Коротко

Новости

Подробно

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 42

 Специальный репортаж


Банк, неподвластный ни ЦБ, ни Интерполу


       Российскому капиталу уже тесно в своей стране. И он устремляется за ее пределы. Причем, находит иногда такие таинственные закоулки, которых нет даже на политической карте мира. В июле этого года я впервые побывал в столице Турецкой республики Северного Кипра, где прошла шумная презентация Independent Trade-Union Bank. Тогда я и не предполагал, что через полгода мне вновь придется нанести визит в этот банк. Но уже совсем по другому поводу.
       
Презентация, с которой начался скандал
       Июльская презентация Independent Trade-Union Bank на какое-то время собрала на Северном Кипре весьма известных людей. Имена присутствовавших на той церемонии банкиров, представителей профсоюзных организаций России и СНГ и даже члена Совета российского дворянского собрания графа Белова, быть может, широкой публике ни о чем не говорят... Но, скажем, имена Иосифа Кобзона или Генриха Падвы известны, наверное, каждому. Словом, судя по составу участников презентации, к банку проявили весьма живой интерес, и потому будущее его виделось в розовых тонах.
       Оставалось, правда, непонятным, что привело российский капитал именно на Северный Кипр — ведь отдельным государством эту территорию признает только Турция. Меня также живо интересовало, что из себя представляет некая люксембургская компания Harvard Investments A. S. — именно она приобрела 99,09% акций Кипрского Международного банка, на базе которого и был создан ITB.
       Наконец, до конца так и не было ясно, зачем новый банк зарегистрировал уставный фонд в сумме более $46 млн, что втрое превосходит совокупный капитал всех 23 местных банков. Удовлетворительных ответов на эти вопросы мне тогда никто не дал. А настаивать, согласитесь, было не очень уместно: когда у всех вокруг праздничное настроение, с такими вопросами рискуешь прослыть по меньшей мере занудой.
       Кое-что стало проясняться позже — уже в Москве.
       Выяснилось, в частности, что история создания Independent Trade-Union Bank берет свое начало еще летом прошлого года. Тогда фирмы "Конкорд" и "Юстинлев" получили крупные займы в Межрегионбанке (ММКБ) под, казалось бы, выгодный проект по обработке и перепродаже драгоценных камней (по крайней мере, именно эти цели были указаны в технико-экономическом обосновании кредита). Кроме того, под аналогичные проекты фирма "Конкорд" взяла кредит и в Мосстройбанке. Средства, поступившие на счета фирм в начале октября 1994 года, конвертировались и были переведены в итоге на счета люксембургской финансовой корпорации Harvard Investments. Которая и купила банк. Руководители Мосстройбанка и Межрегионбанка утверждают, что кредиты им так и не вернули, но в качестве погашения долга заемщиками были предложены акции этого самого кипрского банка.
       Сам процесс передачи акций и постановки банка под российский контроль был связан с целой серией криминальных драм. В апреле был обстрелян автомобиль главы ММКБ Альберта Шалашова, который тем не менее продолжил борьбу за кипрский банк. 11 июля, через неделю после презентации ITB на Кипре, было совершено покушение на президента банка "Хэлп" Олега Харламповича, который помогал Шалашову. Ценой своей жизни банкира спас телохранитель. Харлампович после этого от претензий на кипрский банк отказался. Наконец, 17 октября в центре Москвы было совершено покушение на президента Мосстройбанка Михаила Журавлева, скончавшегося впоследствии в больнице.
       В ноябре этого года советы директоров Harvard Investment S. A.и Independent Trade-Union Bank распространили официальное заявление, из которого следовало, что именно Мосстройбанк и Межрегионбанк выступали непосредственными заказчиками создания банка, но эти банки до сих пор так и не вступили в права акционеров, мотивируя это "давлением со стороны официальных российских властей".
       Ситуация запутывалась окончательно. Более того, она приобретала откровенно скандальный и весьма криминальный характер. Однако от каких-либо комментариев руководители упомянутых банков наотрез отказывались. На той же позиции стояло и московское представительство ITB.
       Оставался единственный выход: попытаться получить какую-то официальную информацию о создании и работе банка непосредственно у его руководства.
       
Страна, которой нет
       Признаться, отправляясь на Северный Кипр, я испытывал определенную тревогу. На помощь официальных представителей России (за отсутствием таковых) надежды нет никакой, и, случись что, рассчитывать можно было только на себя. То, что я уже имел некоторый опыт пребывания в этой стране, было слабым утешением. Согласитесь, одно дело — организованный деловой визит, и совсем другое — авантюрное путешествие.
       Все, однако, оказалось не так страшно. Турецкая республика Северного Кипра, по крайней мере внешне, являла собой вполне цивилизованное государство. С точки зрения как атрибутов (президент, полиция, органы управления экономикой), так и инфраструктуры: автодороги, превосходящие по качеству московские, таксисты за рулем Mercedes и BMW, вполне приличные отели, услугами одного из которых — Jasmine Court — мы с Эдди Оппом (фотографом, составившим мне кампанию в этом путешествии) и воспользовались.
       С преступностью все в порядке: припаркованные автомобили с открытыми окнами и забытыми в замке зажигания ключами оставляют прохожих равнодушными. Впрочем, внешность может быть обманчивой — по некоторым данным, на Северном Кипре очень неплохо чувствуют себя нелегальные торговцы оружием и наркотиками.
       Единственный способ попасть на Северный Кипр — воспользоваться услугами авиакомпании Turkish Airways, самолеты которой совершают рейсы только из Стамбула или Антальи (да еще не каждый день).
       Аэропорт Северного Кипра, находящийся недалеко от столицы республики, города Лефкоса, ранее (до получения Кипром в 1960 году независимости) входил в состав английской военной базы. Пройти визовый контроль не составляет никакого труда. Тем, кто не пожелает поставить в паспорте отметку о пересечении границы Турецкой республики Северного Кипра (с такой отметкой могут не пустить в греческую часть острова), выдается небольшой листок бумаги, на котором нужно указать только фамилию и имя, номер и серию паспорта, а также национальность. На этом листочке и ставится штамп о прибытии в ТРСК; на нем же фиксируется выезд из страны. Лишних вопросов таможенник не задает, и процедура прохождения границы занимает не более минуты.
       
-----------------------------------------------------
       Турецкая республика Северного Кипра была образована в 1983 году. Однако разделение острова на северную (турецкую), занимающую около 40% территории Кипра, и южную (греческую) части произошло еще в августе 1974 года — в результате агрессии турецкой армии против Кипрской республики. Мировое сообщество признает только греческую Кипрскую республику, которая всем известна как великолепный курорт, а бизнесменам — еще и как офшорная зона. Турецкая республика Северного Кипра признается только создавшей ее Турцией.
       Экономика ТРСК полностью зависит от турецкой экономики; финансовая система полностью интегрирована в финансовую систему Турции (оба государства имеют единую валюту — турецкую лиру). Немногочисленные и небольшие кустарные предприятия, обслуживание немногочисленных туристов, неразвитая офшорная зона — вот, собственно, и все, на чем держится "экономическая самостоятельность" ТРСК.
       Западных инвестиций по понятным причинам нет. Вообще-то к 1997 году должно произойти объединение южной и северной частей Кипра. Однако жесткая позиция греческого Кипра, считающего, что оккупированная часть острова должна быть просто освобождена без каких-либо условий, оставляет вопрос об объединении открытым. По крайней мере, в турецкой части этот вопрос пока всерьез не рассматривают и считают, что на острове живут уже никак не киприоты, но греки и турки.
------------------------------------------------------
       
       Еще в самолете по пути в Стамбул мы с Эдди разрабатывали различные варианты действий. Первое, что приходило в голову, — прикинуться любопытными туристами. Однако уже на пути из Стамбула в Лефкос стало ясно, что этот блестяще разработанный план абсолютно бесперспективен: среди всех пассажиров самолета лишь мы имели нетурецкую внешность, из чего следовало, что с туристами на Северном Кипре тяжело.
       Другим вариантом было притвориться потенциальными клиентами, по некоторых причинам не пожелавшими воспользоваться услугами представительства банка в Москве.
       Оставалось, правда, неясным, с какой целью один из "потенциальных клиентов" прихватил с собой фотоаппарат и, более того, намеревался пустить его в дело.
       Так или иначе, вооружившись этой весьма приблизительной стратегией действий, утром следующего после прилета дня мы стояли у дверей в банк, готовые к любым испытаниям...
       
Банк, который доступен любому клиенту
       Сотрудник службы безопасности банка, молодой человек без оружия, одетый в простую рубашку и джинсы, пригласил нас к себе в комнату и предложил самим связаться по телефону со служащими банка и объяснить, чего мы, собственно, хотим. Услышав приветствие на непонятном мне языке (очевидно, турецком) я попросил по-английски пригласить к телефону кого-либо, кто говорит по-русски (о том, что в банке работают русскоговорящие сотрудники, я узнал еще в Москве).
       Через несколько секунд уже на родном языке в трубке прозвучал вопрос о цели нашего визита. Действуя согласно разработанной стратегии, я объяснил, что мы хотели бы открыть счет в банке. Мой собеседник попросил подождать, связался с начальством, и тут я услышал фразу, похоронившую надежды притвориться потенциальными клиентами банка: "Сергей Соломонович, тут какие-то двое русских. Желают в банк пройти".
       По правде говоря, русским был я один (Эдди имеет американское гражданство), но сути дела это не меняло: мы были первыми посланцами России, пожелавшими иметь дело с банком напрямую. Ничего не оставалось, как открыть карты.
       Но, вероятно, шок от нашего посещения был столь велик, что нас сразу же провели к Сергею Смоляницкому. Разговор с одним из шести директоров Independent Trade-Union Bank ("остальные руководят представительствами банка в России, Америке, Израиле или находятся в отъезде") начался с того, что он высказал свою обиду на российскую прессу.
       По его словам, информация о якобы украденных им 18 млрд рублей и о том, что он находится в розыске, не имеет никаких оснований: "Я регулярно бываю в Москве, и ни разу ко мне не было претензий со стороны правоохранительных органов. Более того, я уехал в Израиль только в 1993 году, тогда как преступление я якобы совершил в 1991-м".
       В Израиле г-н Смоляницкий основал небольшую посредническую фирму, к работе в которой надеется вернутся после службы в ITB. В банке он работает с июля и сейчас курирует операции непосредственно на Кипре — право работать с резидентами ITB дает имеющаяся у него полная (а не офшорная) лицензия.
       Меня, однако, в первую очередь интересовали выгоды от сотрудничества с ITB для нерезидентов Северного Кипра. "Да вы и без меня все знаете, — был ответ. — К нам в банк не может быть направлен ни один официальный запрос от органов власти других стран. Соответственно в отношении банковских операций клиентов, равно как и их имен, сохраняется абсолютная конфиденциальность. Здесь нет даже бюро Интерпола, и насколько я знаю, на Северном Кипре эта организация лишь осторожно отслеживает движение наркотиков".
       Сказав это, Сергей Смоляницкий предложил мне открыть счет в банке. Разумеется, я прекрасно знал, что на такую операцию гражданину России требуется специальное разрешение российского Центрального банка. Однако никто его с меня не потребовал, а с точки зрения законодательства ТРСК я, открывая счет в местном банке, никаких законов не нарушал. Итак, я отправился открывать счет.
       Операционного зала как такового в банке нет — все переговоры с клиентами и операции проходят в отдельных комнатах. Процедура открытия счета занимает 5-7 минут, не больше. Нужно заполнить (на английском языке) стандартный бланк заявления, где указываются фамилия и имя, номер паспорта и другие анкетные данные. В специальной графе можно указать анкетные данные того лица, которому доверяется управление счетом.
       Эти сведения вносятся в компьютер, клиенту присваивается номер. Вот, собственно, и все. После этого нужно договориться с менеджером банка о кодовом слове, которое будет служить идентификатором и паролем при управлении счетом. Управлять им (то есть вносить, снимать и переводить деньги) можно при помощи любых видов связи, но чаще всего используются телефон и факс.
       Скажем, чтобы перевести деньги, нужно составить факс в произвольной форме, в котором (после указания кодового слова) следует сообщить, что средства со счета номер такой-то в ITB в размере таком-то необходимо перевести на счет такой-то, и указать реквизиты банка-получателя, например российского.
       Такие факсы можно направлять непосредственно в офис ITB на Кипре либо в московское представительство банка (кстати, оно же может совершить процедуру открытия счета, при этом вежливо напоминается, что для этой операции необходимо иметь лицензию ЦБ России). По свидетельству Сергея Смоляницкого, перевод средств занимает четыре рабочих дня, хотя для нормальной работы банка его корреспондентской сети, на мой взгляд, недостаточно: с внешним миром ITB связывают корсчета в двух турецких банках, трех израильских, одном немецком, одном английском и одном российском — в Мосстройбанке.
       После того как я уяснил для себя процедуру открытия и управления счетом, мы продолжили разговор с директором ITB.
       
— Какие задачи стояли перед банком после его создания?
       — В первую очередь мы рассчитывали на приток капитала из России. Программа развития предусматривала привлечение около $50 млн. Кроме того, планировали обслуживать поставки нефти из России, а также ряда других промышленных и сырьевых товаров. Однако я считаю, что с созданием банка мы запоздали года на два-три. Кроме того, начало работы банка совпало с кризисом межбанковского рынка в России, что повлекло за собой свертывание намеченных проектов с российскими банками, которые занялись решением своих внутренних проблем.
       — Иными словами, своей цели банк пока не достиг?
       — За последние полгода денег из России почти не пришло. Валюта баланса к концу ноября практически осталась на уровне июля. Тем не менее мы не теряем надежды на привлечение российских клиентов.
       — Так чем же занимается банк сейчас?
       — На Северном Кипре фактически нет промышленности, и инвестиции в экономику мы практически не осуществляем. Поскольку местные фирмы не имеют прямого выхода на западный рынок, обслуживаем некоторые реэкспортные операции — вот, собственно, и все. Больше занимаемся спонсорством. Обслуживаем население, но принимаем в основном крупные вклады. Наши процентные ставки на 1-2 пункта выше, чем у других турецких банков. Относятся к нам настороженно, и только после выплаты первых процентов отношение начинает меняться. Сейчас активизируем сотрудничество с канадскими фирмами, что позволит им оптимизировать налоговые выплаты. Одним из источников нашей прибыли здесь, вероятнее всего, станут операции с канадскими золотыми сертификатами и облигациями. Налаживаем контакты с ООН, пытаемся перевести к нам на обслуживание счета войск этой организации, которые стоят вдоль линии, разделяющей остров на две части...
       — Расскажите, пожалуйста, историю перевода денег из Мосстройбанка и Межрегионбанка для создания ITB?
— Знаете, вам лучше спросить у них, зачем и как они создавали банк...
       
Банк, который недоступен контролирующим органам
       Уже спрашивал. И ответа не получил.
       Впрочем, многое (если не все) объясняет тот самый особый статус Северного Кипра, на территории которого создан Independent Trade-Union Bank (ITB). Сергей Смоляницкий тысячу раз прав: поскольку ТРСК как государства не существует, никаких официальных обращений ни к руководству банка, ни к органам, его контролирующим (ЦБ, например), быть не может. Что как раз и привлекает клиентов, желающих по тем или иным причинам скрыть свои капиталы от посторонних глаз, в том числе и от глаз налогового инспектора.
       В то же время очевидно, что такие условия создают прекрасную возможность для легализации преступных капиталов и сокрытия доходов. Более того, сам по себе факт создания такого банка или обращения именно к его услугам дает достаточный повод для подобного рода предположений.
       Вот мнение адвоката Андреаса Неоклеаса, главы Andreas Neocleous & Co. — одной из ведущих адвокатских контор, действующих в греческом Кипре: "В мире множество признанных всеми офшорных зон, и если речь идет о законных финансовых операциях, всегда можно легально воспользоваться преимуществами одной из них. С этой точки зрения создание банка в никем не признанном государстве преследует только одну цель — отмывания денег. И это бросает тень на репутацию тех, кто совершает такие операции".
       Иными словами, сильно страдает репутация Межрегионбанка и Мосстройбанка. А столь сложный и запутанный путь, которые проделали средства банков, чтобы попасть в итоге в качестве взносов в уставный капитал ITB, по мнению Смоляницкого, обусловлен просто отсутствием у банков необходимой в подобных случаях лицензии на вывоз капитала от ЦБ России. По этой же причине заказчики сегодня не могут вступить в права акционеров ITB, хотя руководители кипрского банка и компании Harvard Investments официально заявили, что готовы в любой момент по требованию российских банков передать им все права на банк. Впрочем, передавать, быть может, уже и нечего. По неофициальной информации, в одном из сейфов в кабинете президента Межрегионбанка Альберта Шалашова эти самые акции (по крайней мере, их часть) и хранятся.
       Любопытные подробности мне удалось выяснить и про Harvard Investments. В Центральном банке Северного Кипра, который принимал документы на регистрацию ITB, заявляют, что владельцем люксембургской компании Harvard Investments является некая фирма, зарегистрированная на британских Вирджинских островах. Почти нет сомнений, что и эта фирма принадлежит российским гражданам. А путь денег из России на Северный Кипр, и без того сложный и запутанный, становится от этого почти непроходимым.
       
ЗДЕСЬ — РИСУНОК 2. Предполагаемая схема формирования акционерного капитала ITB.
       
Банк, который не получился
       Но вот о чем можно говорить почти наверняка, так это о том, что денег из России Северокипрский банк, скорее всего, так и не дождется. Скандалы, связанные с ITB, никак не способствуют росту его авторитета в глазах российских предпринимателей (о прочих нет и речи — их отпугивает сам факт регистрации банка в несуществующей стране). Очень сомнительно также, что заказчики Independent Trade-Union Bank открыто вступят в права акционеров. Ни Межрегионбанк, ни Мосстройбанк за разрешением в ЦБ не обращались, да и вряд ли он выдал бы такое разрешение — просто потому, что невозможно разрешить вывезти капитал неизвестно куда.
       Короче говоря, Independent Trade-Union Bank в настоящее время откровенно прозябает (что, в общем-то, косвенно подтвердил в интервью Сергей Смоляницкий). Управление банком осуществляет сейчас компания Harvard Investment, что, по словам ее же руководства, является "не свойственной для финансового консультанта и брокера деятельностью", и несет при этом значительные расходы "без перспектив их компенсации заказчиками". В самом ITB на вопрос о дальнейшей судьбе банка в случае, если его заказчики так и не востребуют своих прав, ответили, что этот вопрос прорабатывается. Прорабатывается — и все.
       Местные банки не рассматривают ITB как конкурента. Например, генеральный директор Cyprus Economy Bank Мете Озмертер сказал мне, что практически не видит точек пересечения с ITB, который на внутреннем рынке ТРСК почти не работает, и назвал его "банком для богатых".
       А в Центральном банке Турецкой республики Северного Кипра охарактеризовали ITB как "еще молодой банк средней руки". И то правда: хотя собственные средства ITB, как уже говорилось, втрое превосходят совокупный капитал всех местных банков, по сумме активов ITB — более чем средний банк.
       Словом, перспективы Independent Trade-Union Bank пока весьма туманны. Я, например, не рискнул доверить банку свои средства: бланк заявления я аккуратно заполнил, но счет открывать все-таки не стал — и российских законов тем самым не нарушил. Впрочем, другие российские граждане могут быть иного мнения о преимуществах деятельности в никем не признанном государстве. В частности, по свидетельству ЦБ Северного Кипра, совсем недавно на территории этой страны был создан новый офшорный банк — First Merchant Bank. Средства, необходимые для создания банка, пришли из России. Однако думается, что разрешением на вывоз капитала от российского ЦБ создатели и этого банка похвастаться не могут.
       
       
       В ITB не может быть направлен ни один официальный запрос от органов власти других стран.
       
       С ITB связано слишком много скандалов, а потому денег из России он вряд ли дождется.
       

Комментарии
Профиль пользователя