Коротко

Новости

Подробно

Владимир Назаров: военный удар по Ирану стал бы огромной ошибкой

Заместитель секретаря Совета безопасности РФ о позиции России по иранской ядерной проблеме

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 7

В конце минувшей недели пресс-секретарь Белого дома Роберт Гиббс подчеркнул, что последние заявления и действия Ирана вынуждают США "и другие государства" ввести жесткие санкции против этой страны. Со своей стороны, заместитель секретаря Совбеза РФ ВЛАДИМИР НАЗАРОВ дал понять, что Россия может поддержать введение санкций, но они должны быть "адекватны угрозам со стороны иранской ядерной программы" и "не наказывать народ Ирана". При этом он отметил, что Россия пытается убедить западных партнеров найти дипломатические средства решения проблемы и "не загонять Иран в угол". Господин Назаров сказал это в интервью корреспонденту "Интерфакса" ПАВЛУ КОРЯШКИНУ, специально для "Ъ".


— Раньше Россия поддерживала Иран и выступала против санкций. Сейчас ощущение, что мы больше поддерживаем Запад. Что нас перестало устраивать?

— Нас беспокоят противоречивые сигналы из Ирана, в том числе в ответ на предложения "шестерки" и требования МАГАТЭ. Мы, конечно, считаем, что Иран должен сотрудничать с МАГАТЭ в большей степени.

Иран для нас — очень важный стратегический партнер. Мы заинтересованы в том, чтобы развивать отношения с Тегераном по широкому кругу вопросов и в самых различных областях. Иран играет важную роль в вопросах обеспечения региональной и международной безопасности. Однако перспективу обретения Ираном ядерного оружия Россия считает неприемлемой. Это имело бы для региона и мира в целом тяжелые последствия. Возникнет эффект домино: многие другие страны региона предпримут все усилия, чтобы также обрести ядерное оружие. На этой почве возможны новые кризисы и конфликты.

— Иран объявил о начале самостоятельного обогащения урана до 20-процентного уровня. Есть ли у нас оценки, когда у Ирана может появиться ядерное оружие?

— Конкретные оценки есть, и мы постоянно сверяем их с данными основных партнеров России, которые также внимательно следят за ситуацией. Не буду называть сроков. Скажу так: успехи, которых Иран добился в последнее время в реализации своей ядерной программы, свидетельствуют: те гипотетические сроки получения ядерного оружия, которые называются экспертами в разных странах, начинают сокращаться.

— Если дело дойдет до санкций против Ирана, мы будем за жесткий или мягкий вариант?

— Россия считает санкции контрпродуктивными. Но, как заявил президент Российской Федерации Дмитрий Медведев, "в некоторых случаях использование санкций является неизбежным".

Санкции должны соответствовать степени угрозы. Отклонение в любую сторону может иметь нежелательные последствия. Если и говорить о санкциях, то нельзя загонять ими Иран в угол. На территории Ирана присутствует МАГАТЭ, осуществляется мониторинг ядерных объектов. В то же время более широкое сотрудничество с МАГАТЭ и присоединение Ирана к дополнительному протоколу, к соглашению о гарантиях МАГАТЭ решило бы все вопросы, восстановило бы прозрачность ядерной программы, вернуло бы доверие к ней со стороны международного сообщества.

— Значит, мы за мягкие санкции?

— Что значит мягкие или жесткие санкции? Это приклеивание каких-то ярлыков. Если пойдет речь о санкциях, то они должны быть адекватны угрозам со стороны иранской ядерной программы, но не должны наказывать народ Ирана. Кстати, как правило, санкции оказывают крайне ограниченное влияние на политический курс, военный потенциал и обороноспособность страны.

— Насколько реальна, по оценке Совбеза РФ, вероятность удара США и Израиля по Ирану?

— Военный удар по Ирану стал бы огромной ошибкой. Проблемы, связанные с иранской ядерной программой, нужно решать только дипломатическими мерами. Любая военная акция против Ирана взорвет ситуацию, будет иметь крайне негативные последствия для всего мира, в том числе для России, которая является соседом Ирана.

Совет безопасности РФ и лично секретарь Совета безопасности прилагают большие усилия в контактах с зарубежными партнерами для того, чтобы убедить страны, которых это касается, что военный путь крайне опасен и допустить его нельзя.

— В январе Москву собирался посетить секретарь Высшего совета национальной безопасности Ирана Саид Джалили, но визит не состоялся. Его все еще ждут в Москве?

— Мы готовы его принять в любое удобное для обеих сторон время. Наше приглашение остается в силе. Сегодня, похоже, протокольные вопросы для иранцев важнее существа дела.

— Считаем ли мы себя вправе в нынешней ситуации поставить Ирану комплексы С-300?

— Есть подписанный контракт, который мы должны выполнить, но поставки еще не начались. Эта сделка не ограничена никакими международными санкциями, поскольку речь идет о поставках сугубо оборонительного оружия. Другое дело — любые наши действия должны способствовать укреплению мировой и региональной стабильности, уважению международного права и международных обязательств, в том числе в рамках Договора о нераспространении.

— Некоторые зарубежные партнеры настойчиво просят нас не поставлять оружие Ирану...

— Россия получала и получает много просьб и даже требований в отношении поставок или непоставок вооружений. Тем странам, которые обращаются к нам с такими призывами, лучше посмотреть на свои сделки с Грузией.

Еще перед вторжением Грузии в Южную Осетию Россия на протяжении долгого периода времени убеждала западных партнеров не оказывать военную помощь Тбилиси. Наши призывы были проигнорированы. Напомню, что в результате грузинской агрессии были убиты российские военнослужащие и мирные российские граждане.

Россия до сих пор добивается от западных партнеров прекращения военных поставок в Грузию. К сожалению, они продолжаются, а некоторые страны принимают меры для того, чтобы скрыть свою причастность к вооружению Грузии.

— Позиции с западными странами у нас расходятся не только по вопросу о Грузии. К примеру, в НАТО расстроились по поводу того, что расширение блока в новой военной доктрине РФ названо угрозой...

— Да, в НАТО расстроились из-за того, что стратегия национальной безопасности РФ называет приближение военной инфраструктуры блока к нашим границам одной из угроз. А ведь разговоры о возможном вступлении в НАТО Грузии подтолкнули руководство этой страны на прямую агрессию против Южной Осетии. Мы помним, как вовлекались в НАТО страны Балтии. Нам обещали, что это улучшит наши отношения с прибалтийскими странами, что это заставит их больше уважать права национальных меньшинств. Получилось ровно наоборот. Антироссийский курс руководства стран Балтии усилился. Демонтируются памятники воинам-освободителям. Даже символы Великой Победы объявляются в этих странах вне закона, а пособники нацистов — героями.

Мы не можем согласиться с точкой зрения, которую отстаивает генсек НАТО Фог Расмуссен, что расширение НАТО повышает нашу безопасность. Это нашло отражение в стратегии национальной безопасности и подготовленной на ее основе военной доктрине России.

Полный текст интервью см. на сайте www.kommersant.ru.


Комментарии
Профиль пользователя