Коротко

Новости

Подробно

Смена роли

Государство и бизнес

"Social Report (Рейтинг топ-менеджеров)". Приложение от , стр. 25

Бывшие бизнесмены, пришедшие во власть, не слишком любят комментировать разницу между прошлым и настоящим местом работы. Бизнесмены с чиновничьим опытом обычно делятся впечатлениями более открыто. Свободнее всего рассуждает о разнице между первыми и вторыми третья сторона — консультанты и юристы.


Вероника Павлова


Всегда ли оправданы переходы чиновников в частный бизнес, приобретает или теряет сменивший сферу деятельности, есть ли от таких переходов польза новому коллективу — мы спросили участников рынка.

Качественные отличия


Представители бизнес-сообщества, успевшие поработать на госслужбе, часто отличаются от своих коллег, не имеющих соответствующего опыта. Юрист фирмы "Маннхеймер Свартлинг" Сергей Федоров отмечает, что с такими людьми бывает сложнее найти компромиссные варианты разрешения разногласий. "Зачастую "выходцы из государственных органов" констатируют проблему, но не предлагают альтернативы или варианты ее решения, сложнее подстраиваются к новой обстановке или обстоятельствам", — разъясняет он. При этом Сергей Федоров подчеркивает, что решающим фактором всегда являются личностные характеристики каждого отдельного человека, а указанные нюансы не носят массового характера.

"Основное отличие между работой в бизнесе и на государственной службе — время", — считает председатель комитета по инвестициям и стратегическим проектам Санкт-Петербурга Алексей Чичканов (13 лет работал в КУГИ, с должности первого заместителя председателя ушел в DLA Piper на должность партнера, через полтора года вернулся в Смольный). Он поясняет, что бизнесмену на подготовку и принятие решений отводится гораздо больше времени, чем чиновнику. Кроме того, у него больше возможностей — он может распределять свое время в соответствии с количеством и сложностью проектов, а если времени недостаточно — нанять больше сотрудников. "Руководитель на госслужбе должен относиться ко времени менее расточительно", — отмечает господин Чичканов.

Сергей Федоров, напротив, считает, что у "выходцев из государственных структур" бывают проблемы с тайм-менеджментом, например, беспочвенное затягивание переговоров или проблемы с учетом рабочего времени, что особенно актуально в бизнесе, где оплата работы юристов почасовая и время работы юриста по каждому проекту должно регистрироваться с точностью до пяти минут.

"Жесткого деления по месту получения управленческого опыта делать не стоит", — уверен директор департамента информационных технологий компании КРОК Игорь Никулин. По его мнению, возможно, что госслужба откладывает отпечаток бюрократизма, но при этом учит принимать решения более четко и продуманно, например, при выборе партнеров и субподрядчиков. Он отмечает разницу в мотивации (бизнес более нацелен на экономический эффект от проекта), а также имиджевые отличия (причастность к большим и сложным проектам государственного масштаба прививают человеку строгость к бумагам, взвешенность подходов). По мнению Игоря Никулина, бизнес более склонен к принятию быстрых, подчас рискованных решений, гибкому мышлению и меньшей формализации.

"Опыт работы на госслужбе "структурирует" человека, приучает к определенной системе, в том числе системе поведения", — подчеркивает директор по корпоративным коммуникациям и работе с правительственными органами "БМС СПб" Ксения Тиханкина (несколько лет работала в комитете по внешним связям Санкт-Петербурга. По ее словам, госслужба "прививает" определенный деловой этикет, включая такие мелочи, как привычку носить "правильную" деловую одежду на работу. Кроме того, госслужба требует согласованных действий: структурные подразделения обязаны учитывать интересы всех сторон, вовлеченных в процесс.

По мнению Вильгельмины Шавшиной, руководителя практики внешнеторгового регулирования петербургского офиса международного юридической компании DLA Piper (за 1995-2002 годы прошла путь от инспектора до руководителя правовой службы Санкт-Петербургской таможни Северо-Западного таможенного управления), работа в государственной сфере дает колоссальные знания и опыт. "Во-первых, за годы работы на государственной службе начинаешь понимать логику подхода чиновников к тем или иным вопросам, во-вторых — ориентироваться в требованиях государственных органов и способах толкования законодательных актов. Наконец, наличие профессиональных связей, приобретенных на госслужбе, в ряде ситуаций способствует более конструктивному юридическому диалогу при сопровождении интересов клиентов", — считает она. Ее коллега, руководитель судебной практики петербургского офиса DLA Piper Олег Скворцов (в 1996-2001 годах занимал должность судьи Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа), рассказывает, что "поскольку теперь, занимаясь юридической практикой, я представляю интересы клиентов, для которых важен конечный результат, могу с уверенностью заявить, что процесс достижения этого результата существенно упрощается, когда четко понимаешь, по какому пути необходимо следовать". "Благодаря своему предыдущему опыту работы, я знаю, каким образом дело движется в суде, какие факторы психологического и правового характера оказывают влияние на принятие тех или иных судебных решений", — добавляет он.

Сергей Федоров подчеркивает, что бывшие чиновники знают "кухню" госорганов (особенно тех, из которых они вышли), понимают, как эффективнее вести переговоры.

Целевое назначение


Пути перехода из одной сферы в другую бывают разными — иногда предсказуемыми, иногда неожиданными. По мнению госпожи Тиханкиной, представители бизнеса с опытом госслужбы всегда будут востребованы для сопровождения новых инвестиционных проектов, в таких сферах как автомобильная промышленность, строительство, а также в крупных производственных компаниях. Опыт госслужбы полезен там, где задачи требуют более тщательной подготовки, соблюдения процедур и формальностей, например, в консалтинге в области government relations и внешних связей, в области девелопмента, лоббирования, изменения законодательных процедур.

Кадровые перестановки на высоком уровне вызывают и повышенный интерес общества — будь то уход в Сбербанк Германа Грефа или приход в Смольный нового недавнего бизнесмена. Обращают внимание на такую ротацию кадров и в профессиональных сообществах. Так, несколько месяцев назад в Гильдии управляющих и девелоперов (ГУД) сменился президент — вице-президента, управляющего директора ВТБ Александра Ольховского сменил Вячеслав Семененко, член совета директоров Setl Group, вскоре назначенный на должность председателя комитета по строительству Санкт-Петербурга. Решение в Гильдии было принято раньше — еще в сентябре 2008 года, когда господина Семененко выбрали президент-электом (официальным преемником действующего главы Гильдии).

По мнению компаний, входящих в ГУД, опыт Вячеслава Семененко в девелопменте, общественной деятельности и государственной службе будет полезным для организации. Господин Ольховский являлся связующим звеном между ГУД и банковскими структурами, а основной задачей Семененко на посту главы Гильдии является продвижение законодательных инициатив и лоббирование решений исполнительной власти, нацеленных на сохранение отрасли и формирование предпосылок для ее развития в посткризисный период. Сам Семененко отмечает, что сейчас "важно привлекать новых инвесторов в девелоперские проекты, снижать административные барьеры, работать над качеством проектов". Его предшественник Ольховский считает, что в назначении нового президента ГУД "значительно больше плюсов, чем минусов". "В ближайшие два года успех бизнеса в нашей стране будет во многом определяться умением работать с бюджетом и с госструктурами", — поясняет он.


Комментарии

Рекомендуем

Наглядно

обсуждение

Профиль пользователя