г-на Делимханова своим преемником, "правой рукой" и "самым близким другом".

Хучиев Муслим Магомедович, мэр Грозного

Родился 5 августа 1971 года в селе Закан-Юрт (Чечня). Окончил журфак МГУ, работал на телеканале РТР. В конце 1990-х занимался ресторанным бизнесом в Москве. В 2004 году вернулся в Чечню на пост пресс-секретаря президента Алу Алханова. В 2005-2007 годах отвечал за связи Рамзана Кадырова со СМИ. В марте 2007 года назначен главой администрации Грозного.

Материал подготовлен информцентром ИД "Коммерсантъ"

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...