Коротко

Новости

Подробно

Старый Свет в конце тоннеля

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 40

Огромные бюджетные дефициты во многих странах Евросоюза, крах экономик Восточной Европы, падение евро на 10% — аналитики заговорили о скорой второй волне финансового кризиса. Однако все это, возможно, лишь симптомы более общей неизлечимой болезни, поразившей Европейский союз.


Вячеслав Чубаров

Медленный подъем


Согласно Евростату, экономика самой мощной европейской державы — Германии уже вышла из рецессии. Семь месяцев подряд она показывает рост. Незначительный, 0,2-0,7% ВВП, но рост. Другие показатели немецкой экономики тоже внушают оптимизм. Розничные продажи в ФРГ только в декабре прошлого года увеличились на 0,8%, это лучший результат за весь год. Индекс деловой активности в промышленном секторе (PMI) превысил 50 пунктов уже с октября, указывая, что немецкая экономика перешла в фазу экспансии. Конечно, до максимумов ей еще далеко, однако, судя по всему, экономика выздоравливает. Позитивную картину портит высокая безработица (10%), но, скорее всего, и с ней ситуация в ближайшее время начнет выправляться.

Сходная ситуация во Франции и Италии. Эти локомотивы европейской экономики, как и Германия, стали показывать положительную динамику со второго квартала прошлого года. В основном благодаря им PMI объединенной Европы в декабре 2009 года вырос до 54,2 пункта, это лучший показатель за последние два года. Опираясь на эти данные, глава ЕЦБ Жан-Клод Трише заявил о возможности близкого завершения кризиса. По прогнозам аналитиков, экономический рост Германии, Франции и Италии в этом году должен составить от 1 до 1,8%, а значит, этим странам пора задуматься о свертывании стимулирующих мер, иначе экономика начнет перегреваться. Это прекрасно понимают европейские финансовые власти, однако от конкретных шагов они пока воздерживаются: подавляющее большинство государств единой Европы по-прежнему находится в глубоком кризисе.

Падение ВВП Испании продолжается уже семь кварталов подряд. И хотя в последнем квартале истекшего года оно было незначительным — 0,1%, по прогнозам Всемирного банка, отрицательная динамика развития испанской экономики сохранится в течение всего 2010 года. Греция по-прежнему находится в преддефолтном состоянии, огромный бюджетный дефицит в Португалии сохраняется.

В еще более сложной ситуации новые члены объединенной Европы. Венгрии и Эстонии удалось избежать государственного дефолта в конце 2008 года только благодаря экстренной помощи Всемирного банка и Евросоюза. Финансовую помощь получила и Румыния, также стремительно приближавшаяся к банкротству. Массированные государственные и международные финансовые вливания на протяжении всего прошедшего года мало помогли экономике восточноевропейских стран.

По мнению нобелевского лауреата по экономике Джозефа Стиглица, благодаря кризису стало совершенно очевидно: в Европе есть разные центры, которые заинтересованы в совершенно разной финансовой политике. Финансовые потребности стран--членов ЕС настолько различны, что начались разговоры о повороте вспять интеграционных процессов на континенте и даже о возможном распаде еврозоны. А ведь совсем недавно в Брюсселе уверяли, что расширение Европы способствует выравниванию экономик государств континента.

Стремительное падение


Принято считать, что родина экономического кризиса — банки США и что сильнее всего от него пострадали те страны и структуры, которые в наибольшей степени были связаны с американской финансовой системой. В качестве примера приводили Великобританию. Однако это не совсем так. Власти ЕС проводили такую же политику стимулирования экономики за счет безудержного раздувания кредитных портфелей, как и их американские коллеги. Только направлялись эти инвестиции во вновь присоединившиеся центрально- и восточноевропейские страны. Раздувание кредитного пузыря, когда ничем не обеспеченные деньги из "старой Европы" рекой лились в "новую", не могло не завершиться крахом.

С 2000 по 2008 год рост прямых иностранных инвестиций в некоторые страны этого региона достигал 1000%. Среди рекордсменов оказались Словакия и Болгария, которые получили по €20 млрд. В лидерах были также Польша, Чехия и Румыния: объем прямых инвестиций в эти страны увеличился почти в два раза.

Финансовые вливания в восточноевропейские государства в первую очередь сказались на росте ВВП ведущих государств "старой Европы". По подсчетам Standard Chartered Bank, за два последних десятилетия только экономика Германии получила до 30% своего прироста за счет работы на "восточные земли". По этой же причине безработица в Германии сократилась до 2,6%, что позволило ей держаться на одном из самых низких послевоенных уровней. Банковский сектор Франции за последнее предкризисное десятилетие более 50% прибыли получил от операций в "новых землях". Убытки 2009 года составили менее 10% от заработанной прибыли. От Франции и Германии не отставали Италия и Австрия. Не менее удачливы были скандинавские банки и фирмы, занимавшиеся экономическим восстановлением восточноевропейских, прежде всего прибалтийских, стран. Один только шведский Swedbank занял больше половины рынка банковских услуг Эстонии. А всего шведские банковские группы контролируют более 90% банковского сектора страны.

В свою очередь, успехи новых членов объединенной Европы далеко не так впечатляющи. Даже самые развитые из них, такие как Польша, Чехия и Венгрия, испытали настоящий шок при вступлении в ЕС. Потеряв рынок сбыта бывшего соцлагеря, промышленность этих стран фактически развалилась.

Польша практически утратила автомобилестроение и судостроение. Венгрия лишилась почти всего машиностроения. Полностью прекратил деятельность даже известный завод, производивший автобусы Ikarus. В Болгарии с ее прекрасным климатом сельское хозяйство с трудом обеспечивает потребности страны, а ведь совсем недавно болгары снабжали овощами и фруктами весь соцлагерь. Другие отрасли экономики в стране вовсе перестали существовать.

Открытие новых современных производств, на которое так надеялись правительства восточноевропейских стран, шло крайне медленно. Крупный европейский капитал по-прежнему предпочитает вести дела в Индии, Китае и других азиатских странах, это намного дешевле. Если в восточноевропейских странах можно найти квалифицированного рабочего за €200-400 в месяц, в Китае таких же рабочих нанять за €70-150, а во Вьетнаме — за €30-50. Надежды на то, что массированные иностранные кредиты поспособствуют появлению собственного крупного капитала в Восточной Европе, тоже не сбылись.

Обманчивая стабильность


Кризис 2008-2009 годов не является чем-то феноменальным в европейской экономической истории. Подобное происходит регулярно, два-три раза за столетие, по крайней мере в последние 500-600 лет. Однако до сих пор кризисы подобного уровня разрешались иначе. Они неизбежно приводили к крупным войнам, после чего система выходила на новый уровень, и это проявлялось во всех сферах жизни, от социально-политической до технологической.

За примерами далеко ходить не надо. Вспомним, что Великая депрессия 1930-х годов завершилась Второй мировой войной, а кризис, ознаменовавший конец "промышленной революции" в Англии в конце XVIII века, подстегнул наполеоновские войны в Европе, за которыми последовала безудержная колониальная экспансия на протяжении всего XIX века. Экономический кризис 70-х годов XIX века привел, в частности, к разделу Европы на два противостоящих военно-политических лагеря (Тройственный союз и Антанта). Ничего подобного сейчас мы не наблюдаем. Попытки подать борьбу с терроризмом как третью мировую войну все-таки выглядят слишком неубедительно.

Европа показала, что слишком многие страны не способны и не хотят формировать структуру, которая бы оправдывала название «объединенная»

Мало что происходит и в социально-политическом устройстве Европы. В последние годы она показала, что слишком многие страны не способны и не хотят формировать структуру, которая бы оправдывала название "объединенная". Лиссабонский протокол — это всего лишь слабые попытки ввести централизованные структуры в Европе. В реальности же, как показал, в частности, бюджетный кризис в Греции и Испании, европейские страны, имеющие массу возможностей не выполнять директивы Брюсселя, сами решают свои проблемы. Причем в "независимости" заинтересованы не только малые государства, которые опасаются дальнейшего усиления диктата крупных, но и наиболее мощные, например Германия. Ведь именно ФРГ при вводе евро настояла на том, чтобы у стран зоны не было коллегиальной ответственности в случае дефолта страны-члена. Если мы сравним современную ситуацию с грандиозными политическими сдвигами в 50-х годах прошлого века (когда и зародился Евросоюз), то нынешний экономический кризис не привел к существенным политическим изменениям на карте Европы.

В технологической сфере ситуация не лучше. Это подтверждает даже поверхностное перечисление послевоенных достижений. Космос и атомная энергетика, микроэлектроника и синтетические химические материалы — все это появилось после Второй мировой войны. Сейчас мы наблюдаем всего лишь развитие этих идей. Европейцы все больше копируют чужие достижения, не изобретая свои.

Выхода из этого тупика не видно. Хирургическое лечение кризиса войной, по-видимому, не стоит на повестке дня. В превратившейся из разъединенной в объединенную Европе исчезли всякие условия для столетних, семилетних, северных, балканских, франко-прусских, австро-итальянских и каких угодно еще войн. А применяемая сейчас паллиативная терапия способна, судя по всему, лишь несколько продлить страдания больного.

Комментарии

Рекомендуем

наглядно

обсуждение

Профиль пользователя