Получение паспорта, прописка, понятой, утерянная регистрационная карточка на сотовый телефон, превышение скорости... Все как у всех. И, как и большинство жителей этой страны, никогда я не обращался в милицию по собственному желанию: когда не надо, они сами придут, а когда надо — помощи ждать можно в последнюю очередь.
Милиция как общественный институт пользуется наименьшим доверием у населения. Российской армии, которая еще несколько лет назад считалась корнем всех бед, сейчас сочувствуют. Больного президента общество скорее склонно оставить в покое, а не отправлять в отставку, как того добиваются левые политики. К правительству же большинство населения вообще относится равнодушно: Черномырдин, Кириенко или Примаков — в общем-то все равно, если только они не слишком увлекаются экспериментами с долларом.
Так говорят тактичные социологические опросы. В действительности же пропасть между милицией и охраняемым ей общество велика невообразимо. Велика настолько, что зачастую непонятно, то ли милиция охраняет граждан, то ли граждане всеми силами стараются уберечь себя от вооруженных (автоматом, жезлом или полученным в провинциальном вузе юридическим образованием) людей в серой форме. Так велика, как велика пропасть между двумя враждующими войсками, одно из которых, впрочем, всегда готово сдаться за определенную мзду. Иначе, впрочем, в стране, милиция которой исходит из единственного понятного ей принципа работы — если человека посадить на пять лет, ничего ему не объясняя, в душе он всегда найдет причину своего заключения,— и быть не может.
Владислав Бородулин, главный редактор