В Ливане, как и везде на Ближнем Востоке, политическое убийство вещь привычная. Да и убийство главы государства не редкость. И все же в длинном списке погибших королей, президентов и премьеров Рафик Харири занимает особое место. До сих пор неизвестно, кто стоит за уничтожением ливанского премьера, поддерживавшего хорошие отношения одновременно с Сирией, Саудовской Аравией и Францией. Его смерть могла быть результатом разногласий с руководством сирийских спецслужб. Но не исключено, что следы ведут в Саудовскую Аравию. Возможна и многоходовая комбинация, ослабляющая позиции в Ливане Франции и Саудовской Аравии и одновременно ухудшающая отношения Сирии с Западом и усиливающая позиции "Хезболлы". В рамках теории заговоров в организации убийства с одинаковым успехом могут быть обвинены и США, и Иран.
Сегодня важнее не то, кто именно организовал это убийство, а к чему оно привело. Ведь именно это событие стало водоразделом, отделившим одну политическую эпоху Ближнего Востока от другой. Оно раскололо арабский мир и превратило Ливан в центр соперничества между Тегераном и его сателлитами с одной стороны и Каиром и Эр-Риядом — с другой. Обострило шиито-суннитское противостояние в мировом масштабе. Предоставило Ирану плацдарм под боком у Израиля, который позволил "Хезболле" спровоцировать конфликт 2006 года. Наконец, это убийство открыло эпоху доминирования в регионе военно-политических движений, заменяющих государственные институты. А также продемонстрировало беспомощность мирового сообщества и миротворческих сил, непрочность любых альянсов, включая конфессиональные, и примат права силы над законодательством — национальным и международным.
России события в Ливане касаются самым непосредственным образом. Ливан — пример того, во что может превратиться Кавказ в результате соперничества внешних сил, каждая из которых имеет в регионе свои интересы и инструменты их реализации. Южный Ливан — модель, которая может быть воссоздана в Дагестане, если Иран займется не Восточным Средиземноморьем, а Северо-Западным Прикаспием. Да и сама судьба Рафика Харири — показательный пример того, к чему приводит стремление поддерживать баланс отношений между такими непримиримыми противниками, как Иран и Израиль, такими ревнивыми партнерами, как Франция и США, и такими вечными соперниками, как Сирия и Саудовская Аравия. Само по себе стремление к абсолютному балансу, столь любезное российскому МИДу,— вещь замечательная. Беда лишь в том, что оно часто приводит к безвременному концу балансирующего, с последующим хаосом по всей контролируемой им территории. Ливан — страна маленькая, самой историей обреченная "сидеть на заборе", не будучи в состоянии занять место по ту или иную его сторону. России в этом повезло куда больше. Но ситуация может и измениться, если она в своей ближневосточной политике будет слишком похожа на Ливан.