Цена вопроса
"О чем говорить, когда не о чем говорить?" Классическая фраза подводит итоги украинской избирательной кампании. Слушая все эти "только мы и наша команда"" и "в борьбе с антигосударственными кандидатами", наблюдатель невольно начинает желать, чтобы все закончилось в один тур.
В отличие от 2004 года, когда различия между платформами кандидатов были радикальными, сегодня очевидно одно: люди, неоднократно занимавшие высокие посты, хотят занять еще один, президентский. В какую политтехнологическую оболочку это облекается — вопрос не важный. Переход на личности вместо столкновения программ — логичное следствие.
Юлия Тимошенко, понимая, что сегодня оранжевый багаж в глазах избирателя не является однозначным достоинством, постаралась избавиться от имиджа "королевы Майдана". Но из этой метаморфозы не следует, что курс Тимошенко-президента был бы более эффективным, чем политика Тимошенко-премьера.
Виктору Януковичу вообще ничего особенного делать не пришлось. В ситуации, когда его оппоненты потратили прошедшие пять лет на разборки между собой, попутно утопив репутацию страны, он вроде бы может спокойно дожидаться юридического оформления реванша. Но опять-таки неясно, сможет ли в кризисных условиях возглавлять страну человек, взгляды которого скорее ассоциируются с прошлым, чем с будущим.
Относительный успех политиков, номинировавшихся на роль "эффективных менеджеров", говорит о том, что запрос на новые лица и новую политику постепенно формируется. Впрочем, это не означает, что новые лица реально появились.
С точки зрения перспектив развития Украины все это не очень обнадеживает. Реальным вопросом нынешних выборов был вопрос о том, как двигаться вперед, а не куда идти. Однако политики так и не предъявили программы конкретных действий.
Впрочем, принципиальный выбор модели был сделан в прошлый раз. И как бы кому-то ни хотелось, Украина сегодня не в состоянии вернуться к системе ручного управления политическим процессом, которую когда-то выстроил Леонид Кучма, тем более перейти к режиму личной власти. В обозримой перспективе Украина будет управляться посредством системы институтов, в которой существуют взаимные сдержки и противовесы и где невозможно полное доминирование одних региональных или экономических интересов над другими. Просто потому, что это соответствует укоренившейся плюралистической традиции.
Поскольку схожие системы власти существуют к западу, а не к востоку от границ Украины, именно в этом направлении будут лежать главные внешнеполитические приоритеты Киева. Впрочем, глядя на непрекращающиеся раздоры Москвы и Минска, и в иных обстоятельствах возврат Украины к идее вступления в единое экономическое и тем более военно-политическое пространство с Россией представить себе было бы крайне трудно.