Концерт хип-хоп
Ростовский рэпер Василий Вакуленко отметил свое 30-летие выпуском третьего альбома под псевдонимом Баста и концертом в московском клубе Milk. БОРИС БАРАБАНОВ отметил активность публики и самоотдачу музыканта.
Клуб Milk был забит под завязку, в зале было достаточно экранов, чтобы видно было даже из самых "мертвых" закоулков клуба. На сцене помимо диджея с вертушками находился полноценный живой коллектив с саксофонистом и бэк-вокалистками, которые пачками бросали в зал футболки Басты. Группа легко справлялась с аккомпанементом в диапазоне от фанка и регги до тяжелого гитарного риффа; герою вечера было комфортно и в жирном эстрадном звучании, и в пении под блатную шестиструнку, и в читке под простой бит.
Сам проект "Баста" хоть и относится формально к рэпу, но подразумевает непременное использование распевных мелодических "крючков", не просто готовых поп-шлягеров, но часто граничащих с махровым шансоном. Удивительно, но даже карамельные банальности, от которых коробит в записи, в живом исполнении Басты проникнуты неподдельной искренностью. Если у кого-то еще сохранились стереотипы о рэпе как об искусстве для подростков, концерт Басты в Milk их развеял. Здесь был полный зал взрослых людей, которые умудрились в толчее, пивной пене и дыму еще и оставаться предупредительными по отношению к соседям. Каждый припев подхватывал стройный хор. Напрашивались ассоциации с исполнителями русского рока, на концертах которых тоже работает это коллективное караоке. Брутальный Василий на авансцене, легко управляющий несколькими тысячами зрителей, выдерживал любые сравнения. А когда в песне "Солнца не видно" к нему присоединился Андрей Хлывнюк из киевского "Бумбокса", стало окончательно ясно, что по части острого социального высказывания рэперы сегодня далеко обогнали рок-музыкантов: "Выхода не видно, не ходил на выборы, / Им все равно, на чем клясться — на Конституции или Библии. / Они голосят о свободе на митингах, / Рассматривая страну как фирму — просчитывая прибыль. / И плевать, кто решает — Москва или Киев. / Лучше скажите, как прожить на прожиточный минимум? / О чем вы молитесь в храме Христа Спасителя?"
Перед исполнением песни "Война" Баста попросил выключить все освещение в зале и дал сигнал зрителям включить дисплеи сотовых телефонов — аналог поминальных свечей. Потом просто сказал: "Кто сидит — встаньте. Спасибо". В отличие от другого героя господина Вакуленко — циника и матерщинника Ноггано — Баста прямолинеен и сентиментален, поэтому так удачно два его персонажа дополняют друг друга. Каким-то почти незаметным образом Баста наполнил здешнюю действительность стопроцентными "жизненными" хитами, в которых не хочется искать подковырок и третьих смыслов. Песня "Война" целиком состоит из самых расхожих военных образов, которых полно в любой песне аналогичной тематики, но в манере исполнения Басты есть честность и правда, которые останавливают дыхание публики на строчках: "Моя страна как одна большая казарма. Видимо это наша карма..." Наверное, аналогичные эмоции слушатели испытывают на рок-концертах, скажем, слушая, как группа "Чайф" исполняет песню "С войны". Если "Чайф" — это народный рок для коллективного исполнения, то Баста — такой же хип-хоп. Разница в том, что "Чайф" — это разговор с отчетливым налетом ностальгии, это послание типа "давайте вспомним наши любимые песни". Баста, родившийся в год московской Олимпиады, говорит с ровесниками из сегодняшнего дня на сегодняшнем языке.