Коротко

Новости

Подробно

Виктор Илюхин: здесь я абсолютно согласен с Ходорковским

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 23
"Власть" продолжает публиковать отзывы на статью Михаила Ходорковского "Россия в ожидании суда"*. Свое мнение о реформе российской судебной системы, предложенной Ходорковским, высказывают заместитель председателя комитета Госдумы по конституционному законодательству и государственному строительству Виктор Илюхин и президент Гильдии российских адвокатов Гасан Мирзоев.

*Статью Михаила Ходорковского см. в N 23 "Власти" от 15 июня, комментарий бывшего заместителя председателя Конституционного суда РФ Тамары Морщаковой — в N 25 от 29 июня, председателя Конституционного суда РФ Валерия Зорькина — в N 26 от 6 июля, председателя комитета СФ по правовым и судебным вопросам Анатолия Лыскова и федерального судьи в отставке Сергея Пашина — в N 27 от 13 июля, председателя комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Елены Мизулиной, председателя Конституционного суда РФ в 1995-1997 годах Владимира Туманова и полномочного представителя правительства России в Конституционном суде РФ, Верховном суде РФ и Высшем арбитражном суде РФ Михаила Барщевского — в N 28 от 20 июля.



Я достаточно внимательно ознакомился с предложениями Ходорковского и высказываниями моих коллег-юристов с большими учеными степенями.

Действительно, затронута серьезная тема, ее необходимо обсудить. Сегодня слишком много накопилось претензий к работе судов, и они достаточно велики. Не хочу повторять известную фразу Владимира Путина "Судьи погрязли в злоупотреблении служебным положением", но она подходит в этом случае как нельзя кстати. Но не это главное. Сегодня главное то, что по многим гражданским и уголовным делам нет объективных, вдумчивых и справедливых решений. Поэтому народ сегодня и ропщет. Ведь сегодня как говорят: в СССР были везде очереди, а в России — две: одна на кладбище, а другая в суды за справедливостью, но справедливости там не находят.

Позиция Лыскова мне понравилась, я во многом с ним солидарен. А вот высказывания Зорькина меня немного насторожили. Как-то они попахивают высокомерием: ну что взять с Ходорковского, дескать, чего он все пишет? Вот мы — юристы, мы — профессионалы, мы знаем эту проблему и мы должны ее обсуждать. Мол, чего ждать, каких конструктивных предложений от человека, который никогда не занимался этими вопросами?

Но позвольте, если бы в отношении Ходорковского были иные решения в судах, то, наверное, и он бы поменял свою позицию. Ценность высказываний Ходорковского в отличие от Зорькина как раз и заключается в том, что он прошел эти суды и испытал эту несправедливость на себе. Я и раньше, и сейчас — в связи со вторым делом Ходорковского — называю это дело "позор российской Фемиды". Ходорковского фактически не судят, не наказывают, ему просто мстят — и мстят от лица государства. Вот это самое страшное. Я подчеркиваю: у Ходорковского есть основания оценивать с той стороны работу судебных органов, работу нашей Фемиды.

Я, например, с ним солидарен в том, что необходимо сделать так, чтобы не просто суды были независимыми, как говорят в обиходе, а чтобы каждый судья был независимым. Я с ним также согласен, что надо посмотреть на процесс формирования судебных органов. То, что сегодня у нас происходит, недопустимо. Я уже неоднократно говорил, что суды должны формироваться без всякого участия в этой схеме и президентской, и исполнительной власти. Суды должны формироваться только через законодателя и только законодателем. Наверное, это больше создаст условий для объективности. Законодатель решает вопрос коллегиально. Да и для мздоимства в этом случае будет меньше возможностей. Здесь больше открытости. Но я веду речь о судах высшей инстанции — Верховном суде, судах областных, краевых и республиканских. А что касается судов районных и городских, то они должны избираться. Избираться на определенный срок — допустим, на семь лет. И с правом освобождения от судебных обязанностей в случае компрометации деятельности судьи. Но опять-таки все выборы должны готовиться законодательными органами на местах, заксобраниями. И выборы необходимо проводить на альтернативной основе. Необходимо, чтобы законодатели отбирали кандидатов на прямые тайные выборы. Здесь должна быть тоже открытость. И наверное, в этом случае из аппарата президента не будут звонить в суды с требованиями: вынеси приговор, тебе же, мол, надо скоро переизбираться, а то мы тебя назначили, а теперь еще подумаем над этим. Тогда этих возможностей для злоупотребления исполнительной властью будет меньше. Здесь я абсолютно согласен с Ходорковским.

Хотя в этой ситуации у меня появилась даже шальная мысль. У нас суды обозначены как третья ветвь государственной власти. А почему бы не подумать и не сделать так, чтобы суды не были государственной властью? Пусть они формируются народом самостоятельно и самостоятельно функционируют. У них тогда будет объективность в случае, если государство виновато перед гражданином и если гражданин виноват перед государством. Тогда будет больше независимости и самостоятельности.

Понимаю, меня будут спрашивать, как могут суды не быть государственными. Но я исхожу из одного: в Конституции РФ записано, что власть в РФ принадлежит народу. Вот пусть он самостоятельно эту ветвь власти и формирует. А государство обязано обеспечивать эту власть материально, обязано обеспечить надежную защиту. Я подчеркиваю: мысль настолько радикальная, что вызовет отторжение и споры. Но тем не менее я подчеркиваю и призываю: давайте подумаем!

Что касается предложений Ходорковского о том, что сначала надо провести судебную реформу, а потом уже проводить политическую реформу. Заманчивое предложение. Но как это реализовать? В нынешней действительности реализовать это невозможно. Во-первых, судебные ветви власти сформированы. У нас огромный блок законов, которые регулируют и формирование, и деятельность судебной власти. Это законодательно закреплено в Конституции. Все пересмотреть сегодня вряд ли получится. Поэтому пожелание благое, но неисполнимое.

Относительно судейской несменяемости. Безусловно, есть положительные моменты. Но у этой медали две стороны. Несменяемость и огромная броня неприкосновенности в определенных условиях играют и другую, отрицательную, роль. За этой несменяемостью могут скрываться разболтанность, необъективность, взяточничество и все что угодно. Наша судебная система сегодня страдает еще одним пороком: она сформирована по принципу большого замкнутого круга. И за этой системой нет внешнего контроля.

С одной стороны, у меня предложения либеральные, радикальные, но с другой стороны, за любой властью должен быть внешний контроль (а мы определили: суд — это ветвь власти), контроль народа. Я сегодня высказываю огромные претензии к работе квалификационных комиссий. В них должно находиться как можно больше представителей общественности, людей, не связанных с судебной деятельностью. Тогда у нас что-то получится. А сегодня судьи сами себя судят — это неправильно, это не всегда дает положительный результат.

Кроме того, я бы снизил порог судейской неприкосновенности, впрочем, так же как и порог депутатской неприкосновенности. Ну зачем испрашивать согласие, если судья, или депутат, или член СФ застигнут на месте преступления, ДТП, хулиганства и т. д.? Не надо спрашивать — все очевидно. А вот создать необходимую и надежную броню от влияния на судей, от поклепов при исполнении и в связи с исполнением служебной деятельности необходимо. Неприкосновенность в этом и должна заключаться. И я никогда не соглашусь с недавними предложениями министра юстиции о разрешении оперативно-розыскной деятельности в отношении судей. В этом случае судьи будут находиться в постоянном страхе. Суды будут принимать незаконные решения, опасаясь вынести суровый приговор или, наоборот, оправдать. Это плохой момент.

Гасан Мирзоев: статья носит вызывающий характер


Ходорковский в своей статье говорит через призму человека, находящегося под стражей. Я бы назвал это взглядом сквозь решетку. Он справедливо пишет, что нынешний президент не против либерализации и демократизации, но забывает сказать, что он в то же время очень сурово и ответственно спрашивает с чиновников всех уровней, пытаясь исключить коррупцию. Сама статья и ее название носят вызывающий характер. Ходорковский пишет, что Россия ожидает суда. Суда над отдельными лицами, которые нарушают закон, или над всей страной?

Я считаю, что сейчас впервые в нашей истории у руля страны молодой, высокопрофессиональный юрист. С его появлением мы почувствовали укрепление законности. Конечно, есть ряд чиновников, которые засиделись на своих местах в администрациях крупных городов. Эти "киты" оказывают давление и на судебную власть. Волей-неволей в крупных регионах, где давно сидят губернаторы, имеются отдельные случаи (а не постоянные, как пишет Ходорковский) коррупции и административного давления на судебную власть.

В то же время сегодня весь мир, вся наша общественность должны заботиться о независимости судебной власти. Мы должны сделать так, чтобы каждый судья был уверен, что вынесенное им решение будет адекватно оценено общественностью. И не оглядываться ни на власть, ни на другие механизмы. Думаю, что назрел закон о необходимости отчетности судей перед общественностью. Чтобы судьи не формально, а реально хотя бы раз в полугодие отчитывались о своей работе. Общественность проникает везде — в тюрьмы, следственные изоляторы, даже пытается контролировать следствие. Но на судебную власть общественный контроль пока не распространяется.

Ходорковский считает, что нужна новая судебная реформа. Я считаю, что он не прав, наоборот, реформа идет постоянно — нужно остановиться и посмотреть, проанализировать, как работают все наши правовые институты. Мы всю жизнь работаем по схеме "разрушим до основанья, а затем...". Давайте попробуем остановиться и посмотреть, что же нужно совершенствовать. После анализа нужно создать согласительные комиссии с участием и следователей, и судей, и прокуроров, и адвокатов. В депутатском корпусе Госдумы все эти группы присутствуют, но депутаты не работают над законами так, как хотелось бы практикам. В Госдуме рождаются законы, в которые все время приходится вносить изменения.

Ходорковский считает, что судебная реформа должна предшествовать политической. Но сколько можно реформировать? У нас в стране многопартийная система, народ может выразить свои интересы, и надо у него спросить, нужна ли вообще эта реформа. Нельзя же с начала 90-х годов находиться в состоянии реформ — надо остановиться. Предложения Ходорковского — вызов обществу, политическое заявление. Он хочет возбудить общественное мнение, создать ажиотаж, настроить общественность против власти. Он дает характеристику всей системе. Каждый раз ломать и называть все реформой неправильно, я категорически против. Разве судьи — не профессиональная корпорация, разве у нас нет Совета судей? Судьи действуют на основании федерального закона и должны сами решать вопросы относительно своих функций и компетенций, у них есть для этого собственные механизмы. Разве мы против Бангалорских принципов, против независимости суда? Да, у нас в стране не в полной мере созданы условия, когда и действующая, и судебная власть могут жить независимо друг от друга. Например, московские власти могут построить на средства правительства Москвы здание суда — и потом люди начинают говорить, что это чуть ли не карманный арбитражный суд. Суды должны строиться за счет федерального бюджета.

Ходорковский предлагает расширить функции Совета судей, но для этого должен собраться парламент и принять решение. Пойдет он на это или нет, готово ли судейское сообщество к этому? Совет судей уже является органом самоуправления судейского сообщества, а не совещательным форумом. И что значит самостоятельно формировать половину составов ВС, ВАС, КС? Кто это будет делать?

Некоторые мысли, возможно, имеют право на существование. Например, предложение ввести частичную (ограниченную) неприкосновенность судей. Если мы на них возлагаем такую ответственность, если материально о них подумали — они неплохо получают относительно прокуроров и адвокатов,— то, конечно, обеспечить им неприкосновенность, защитить судей необходимо.

Важно также возродить принцип несменяемости судей, в этом я мог бы согласиться. Пожизненное назначение судей — гарантия их независимости. Назначение председателей или заместителей председателей на несколько лет дает возможность администрирования со стороны власти. Может, пока что такая система и оправданна, ведь существует и коррумпированность судей.

Есть в предложениях Ходорковского и те вещи, о которых мы, адвокаты, постоянно говорим. Действительно, существует необходимость совершенствования системы организации следствия. Нам нужен единый федеральный орган, который занимался бы следствием и был бы независим от МВД, ФСБ и прокуратуры. Тогда он будет объективно расследовать дела. Необходимо расширять контроль общественности и за совершением правосудия, и за расследованием уголовных дел.

В заключение могу сказать, что не надо кривить душой: есть вопросы, которые требуют реформирования, но реформирования с точки зрения совершенствования того, что не очень хорошо работает. За что только у нас не брались, начиная с КГБ-МВД и кончая Минюстом! В итоге последнего реформирования Министерства юстиции адвокатура оказалась под кураторством Федеральной регистрационной службы. Из одного окошка служба регистрировала собственность, а из другого — курировала адвокатуру, нотариат и т. д. Слава богу, сейчас адвокатуру вернули в лоно Министерства юстиции. Поэтому моя позиция такова: нужно изучить все предложения объективно — не важно, от Ходорковского они или нет, отнестись к ним непредвзято как к исходящим от человека, который на себе испытал все тяготы системы организации и изменения правосудия. Но неправильно подрывать основы государства и подводить все под необходимость реформирования и политической, и судебной системы.


Комментарии

обсуждение

наглядно

Профиль пользователя