Утро после выборов не столько дает ответы, сколько ставит вопросы, цена которых предельно высока. И именно четвертому президенту независимой Украины на них отвечать.
Первое: дала ли что-то стране "оранжевая революция"? Во многом уже дала — все выборы, проводившиеся после нее, страдали от нарушений куда меньше, чем президентские выборы 2004 года, а проигравший в той революции оказался близок к победе четыре года спустя. В сумме два этих явления означают, что страна демократизировалась, ибо минимальное определение демократии в том и состоит, что выборы проходят честно, а проигравший может вновь попробовать и победить. Кроме того, нет прежней остроты раскола на восточный и западный электорат, деления на восточный и западный путь развития. Сегодняшняя Украина сшита нитками бело-голубыми, белыми (таков ныне цвет Юлии Тимошенко) и отчасти оранжевыми, а путь у обоих кандидатов в президенты — чуть более западный, но и восточный тоже. При этом вторая "оранжевая революция" не получится — "псевдомайдан" был бы чреват не только угрозой противостояния замерзающих армий, но и дискредитацией выборов и всего политического режима.
Второе: какой республикой стала Украина? Если судить по конституции, поправки к которой вступили в силу после "оранжевой революции", то "премьерской" — глава правительства, опирающийся на парламентское большинство, должен быть сильнее президента. Так оно вроде и было в последние годы, но было почему? Может быть, на Украине вдруг заработало перспективное, но сложное устройство с разделением властей? Или причина в другом — в том, что президент оказался слабым и неумелым, оттесненным бойкими премьерами, только что сразившимися друг с другом за президентский пост? Скорее второе. Но теперь один из двух "штатных премьеров" станет президентом, в то время как хлипкое большинство в раде располосовало шальными снарядами президентской избирательной кампании. В связи с этим возникает закономерный вопрос: сможет ли победитель на нынешних выборах обрести большинство в парламенте, а если нет — как он будет уживаться с оппозиционным премьером?
Третье: как будет управлять страной и выходить из кризиса победитель выборов? Конечно, когда власть не сосредоточена в одних руках, в этом есть свои достоинства — но только до определенного предела. В то же время в период кризиса правительства должны быть решительными и эффективными.
Четвертое: нынешнее состояние российско-украинских отношений осложнялось конфликтом с Виктором Ющенко. Но какими станут эти отношения, когда данный конфликт утратит актуальность? Очевидно, что любой президент Украины, который придет после Ющенко, поведет Украину в Европу, но с оглядкой на Россию. Может, и нам в этой ситуации стоит стать поближе к Европе и тем сократить дистанцию от Москвы до Киева?