Коротко


Подробно

 Действующие лица


Краевой губернатор пошел по краю


       Выборные губернаторы — смелый демократический эксперимент президента — нынешней осенью обретут постоянный статус. Конституционным путем сменив назначенцев Москвы в регионах, они станут реальной политической силой в России.
       Из характерных черт этой новой политической фигуры можно было бы составить ее коллективный портрет. Но убедительнее выглядит портрет реальный. Хотя и вполне типовой.
       
       Для губернатора Приморья Евгения Наздратенко выборы — давно уже, в декабре 95-го, пройденный этап. Он был избран хоть и в порядке эксперимента, хоть и наперекор трем партийным блокам, но почти всенародно: 75 процентами голосов.
       
       Победить, а главное удержаться на завоеванных позициях ему помогли три кита — поддержка влиятельных финансово-промышленных кругов, хорошо изученная схема коридоров власти и умело завоеванная народная любовь.
       На этих же китах стоит (и, видимо, стоять будет) выстраданное в интригах губернаторское кредо Наздратенко: "Москва мне не указ".
       
       НАЗДРАТЕНКО Евгений Иванович, родился в 1949 году в городе Северо-Курильск. Трудовой путь начал электросварщиком на Приморском горно-химическом комбинате. Работал здесь в разных должностях. Окончил Дальневосточный технологический институт, экономист. Создал горнорудную компанию "Восток". Стал ее президентом. В мае 1993 года указом президента РФ назначен главой администрации Приморского края. В декабре 1995 года избран губернатором. Член Совета федерации. Женат. Двое сыновей.
       
...А остальное мы купим
       Приморский край, возглавляемый политиком первой демократической волны профессором Владимиром Кузнецовым, к 1993 году занимал одно из лидирующих мест в стране по темпам приватизации. А саму приватизацию возглавила вполне демократичная коалиция умных людей, среди которых не последнее место занимал Наздратенко. Люди эти своевременно заключили цивилизованный пакт, вернее ПАКТ — АО "Приморская Акционерная Корпорация Производителей". Корпорация, опираясь на объединенные финансовые ресурсы, скупила контрольные пакеты акций приватизируемых предприятий. Прежде всего тех, которыми руководили сами ее члены. И к 1993 году ПАКТ стал самой влиятельной финансовой группой в крае.
       Первый этап приватизации в регионе был окончен. Начинался второй. Для успешного участия в нем ПАКТу нужен был качественно новый ресурс — власть. Корпорация организовала смещение Кузнецова и в мае 1993 года сессия крайсовета, в котором заседало немало членов ПАКТа, назначила главой администрации Приморья Евгения Наздратенко. Как вскоре пояснил один из соратников нового главы края и его зам Игорь Лебединец, "к власти пришел ПАКТ — новые богатые люди".
       Владивостокская фондовая биржа отреагировала на это обвалом акций. Конкуренты были достаточно хорошо знакомы с методами корпорации и понимали, что время, когда с ней можно было конкурировать, прошло. Весной 1993 года в Приморье впервые в стране к власти пришли люди, рассматривающие политику как бизнес. Пришли, основательно подготовив площадку, обеспечив тылы. ПАКТ приватизировал самый высокорентабельный объект — власть, и вышел на новый уровень.
       Спустя полтора года Наздратенко на одной из пресс-конференций просто и откровенно изложил кредо корпорации: "Невозможно отделить власть от производства, промышленности — это нераздельные вещи".
       Осенью 1994 года глава Приморья получил пакет предложений от ОНЭКСИМбанка по вопросам сотрудничества банка и краевых властей. Губернатор ответил банку крепким рукопожатием, тем более что и друзья в Москве посоветовали не отказываться от дружбы с влиятельной финансовой структурой. ОНЭКСИМбанк купил 25 процентов акций владивостокского банка "Приморье", учрежденного все той же корпорацией — рядом крупных предприятий региона и краевой администрацией. К концу 1995 года совместный банк ОНЭКСИМа и корпорации стал фактически уполномоченным по обслуживанию краевого бюджета (по некоторым оценкам, это около двух с половиной триллионов рублей в год).
       Сделка более чем удачная, особенно с учетом последних назначений в правительстве: президент ОНЭКСИМбанка Владимир Потанин стал первым вице-премьером.
       
Лучшая защита от правозащиты
       29 июня 1993 года во Владивостоке прошли выборы мэра. Победил правозащитник Виктор Черепков. Кандидат корпорации — ее президент Борис Фадеев — проиграл. Последствия не замедлили сказаться. С подачи Черепкова в край прибыла первая московская комиссия. А в декабре того же года руководитель администрации президента Сергей Филатов получил письмо за подписью министра внутренних дел Виктора Ерина. В письме приводились факты "нарушений администрацией края Указа Президента 'О борьбе с коррупцией в системе госслужбы'". В результате корпорация была вынуждена пойти на формальный развод с властью: часть ее членов вышла из коммерческих структур, а другая покинула государственные должности.
       Мэр Владивостока стал первой политической проблемой, с которой столкнулся Наздратенко. И в марте 1994 года Черепков был смещен с поста по обвинению во взяточничестве. Потом дело развалилось, суд оправдал Черепкова. Но когда возникла угроза возвращения экс-мэра, появился указ президента об отстранении Черепкова от должности мэра Владивостока в связи с "...длительным неисполнением своих обязанностей". И Черепков вновь начал судиться: на сей раз с президентом. Закрыть проблему Черепкова не удалось: он вновь победил и вновь собирается обратно. Но пока экс-мэр ходил по судам, Наздратенко окреп настолько, что никакой правозащитник ему теперь не страшен.
       Комиссия, инициированная Черепковым, была первая, но далеко не последняя. По подсчетам краевой администрации, за время правления Наздратенко в Приморье побывало около полусотни комиссий. Но итоги были одни и те же: ревизоры привозили в столицу папки с компроматом, по местным и московским коридорам власти прокатывался слушок: "Наздратенко снимают". Но снимали, как правило, его противника. Так было с представителем президента в Приморье Валерием Бутовым. Так прошлой зимой завершилась борьба приморского главы с Анатолием Чубайсом.
       Отец российской приватизации обрушился на ее дитя весной 1995 года после стихийной забастовки шахтеров Приморья. Боевые действия развивались по уже знакомому сценарию: Чубайс выступил с обвинениями в адрес администрации, та гневно их отвергла. А затем во Владивосток вылетела очередная московская комиссия. На следующий день в обратном направлении отправился Наздратенко.
       Губернатор знал по опыту: в разгар конфликта с центром нельзя уходить в глухую оборону. Осенью 1994 года, когда комиссия, отправленная в Приморье Егором Гайдаром, обнародовала в прессе результаты проверки и московские газеты обрушили на приморскую администрацию шквал критических статей, губернатор мужественно ринулся в стан врага. И это было оценено по достоинству: несколько дней спустя в Кремле президент вручил Наздратенко орден "За личное мужество".
       Полезной оказалась и эта поездка в Москву. Из столицы, где приморский губернатор принял участие в учредительном съезде блока НДР, он вернулся уже координатором блока по Дальнему Востоку.
       И тут же объявил во всеуслышание, что ему не доставляет никакого удовольствия находиться в одной политической организации с Чубайсом, добавив, что за движением, в котором состоит Чубайс, народ не пойдет. Вслед за ним эту мысль повторил и Юрий Лужков. А после парламентских выборов с ними согласился и президент, отправив Чубайса в отставку.
       Наздратенко к тому времени чувствовал себя вполне уверенно в коридорах власти. Еще на заре свое политической карьеры он завязал нужные контакты в Кремле. Все эти годы, по словам как противников, так и сторонников губернатора, его ангелом-хранителем был первый помощник президента Виктор Илюшин. Затем Наздратенко сдружился с премьером Черномырдиным, с которым, говорят, поначалу не все было ладно. Совместная работа в НДР окончательно укрепила дружбу двух государственных мужей.
       
Было надо — и цены снижали
       Наздратенко, как восходящая звезда ринга, шел от победы к победе, отправляя в нокаут очередного противника. Однако на место каждого сраженного становился более могущественный. Бывший таежный артельщик, прошедший жесткую и суровую школу, прекрасно понимал, что бороться с сильными может только сильный. И с самого начала делал все, чтобы упрочить свое положение. Губернатор, назначенный президентом, им же может быть и снят в любую минуту. А потому Наздратенко стал пробивать разрешение на проведение в крае выборов губернатора. Параллельно он завоевывал любовь электората.
       Когда зимой 1994 года Приморье осталось без света и тепла, Наздратенко распорядился конфисковать "на нужды края" топливо, имеющееся у коммерческих структур и даже следующее транзитом через Приморье в другие области. Борьба за электорат имела и свои издержки. В августе 1993 года Наздратенко выбил специальное постановление правительства, по которому в крае были установлены низкие тарифы на электроэнергию. Обыватель был доволен: Наздратенко заботится о людях. Но это же стало причиной перманентных кризисов в угольной промышленности Приморья и забастовок шахтеров.
       Весной 1995 года Наздратенко столкнулся с первой стихийной шахтерской стачкой. Шахтерская карта в политике не нова. Но это козырь оппозиции. Наздратенко первым смог использовать ее в интересах действующей власти. Оседлав стачечное движение, он направил гнев протестантов против своих оппонентов. Краевая дума обратилась к руководству страны с открытым письмом, заявив о готовности организовать бессрочную забастовку, парализовав Транссиб и морские порты, если не будут выполнены требования шахтеров.
       Но коньком губернатора стала борьба с "китайской угрозой". К этой карте он прибегал в самые критические моменты. Обида за державу захлестывала Наздратенко аккурат в период приезда в край очередной комиссии, забастовки шахтеров, гнева первопрестольной. Он высылал из края "лиц китайской национальности". Оспаривал российско-китайское соглашение о демаркации границы, категорически отказываясь передать южному соседу уступленные Москвой пяди Приморской земли, заселял спорные земли казаками.
       Но до китайской угрозы Наздратенко додумался не сразу. Первая геополитическая карта, с которой он пошел, была не китайская, а японская. Летом 1994 года Наздратенко обратился в Москву с предложением передать Приморью Курильские острова. Но реакция последовала не из Японии, а с Сахалина. Власти Сахалинской области, в которую входят спорные острова, узнав об инициативе Наздратенко, были, мягко говоря, ошарашены. Впрочем, губернатор Приморья быстро забыл про Курилы и взялся за Поднебесную: за нее не заступался сахалинский глава — тоже, между прочим, член Совета федерации.
       Наздратенко тщательно готовил выборы, понимая всю их важность. Выборы были намечены на октябрь 1994 года. Но против корпорации выступила неожиданная для большой политики коалиция — выбороссы, коммунисты и либерал-демократы. В результате президент отменил выборы. Край зашелся в негодовании: протестовала не только верхушка — от губернатора до представителя президента, но и "трудовые коллективы". На следующий день, когда из Москвы раздался гневный окрик, Наздратенко смирился, заявив, что, как человек государственный, обязан подчиниться указу.
       И через год — 17 декабря 1995 года, когда Наздратенко стал координатором НДР по региону, — выборы губернатора Приморья все же состоялись. Но год этот Корпорация потратила не зря: за Наздратенко проголосовало 75% избирателей.
       
Да? Да? Нет? Да?
       Сегодня положение Наздратенко непростое. Черепков в очередной раз добился судебной правды: Хамовнический межмуниципальный суд Москвы постановил вернуть его на пост мэра Владивостока. К власти вернулся другой недруг губернатора Приморья — Анатолий Чубайс. Президент издал указ, в котором предупредил Наздратенко о его неполном служебном соответствии и обязал краевые власти до 15 сентября нормализовать ситуацию в топливно-энергетическом комплексе края. А Федеральная энергетическая комиссия обязала приморские власти повысить тарифы на электроэнергию.
       Все это вместе взятое загоняет корпорацию в угол. До 15 сентября власти Приморья явно не смогут нормализовать ситуацию в ТЭК. Абсолютно не ясно, как не допустить возвращения Черепкова, не вступая в прямой конфликт с законом и Москвой. Повышать же тарифы на электроэнергию в этих условиях означает лишиться поддержки населения.
       И корпорация пошла на обострение. Краевая дума, обвинив центр в "неправедных действиях", отказалась следовать указаниям ФЭК о повышении тарифов и назначила на 22 сентября общекраевой референдум о доверии губернатору. Ход опробованный, впервые к нему прибегнул сам президент весной 1993 года в период противостояния с Верховным Советом (кто же не помнит его простую формулу — "Да! Да! Нет! Да!"?).
       На сей раз приморский губернатор фактически бросил вызов президенту. Ход, безусловно, рискованный, но не безрассудный. Шансы Наздратенко в противостоянии с Москвой достаточно высоки. Решив отправить губернатора в отставку после того, как он заручится всенародной поддержкой на референдуме, Кремль рискует нарваться на прямой отказ. В свое время, еще только собираясь избираться в губернаторы, Наздратенко заметил, что после выборов "Москва мне не указ".
       И что делать в этом случае? Приморье не Чечня, войска туда не пошлешь. С другой стороны, у Наздратенко объективно существуют сильные союзники в лице избранных глав регионов (а число их нынешней осенью увеличится на полсотни). Случаев освобождения от должности избранного, а не назначенного губернатора еще не было. И вряд ли региональные лидеры допустят, чтобы такой прецедент появился.
P.S. На прошлой неделе ОНЭКСИМбанк предоставил Приморскому краю крупный кредит.
       
АЗЕР МУРСАЛИЕВ
       
       
--------------------------------------------------------
       Егор ЛИГАЧЕВ, заместитель председателя Союза компартий
       Наряду с коммунистами выборы выиграют и некоммунисты, но нам симпатизирующие и при условии, что коммунисты окажут им поддержку. Народ будет выбирать тех людей, которых он знает и в которых он уверен.
       
Аман ТУЛЕЕВ, бывший сопредседатель движения НПСР, ныне министр по делам СНГ
       Надо говорить не о победе коммунистов, а о победе кандидатов от Народно-патриотического союза России. Мы рассчитываем на победу как минимум в 45 регионах России. Ставка будет делаться на людей, пользующихся авторитетом у себя в регионах.
       
Сергей ЮШЕНКОВ, один из лидеров ДВР
       У коммунистов мало шансов на выборах глав администраций. При выборе исполнительной власти главную роль играют хозяйственная жилка и способность к администрированию, опыт в этой области и конкретные достижения. А их могут продемонстрировать только те, кто уже приспособился к новым условиям.
       
Владимир РЫЖКОВ, заместитель председателя фракции НДР в Госдуме
       В регионах, где предстоят выборы глав исполнительной власти, сложился очень сильный корпус губернаторов, который сохранит свои позиции. В четырех регионах возможна достаточно острая борьба между коммунистами и сторонниками президента, еще в двух-трех регионах у коммунистов есть некоторые шансы, а в остальных 40 шансов почти нет.
       
Виктор АНПИЛОВ, лидер движения "Трудовая Россия"
       Надо откровенно признать, что в регионах нас ожидает не политическая борьба, а борьба между различными мафиозными кланами. Это уже другой расклад, и с политической точки зрения прогнозировать его бессмысленно. Политическая борьба на местном уровне невозможна.
       
Михаил ЮРЬЕВ, заместитель председателя Госдумы РФ от фракции "Яблоко"
       Победителей на региональных выборах не будет. Поскольку ставки в предстоящей борьбе очень высоки, то нас ожидает игра без правил. Я считаю, что региональные выборы нужно отменить, отложить хотя бы на год, для того чтобы сегодня, когда ослабла конфронтация и стороны готовы к перемирию и взаимодействию, можно было что-то сделать для улучшения положения в стране.
       

Тэги:

Обсудить: (0)

Журнал "Коммерсантъ Власть" от 03.09.1996, стр. 23
Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

Социальные сети

обсуждение