Пилота взяли под зарплату

Командир экипажа Ми-8 оказался в плену у джанджавидов

Вчера стало известно о том, что в заложниках у бойцов проправительственного ополчения в Судане, так называемых джанджавидов, оказался командир экипажа вертолета Ми-8 российской авиакомпании "ЮТэйр" Евгений Мостовщиков. За работающего по контракту с миротворческой миссией ООН вертолетчика джанджавиды требуют не выкуп, а зарплату, которую им задолжали суданские власти.

Как сообщили в компании "ЮТэйр", Ми-8 был захвачен утром 26 июля в суданской провинции Дарфур, где уже много лет идет гражданская война. В момент инцидента на борту вертолета находились четыре члена экипажа — все граждане РФ и пять пассажиров-суданцев. Воздушное судно выполняло полет по маршруту Эль-Фашер (Судан)--Абеша (Чад) по заданию ООН. Как и почему Ми-8 оказался в Дарфуре, до сих пор непонятно.

По словам временного поверенного в делах РФ в Судане Юрия Видакаса, экипаж мог отклониться от маршрута из-за ошибки в навигации. Французские СМИ предположили, что посадка была вынужденной из-за плохих погодных условий. В свою очередь, председатель комитета Совета федерации по международным делам, спецпредставитель президента РФ по Судану Михаил Маргелов сообщил "Ъ", что в провинции Дарфур экипаж должен был забрать на борт одного из местных полевых командиров, который согласился на переговоры с официальными властями Хартума.

Как бы там ни было, продолжить полет после промежуточной посадки Ми-8 сразу не смог: вертолет и находившихся в нем людей захватили вооруженные джанджавиды — местные ополченцы, поддерживающие власти Судана. Как следует из сообщения миссии ООН, летчики и пассажиры были избиты. Господин Маргелов, в свою очередь, добавил, что у российских пилотов отобрали деньги и личные вещи. Только вечером 27 июля Ми-8, как сообщили в авиакомпании "ЮТэйр", вернулся на аэродром постоянного базирования в город Нияла. Правда, управлял вертолетом уже второй пилот Ярослав Степанюк, поскольку командир экипажа — житель Тюмени Евгений Мостовщиков — остался у джанджавидов.

По словам господина Маргелова, который уже провел переговоры с послом Судана в России и представителями миссии ООН, жизни захваченного пилота ничего не угрожает. "К нему сейчас не применяются меры физического или морального воздействия,— отметил господин Маргелов.— Он содержится в относительно нормальных условиях, но, естественно, страдает от жары и влажности".

Захватчики, как отметил спецпредставитель президента, не выдвигают каких-либо политических требований и не просят выкуп за пленника: "Джанджавиды, по моим данным, хотят лишь, чтобы правительство Судана погасило им долги по зарплате". Дело в том, что основу ополчения, поддержавшего официальный Хартум, составляет арабская интеллигенция — врачи, учителя, служащие. Взяв в руки оружие, они оставили свою работу, правительство Судана, в свою очередь, обещало поддерживать их материально.

По словам господина Маргелова, конкретная сумма еще не обсуждалась, было выдвинуто лишь принципиальное требование о погашении долгов, но в любом случае разговор может идти не о миллионах, а о нескольких десятках тысяч долларов, которые для правительства Судана являются вполне подъемной суммой.

Захват в заложники иностранцев, работающих в Судане, в последние годы стал обычным явлением. В плену у различных вооруженных группировок побывали представители десятка стран, в том числе французы, американцы и даже норвежцы. Вертолетчик Мостовщиков стал первым российским пленником.

"Сейчас ведутся активные переговоры с джанджавидами, к которым подключилось не только правительство Судана, но и авторитеты из местных племен. Я уверен, что в ближайшее время пленник будет освобожден",— добавил господин Маргелов.

Сергей Машкин

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...