Лев Амбиндер,
По данным Российского и Украинского фондов помощи (Русфонд, Уфонд) суммарные сборы пожертвований с начала 2010 года вчера впервые превысили $1 млн ($1,304 млн). В том числе $191238 собраны для тяжелобольных детей Украины. В том числе собственный сбор Уфонда составил $59,3 тыс. В том числе $33 тыс. внес фонд Рината Ахметова "Развитие Украины". Поговорим о корпоративной благотворительности, о самой эффективной ее части, которую мы назвали технологией "Совместных даров". Это она позволяет нам ежегодно делать крупные сборы, вовлекая в филантропию тысячи новых граждан, тех, кого в наших странах принято называть простыми людьми.
"Совместные дары" впервые появились в России на страницах Русфонда в Ъ в 2004 году. Суть дела: фонд заключает договор о сотрудничестве (обычно на год) с теми из корпоративных доноров, кто хочет системно заниматься адресной помощью тяжелобольным детям. Определив годовой бюджет и тематику, донор-партнер доверяет фонду дробить свои пожертвования пофамильно еще до публикации просьб в Ъ и интернете. Тогда цена спасения конкретного ребенка предстает перед читателями подешевевшей на треть или даже наполовину. Первым в Украине в "Совместные дары" включился фонд Рината Ахметова "Развитие Украины". Приходите и вы! Дел хватит всем.
Знаменитая мысль лауреата Нобелевской премии Милтона Фридмана о том, что корпоративная благотворительность сильно смахивает на подкуп общества, за последние полвека изрядно подзабыта. Известный американский экономист утверждал, что филантропией должны заниматься граждане и только они, а задача любой корпорации — создавать прибыль акционерам, и нету других задач. Новые времена принесли новые подходы, в том числе и осознание того факта, что корпоративная благотворительность может и должна работать на прибыль компаний. Почему бы и нет? Филантропия теперь является составной частью корпоративной социальной ответственности, доказано, что она способна прекрасно работать на бизнес, к примеру, в качестве имиджевой составляющей.
Когда мы запустили в печать письма-просьбы с донорскими скидками на цены операций (нашими первыми партнерами были российская компания "Ингосстрах" и американский благотворительный фонд "Русский дар жизни"), то число желающих помочь авторам этих писем резко выросло: сначала оно удвоилось, затем утроилось. Пришли малые доноры с более чем скромными пожертвованиями. Но их стало столько, что в первый же год "Совместных даров" наши сборы удвоились.
Сначала я думал, что удвоение вызвано банальным маркетинговым ходом: снижаете цену — растет объем "продаж". Но вскоре открылся и иной стимул к массовой филантропии. Он посильнее первого, а по эффекту превосходит в разы. Читатель жертвует сущую мелочь и почему-то не боится, что она зависнет где-то на счетах, хотя цена спасения ребенка в тысячи раз выше его взноса. Почему не боится? Вот что заявил мне типичный малый донор ($10 ежемесячно в течение четырех лет): "У вас на сайте сказано, что компания 'Транстелеком' (ТТК) снизила стоимость лечения на $2,5 тыс. А годовой бюджет ТТК у вас $150 тыс. ТТК легко могла оплатить все. Но жертвует часть, так как уверена, что вы доберете остальное. Чего же мне опасаться?!"
Это тоже маркетинговый ход, наверняка вы знаете о нем: называется имиджевая страховка.
Теперь редкая публикация Русфонда выходит без "Совместных даров". Мы годами делаем это вместе с российскими компаниями ТТК, "Ингосстрах", "М-Видео", "Ренова", Русь-банк и нью-йоркскими фондами "Русский дар жизни" и "Общество помощи русским детям". Ежегодно к нам присоединяются новые компании и фонды. Поработав с нами год-другой, одни из них уходят, приходят другие, и это нормально. Суммарно вклады наших доноров-партнеров в "Совместных дарах" не превышают $1 млн в год. Общие же сборы только в 2008 и 2009 годах составили $16,6 млн, а число активных доноров выросло с 10 тыс. до 30 тыс.
Ясно, чем милы "Совместные дары" малым донорам. Но зачем они нашим партнерам из крупного и среднего бизнеса? Один из мотивов — это аутсорсинг благотворительных услуг для желающих заниматься адресной помощью детям и одновременно не желающих создавать у себя соответствующие структуры. Второй стимул покруче: своим примером вовлечь в благотворительность широкую общественность, те самые миллионы людей, которых повсюду принято считать простыми. Так вот, все наши постоянные доноры-партнеры считают такую цель главной своей задачей. Наш Уфонд как раз про это.